2018-04-25T14:55:16+03:00

Миллионы в крабовой клешне

До 10 мая российские рыбаки должны подать заявки на квоты вылова морской рыбы, крабов и прочих водных биологических ресурсов. Их закрепят на следующие 15 лет
Поделиться:
Комментарии: comments6
Камчатский краб считается самым дорогим водным биоресурсом на мировом рынке. Фото: Лев ФЕДОСЕЕВ/ТАССКамчатский краб считается самым дорогим водным биоресурсом на мировом рынке. Фото: Лев ФЕДОСЕЕВ/ТАСС
Изменить размер текста:

Времени осталось мало, а механизм распределения квот до сих пор под вопросом. Правила игры и доли компаний по некоторым параметрам могут существенно измениться уже в этом году.

После того как правительство поручило Росрыболовству разработать новые механизмы квотирования промысла краба, пошли разговоры о перераспределении квот. Когда на кону экспортный рынок емкостью более 120 млрд. рублей, не до сантиментов.

Прежде всего, как уверяют сами рыбаки, новый механизм квотирования может ударить по краболовам. А камчатский краб, как известно, - один из самых прибыльных промысловых объектов российских вод, большая часть которого идет за рубеж с 2016 года по цене до 35 долларов за один килограмм живого веса!

Рыба моей мечты

В 2017 году российские рыболовы выловили столько рыбы, сколько никогда не ловили за последние два десятилетия - почти 4,9 млн. тонн, на 1,5% больше по сравнению с 2016 годом. Некоторых видов, например, скумбрии, было добыто в 5 раз больше, сардин иваси - в 2,5 раза больше по сравнению с прошлым годом. На экспорт в 2017 году отправилась почти треть улова (2,14 млн. тонн), что на 12% больше, чем в 2016 году. В денежном выражении это составило 4,4 млрд. долларов США, что на 648 млн. долларов (на 17%) больше, чем в 2016 году. А вот доля импортной рыбы сократилась на прилавках наших магазинов до 20%, да и те проценты присутствуют лишь для расширения ассортимента из той рыбы, которая в наших территориальных водах не плавает.

Но, несмотря на такие цифры успешности отрасли, в правительстве не скрывают своего недовольства - прежде всего из-за налоговых поступлений в бюджет.

Не секрет, что государство явно нуждается в деньгах: недаром давно обсуждают повышение пенсионного возраста и увеличение подоходного налога с 13 до 15%. Но, конечно, в идеале для властей недостающие средства найти не в кармане у людей, который и так дырявый, а где-то в другом месте, например, в рыбной промышленности... При изменении механизма распределения квот бюджет государства может пополниться миллиардами рублей.

Глядя на данные Росстата, становится понятно, почему Росрыболовство и правительство так заинтересовались рыбной отраслью. Объем валовой добавленной стоимости по виду деятельности «рыболовство и рыбоводство» едва превышает 0,2% от всего ВВП страны, а собираемые с рыбаков налоги - лишь 0,1% от всех налоговых сборов (24,65 млрд. рублей, по данным Росстата) и едва покрывают расходы на бюджетное финансирование рыбохозяйственного комплекса, которые в 2017 году составили 15 млрд. рублей.

И одна из главных причин таких низких платежей, уверены в правительстве, - устаревший механизм перераспределения квот на сверхприбыльного краба. К тому же агентство по рыболовству явно недовольно отсутствием инвестиций в рыбопереработку - отрасль как была сырьевой, так и остается.

Ежегодно Росрыболовство выделяет квоты на вылов около 80 тысяч тонн краба. Фото: Фред ГРИНБЕРГ/РИА Новости

Ежегодно Росрыболовство выделяет квоты на вылов около 80 тысяч тонн краба. Фото: Фред ГРИНБЕРГ/РИА Новости

Ни хвоста, ни чешуи

Вопрос покупки/распределения квот для рыбной отрасли всегда был одним из самых важных. До 2004 года, пока квоты на вылов продавались на аукционах, все было проще - у кого больше денег, тот и получал право вылова.

В 2004 году аукционы отменили, введя так называемый исторический принцип распределения квот. Так на отраслевом сленге называют механизм распределения квот, который в 2015 году по итогам Госсовета был закреплен в федеральном законе «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов». Согласно ему каждая компания получила право ловить столько рыбы, сколько выловила за период промысловой истории.

Идея на самом деле была хорошая, но, по мнению экспертов, получилось «как всегда»: они уверены, что эксперимент с историческими квотами не оправдался в первую очередь для государства, недополучающего средства за пользование природными ресурсами.

