Звезды

Плач Палача

69-я Венецианская Мостра завершилась триумфом «Пьеты» Ким Кидука
Венецианская Мостра завершилась триумфом «Пьеты» Ким Кидука

Венецианская Мостра завершилась триумфом «Пьеты» Ким Кидука

Фото: REUTERS

Это действительно настоящий триумф: помимо «Золотого льва» фильм самого знаменитого южнокорейского режиссера получил еще три неофициальные награды, в том числе «Золотого львенка», вручаемого молодежным жюри.

Некогда открытый именно Венецианским фестивалем Ким прошел большой путь, прежде чем завоевать один из наиболее престижных призов в киномире. Он был одним из властителей дум начала нулевых, потом стал повторяться и на какое-то время ушел с радаров основных кинофестивалей. В течение трех лет Ким пребывал в глубоком творческом кризисе, в который его повергла попытка снимавшейся у него актрисы повеситься прямо на съемочной площадке. Потрясенный этим событием всемирно известный режиссер ушел бомжевать, но попутно снял об этом картину «Ариранг», в которой вел беседы с самим собой, демонстрировал свои грязные пятки и отправление естественных потребностей в снегу.

За подобный эксгибиоционизм он был немедленно вознагражден призом конкурса «Особый взгляд» в Каннах. Не прошло и года, как Кидука настигло венецианское золото - за его 18-ю картину «Пьета», ставшую подлинным возвращением в большое кино: «Ариранг» и последовавший за ним «Аминь» были низкобюджетными экспериментальными работами, почти хоум-видео.

«Пьета» (Pieta) - это очень жестокий романс «по мотивам» традиционной сцены оплакивания Христа богородицей, воспроизведенной десятки тысяч раз в живописи и скульптуре. В своем очень нахальном и размашистом современном ее переосмыслении Кидук умудрился заставить зрителей предполагать Христа в полном его антиподе — отвратительном вышибале, подталкивающем своих должников отрезать себе части тела для последующего получения страховки. Однажды на пороге садиста и мучителя объявится блудная мать, оставившая его при рождении. Переспав с ней пару раз, палач становится мягче и начинает обретать человеческое лицо (это самая неубедительная часть картины). Впрочем, ловко сочиненный Кидуком сюжет в этом месте совершает невероятный кульбит, оставляющий зрителей бездыханными. Особенно непосвященных зрителей, на которых не может не произвести впечатление то особое напряжение, создаваемое на экране знаменитым корейцем, чья «Пьета», как и лучшие его «докризисные» фильмы оставляет приятное ощущение скрежета железа по стеклу.

К этим непосвященным, впервые познакомившимся с творчеством мэтра, явно принадлежали и члены Большого жюри под руководством хорошего голливудского режиссера Майкла Мэнна («Схватка», «Соучастник»). В результате, как водится, не самый радикальный фильм программы они сочли именно таковым, впрочем, не оставив без призов и действительно радикальный — вторую часть трилогии «Рай» австрийца Ульриха Зайдля, посвященную вопросам религиозной веры. Лучшей картине фестиваля достался Спецприз жюри — явно благодаря усилиям выдающейся современной художницы Марины Абрамович и режиссера «Гаморры» Маттео Гарроне, которые и вручили его Зайдлю (предварительно перепутав его со статуэткой, предназначенной Полу Томасу Андерсону).

Получив в руки «Золотого льва», Ким Кидук разразился самодеятельным пением «ариранга» - так именуется фольклорная песнь, считающаяся неофициальным корейским гимном. Википедия указывает на то, что древнее слово «ариранг» не имеет современных значений. Чего не скажешь о красивом итальянском слове «пьета» (с ударением на последний слог), означающем сострадание, милосердие.

Остальные призы не вызвали никаких нареканий, распределившись следующим образом.

Новая эпохалка автора «Магнолии» и «Нефти» из времен зарождения сайентологии удостоилась сразу трех высоких наград. «Кубками Вольпи» за мужские роли вознаграждены Филип Симур Хоффман и Хоакин Финикс , а режиссер Андерсон получил «Серебряного льва» за лучшую режиссуру (не сомневайтесь, что всех троих ждут и оскаровские номинации). Симметричный «Кубок» за женскую роль отошел израильской красавице Хадас Ярон, сыгравшей юную хасидку на выданье в богатой психологическими нюансами, визуально изощренной драме «Заполнение пустоты» (Fill the Void) дебютантки Рамы Бурштейн. Приз имени Марчелло Мастроянни достался юному итальянцу Фабрицио Фалко, сыгравшему неглавные роли сразу в двух конкурсных лентах - «Спящей красавице» Марко Белоккьо и «А был ли сын» Даниэле Чипри.

Ранее выступавший в паре с Франко Мареско прекрасный комедиограф Чипри (ударение тоже на последний слог), являющийся, помимо прочего, отличным оператором (он снял упомянутый фильм Белоккьо) получил «Золотую озеллу» за техническое совершенство его режиссерской работы. «А был ли сын» - это крутой замес комедии дель арте с трагедией в духе итальянского неореализма, причем труднодостижимое сочетание трагического и комического выполнено в нем практически без швов.

Наконец, приза за сценарий удостоен изумительно сделанный не только литературно, но и кинематографически фильм Оливье Ассаяса «После мая» - лучший за последнее десятилетие фильм о 1960-х, после которого можно закрыть тему. Впрочем, среди ненагражденных картин много ничуть не менее прекрасных — от «Отвязных каникул» Хармони Корина до «Страсти» Брайана ДеПальмы, что говорит лишь о великолепном качестве венецианской программы, собравшей штучные, высокопробные работы на любой вкус. Таким образом, представленные в Венеции картины Кирилла Серебренникова и Алексея Балабанова, пусть и оставшись без наград, оказались в отличной компании.

Фото: REUTERS

Рекомендуемые