2016-07-14T10:30:19+03:00

На каком месте в мире по своей мощи сегодня находится Российская армия?

Раз в военной доктрине России записано, что у нас нет врагов, армию нужно распустить [эфир радио КП]

00:00
00:00

На Парадах Победы Российская армия смотрится внушительно Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН

На Парадах Победы Российская армия смотрится внушительноФото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН

Баранец:

– Добрый вечер. С вами сегодня я, военный обозреватель «Комсомольской правды» полковник Виктор Баранец и мой постоянный собеседник, военный эксперт, полковник Михаил Тимошенко. Мы с Михаилом определили две темы. Они подброшены нам жизнью. Первая тема связана с заявлением премьера Медведева о том, что по военной силе Россия даже не входит в десятку мировых государств. Что нас с Михаилом очень сильно затронуло. Вторая тема – военное образование.

Тимошенко:

– Относительно того, на каком месте находится армия. Это точно сказал Дмитрий Анатольевич Медведев?

Баранец:

– После долгих дискуссий, анализа, криптограмм все-таки это было отнесено к военной сфере.

Тимошенко:

– Он же был нашим верховным главнокомандующим четыре года. И реформы затевали при нем. Первые США, потом пошли французы, потом немцы, а потом незнамо кто.

Баранец:

– А что тебя в этой тройке удивило?

Тимошенко:

– Это все равно, что равнять кислое с широким. Американцы – могучая ядерная составляющая, очень мощные сухопутные войска которые им совершенно не нужны, кроме как для внедрения демократии на зарубежных территориях. Американцы живут на острове, к которому китайцы на плотах, а мы – на лыжах добраться никак не можем. Вторыми поставлены французы, у которых есть только ракеты средней дальности. Они могут долететь до нас, если приспичит, и устроить нам второе Бородино.

Баранец:

– Ракеты средней дальности достают до территории России.

Тимошенко:

– Да. 4000 дальность. То, что стоит у них на подводных лодках – тоже. А немцы-то причем туда втесались? Если у французов сухопутные вооруженные силы – в основном экспедиционные войска, то у немцев-то?

Баранец:

– Которые бьют копытом все время влезть куда-нибудь по указке Соединенных Штатов Америки. Когда с Каддафи заварушка была.

Тимошенко:

– Вторыми стоять должны китайцы.

Баранец:

– Я с тобой согласен.

Тимошенко:

– Если даже зажмуриться на то, что мобилизационный резерв и ресурс у них 300 миллионов человек. Даже оружия если не брать, тапочками просто всех затопчут.

Баранец:

– Даже если брать чисто обывательски, забыть о ядерном оружии, численность армии сопоставим, увидим, что она больше, чем в США.

Тимошенко:

– Да. За два миллиона. Попытаемся понять, где мы и чего мы можем. Если смотреть на Европу, с которой мы пытаемся все время задружиться. Затея, как мне представляется, в обозримом будущем – 10-20 лет – бессмысленная. Европа была всегда русофобской еще до первой мировой войны. Ты помнишь, как изображалась Российская империя? Ужас. Собака грызет корыто, мужик пьет водку, баба бегает с коромыслом, а император Николай II был еще страшнее, чем Сталин.

Баранец:

– Как ты видишь военные аспекты?

Тимошенко:

– Если даже брать участок от Балтики до Пинских болот, где нам могли бы противостоять Польша, Германия и американские дивизии. Два к одному.

Баранец:

– Ты весь натовский колхоз должен брать.

Тимошенко:

– Мы вырезаем основной – Запад. Даже если мы стянем все наши бригады, которые стоят до Мурманска, два к одному.

Баранец:

– В первом эшелоне у нас Западный военный округ идет на том фланге.

Тимошенко:

– Все, что мы можем выставить на западном направлении – это два к одному. Два у противника против одного нашего. Надеюсь, это не тот один наш солдат, которого в ВПА учили коэффициент два к одному против любого спецназовца американского.

Баранец:

– Меня в ВПА учили боевые потенциалы сторон считать. Ты берешь натовскую группу?

Тимошенко:

– Мы берем бригаду за бригаду. С натовской и с нашей стороны. Боевые потенциалы дадут картину еще хуже. Потому что даже к советскому времени мы по самолетам были на проигрывающей стороне, по количеству авиации. А уж сейчас и равнять нечего. Если мы идем на Дальний Восток, там арифметика совсем печальная. Там боевые действия можно вести только на отдельных направлениях. А Даурская, где мне довелось самому поковыряться в промерзлой почве Забайкалья, у нас там стояла вся 39-я армия. А кроме нее три дивизии, саперная бригада и части фронтового подчинения. А сейчас там только овцы с чабаном. Одна бригада стоит. А против нее армейская группа Китая. Хотя мы про Китай не говорим, как о противнике.

Баранец:

– Мы с тобой говорили, что с китайцами договорились о 200-километровой зоне. Не иметь у границ больше одной дивизии на определенном расстоянии. Китайцы на все наплевали, и строят ракадные дороги по направлению к России.