Как признают сами рыбаки, для которых новая система распределения квот была не так уж и плоха, - в течение 10 лет, на которые закрепляли квоты, можно было не беспокоиться о завтрашнем дне. Сверхприбыли, правда, приносил вовсе не вылов рыбы, а добыча краба.

- Приняв исторический принцип распределения квот, государство надеялось, что компании, получив такую фору, начнут активно инвестировать в строительство новых судов и рыбоперерабатывающие комплексы. В реальности же собственники просто генерировали прибыль, выводя ее в офшоры, и даже не думали про инвестиции. Как результат - за 10 лет с отмены аукционов не было построено ни одного крупнотоннажного рыболовного судна, и лишь какие-то мелкие рыбоперерабатывающие комплексы появились в Северо-Западном регионе, и то специализирующиеся на норвежском лососе. В итоге государство недополучало серьезные деньги: после отмены аукционов квоты обходились рыбакам значительно дешевле, - говорит председатель Совета ассоциации владельцев рыбопромыслового флота Юрий Алексеев.

Поняв, что ситуация не меняется, в 2017 году Росрыболовство сделало 20% всех квот инвестиционными. В профессиональной среде их называют «квотами под киль». Эти поправки в закон «О рыболовстве» правительство приняло еще в 2016 году, обещав передать эти квоты тем компаниям, которые построят заводы береговой переработки рыбы или новые рыболовные суда на российских верфях до 2023 года. На рыбаков это подействовало: например, «Русская рыбопромышленная компания» еще в прошлом году подписала контракт на строительство шести супертраулеров, каждый стоимостью порядка 100 млн. долларов, а общие инвестиции составят 600 млн. долларов.

В прошлом году продажа квот на вылов краба в одной подзоне Приморья даже стала рекордной, принеся в казну 23 млрд. рублей. Аукционы, проведенные по другим подзонам, дали еще около 2 млрд. Ассоциация добытчиков краба обещает под инвестиционные квоты до 2024 года построить 24 судна. Об этом представители ассоциации сказали в выступлении на Всероссийском рыбном форуме в конце февраля. Значит, деньги в отрасли есть и компании готовы к серьезным инвестициям... Осталось только Росрыболовству подтолкнуть рынок, создав новый механизм квотирования. Но главное - инвестиционные квоты для рыбаков начали двигать всю цепочку производства, начиная от судоверфей, которые наконец-то получили заказ на гражданское судостроение.

Например, питерские судостроители (Адмиралтейские верфи, «Пелла», Выборгский судостроительный завод, Северная верфь) на начало 2018 года получили заказов на строительство современных траулеров с перерабатывающими цехами на борту почти на 130 млрд. рублей.

Клешни бизнеса

Ежегодно Росрыболовство выделяет квоты на вылов примерно 80 тысяч тонн краба. Если сравнить с общим объемом вылова, который составляет 5 млн. тонн, кажется, немного, но краб в отличие от той же сельди или сайры дает настоящие суперприбыли. С доходностью краба не может конкурировать ни одна рыба. Если на минтае можно заработать 30 - 40%, то краб приносит все 70%. Неудивительно, что больше всех в ожидании решения вопроса по квотированию переполошились именно краболовы. Подсчитать прибыльность крабового бизнеса несложно.

Один килограмм живого камчатского краба стоит на мировом рынке 30 - 35 долларов, новое судно-краболов - 25 млн. долларов, ставка сбора за пользование ВБР 35 000 рублей за тонну краба, но при этом действует льгота 15% от ставки. Итого 5250 рублей за тонну! Одну тысячу тонн камчатского краба можно продать за 30 млн. долларов и сразу окупить новое судно-краболов. Но кто покупает новое, когда можно взять недорого подержанное?

- Построить новый краболов в России можно примерно за 20 - 25 млн. долларов, но практически все участники рынка покупают подержанные. Это намного дешевле, ведь пригодное судно постройки начала 90-х годов с переоборудованием будет стоить в пределах 1 млн. долларов. В настоящее время все краболовы российской постройки, работающие в Дальневосточном бассейне, 70 - 80-х годов выпуска, - отметил Юрий Алексеев.

Глава Росрыболовства Илья Шестаков (в центре) уверен, что аукционы на вылов краба смогут принести государству хороший доход. Фото: fish.gov.ru

Глава Росрыболовства Илья Шестаков (в центре) уверен, что аукционы на вылов краба смогут принести государству хороший доход. Фото: fish.gov.ru

В истории новой России ни одного нового краболова так и не построили, впрочем, как и траулера. Только в 2017 году был построен первый завод по переработке краба на Сахалине. Хотя 99% этого вида, как и раньше, идет на экспорт либо в живом виде, либо в заморозке.

- Многие боятся лишиться столь доходного и при этом требующего весьма скромных вложений, по меркам рыбаков, бизнеса. Для сравнения: только один крупнотоннажный траулер (100 метров в длину) для вылова минтая обходится почти в 100 млн. долларов и долго окупается в отличие от краболова, который можно окупить всего за год! Отсюда и шумиха - типа будет социальный взрыв, моряки лишатся работы, если мы не сможем купить квоты, то не сможем ловить краба и дать работу людям. На самом деле все это не так: рыбаков на рынке даже нехватка. Единственные, кто в этой ситуации может пострадать, - это владельцы крабовых компаний, получающие сверхприбыли, - считает председатель Совета ассоциации владельцев рыбопромыслового флота.

Квотный вопрос

Сейчас, по словам Юрия Алексеева, правительство рассматривает пока три варианта выделения квот: исторический, который действует и сейчас (кто сколько выловил, тот столько и получит); смешанную систему, когда определенный процент квот выделяется согласно историческому принципу, а другой продается на аукционе; и третий - полное возвращение к аукционной системе.

Скорее всего, частично аукционы заменят инвестиционными квотами, с обязательствами построить новые суда и рыбоперерабатывающие мощности. Как заявил глава Росрыболовства Илья Шестаков, «вопрос об изменении механизма распределения квот шире, чем функционал Росрыболовства, и также касается Минэкономразвития, Минфина и других ведомств... Но решение будет приниматься прозрачно и будет обсуждаться в рамках правительственной комиссии по развитию рыбохозяйственного комплекса, поэтому никаких кулуарных решений не будет. Новый механизм квотирования планируется утвердить в апреле».

Как уверяют в Росрыболовстве, финансовая модель возвращения к аукционам просчитывается и в апреле будет представлена в правительство.

«Есть понимание, что нагрузку в виде проведения аукционов рыболовецкие компании выдержат. Пока говорить, какая доля квот на краба будет распределяться через аукционы, преждевременно, но что ясно - при реализации от 50% квот через аукционы доход в бюджет составит порядка 80 млрд. рублей. Плюс консолидация квот среди крупных игроков даст дополнительные возможности для управления и контроля над отраслью, а также для борьбы с серым рынком», - сказал Шестаков.

Многие участники рынка считают, что справедливо было бы совместить различные механизмы квотирования в зависимости от рентабельности каждого вылавливаемого вида. Например, если у минтая рентабельность 20%, у трески и пикши - 35%, то у краба - все 70%.

Простая экономика - если краб высокомаржинальный товар, то и стоимость квоты на его добычу должна быть существенно выше, чем на тот же минтай, и желательно распределяться по аукционному принципу. За право на вылов краба всегда будет борьба, и на аукционе государство получит максимальные деньги, а для минтая и пикши оставить исторический и инвестиционный механизмы квотирования.

Это косвенно подтвердил в феврале и вице-премьер Аркадий Дворкович, заявив, что в правительстве не исключают распределения квот через крабовые аукционы. И тут же заверил рыбаков, «что те, кто обеспечит большие инвестиции, вложит деньги в соответствующие виды деятельности, должны иметь преимущество в любом случае».

По некоторым данным, в правительстве наиболее активно обсуждается именно процентное соотношение квот по крабу: порядка 40% квот будут разыгрываться на аукционах, 40% - распределять по историческому принципу, и 20% могут пойти под инвестиционные квоты.

Впрочем, пока не отменены санкции, и флот таких рыболовных стран, как, например, Исландия, практически простаивает (ранее 90% рыбного экспорта Исландии уходило в Россию, теперь же потери страны 250 млн. евро), у наших рыболовов есть шанс вырасти и окрепнуть, а также начать, наконец, инвестировать в переработку и новые суда... А у государства - найти новый источник пополнения бюджета.

Кстати

Александр Ткачев. Фото: fish.gov.ru

Александр Ткачев. Фото: fish.gov.ru

По мнению министра сельского хозяйства Александра Ткачева, которое он не раз высказывал в ряде СМИ, продажа квот на краба с аукционов позволит добавить прозрачности этому сегменту рынка. «На протяжении года мы обсуждали с отраслевым сообществом оптимальный механизм повышения экономической отдачи от вылова краба, в том числе пересмотр ставки сбора и введение инвестиционных квот. Оптимальным решением станет изменение правил распределения квот на вылов краба, разыгрывая квоты на открытых аукционах. Это высокорентабельный вид промысла, но при этом из-за браконьерства и злоупотреблений в сфере реализации краба нет справедливой экономической отдачи для государства», - сказал Ткачев.

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также