Тимошенко:

– И ракадные вдоль фонта. А учение «Большой шаг», когда пекинский округ перебрасывался на две с половиной тысячи километров за неделю. Это мы с Китаем договорились. А они с нами?

Баранец:

– Они с нами не договорились.

Тимошенко:

– Барак Обама, нарисовав впервые за 150 лет американских президентских сроков национальную стратегию, в качестве основных противников США указал в первую очередь Китай, который их основной торговый партнер. А потом – Россию.

Баранец:

– Товарищ претендент недавно открытым текстом назвал Россию врагом. Я слежу за нашими военными доктринами, которые при новой России были, мы как проституирующая курсистка. Мы все время говорим: у нас нет врагов. Можно для российского народа сказать, что у нас нет врагов.

Тимошенко:

– У нас враги внутри.

Баранец:

– Когда я читаю эту фразу в военной доктрине, если нет врагов, то армию надо распускать немедленно.

Тимошенко:

– К этому идет.

Баранец:

– Философы говорят, что есть понятие: оборонное сознание нации.

Тимошенко:

– То есть Советский Союз стоит, как скала, в враждебном окружении.

Баранец:

– Оборонное сознание – это то, что ты должен в любое время встать на защиту Отечества. Что у тебя есть вероятные противники, что все может случиться. Оборонное сознание кинжал, как у горца, не знаю, когда он его из ножен достанет, всегда должен быть при нем.

Тимошенко:

– Это мы с тобой старые реваншисты и ретрограды. Это у нас с тобой оборонное сознание. А у современных, наверное, уже и нет.

Звонок Андрея:

– Здравия желаю. Очень интересно вас слушать. Единственно, очень много негатива, и не только в этой передаче. Практически в каждой передаче, считаю, очень много негативного про армию рассказываете.

Тимошенко:

– Вы полагаете, мы должны быть в ладоши и говорить: «Ой, как хорошо»?

Баранец:

– Мы признаем вашу критику.

Андрей:

– Я смотрю новости по центральным каналам. Там показывают, как разведчики наши тренируются, как женщины наши, переодетые в медсестер, врываются к террористам. Это смотрит министр обороны, командующие округами военными. Форсирование водных преград. Такое расскажите. Квартирный вопрос. Давно к вам не звонят, не жалуются на квартирный вопрос.

Баранец:

– Тут все блистательно. Как и было обещано, квартирный вопрос уже закрыт. Аплодируем. В армии нет уже жилищного вопроса.

Тимошенко:

– Ни квартир, ни вопроса.

Баранец:

– Оружия у нас полно.

Тимошенко:

– Денег навалом.

Баранец:

– Все у нас хорошо. А мы с Тимошенко, такие ядовитые мужики, пытаемся обращать внимание на проблемы.

Тимошенко:

– У нас все пенсионеры получают сумасшедшую пенсию, примерно тысяч 8 в среднем. Французские – 42. У нас до сих пор рождаемость почти превышает смертность.

Баранец:

– И вообще мы круче всех.

Звонок Галины:

– Добрый вечер. Хочу добавить негатива. Несколько дней назад в газете «Московский комсомолец» была напечатала статья об одном предприятии, где изготавливали новейшее стрелковое оружие – Калашникова. Теперь его уничтожают. Привели пример: в 2012 году уничтожили 1 миллион, в 2013 запланирован тоже миллион. Моя семья отработала на оборонном предприятии, на Литейном, 100 с лишним лет. Это предприятие находится в Балашихе, называется Литейный завод, который изготавливает отсеки для ракет. Это литье очень ждут на предприятиях в Долгопрудном и других. Но теперешние руководители этого завода все делают, чтобы разрушить это дело, увольняют инженеров, рабочих В результате останавливается производство. Я очень переживаю за это. Ведь это ракеты, то, чем мы должны обороняться. Как же так? Объясните.

Баранец:

– Михаил, давай позитива Андрею.

Тимошенко:

– Это не единственный завод в Балашихе, где свертывается производство. Анатолий Эдуардович Сердюков своей размашистой подписью утвердил возвращение к активной жизни летной АН-22. Знаменитый «Антей». Он турбовинтовой. У него есть винты. Винт постоянно находится под вибрационной нагрузкой, появляются трещины, их надо ремонтировать и заменять. Этим занимался Ступинский завод. Потом Минобороне было не особо нужно. А потом и Ступинскому заводу стало ни к чему. Появились более интересные заказы. Он эту программу свернул. Анатолий Эдуардович, вы подписали приказ сейчас о том, чтобы на Ан-22 возить технику. Во-первых, пилотов у нас всего на три экипажа осталось. Они действительно на гробах должны летать?

Баранец:

– Вот такой, Андрей, позитив. А вам, Галина, прошу написать мне в «Комсомольскую правду». Потому что это очень важный стратегический вопрос. Опишите мне все в подробностях.

Звонок Виктора:

– Здравствуйте, мои хорошие. Господин Баранец, я очень вас раньше уважал, А когда вы стали доверенным лицом Путина и когда я увидел ваше лицо на экране, все кончилось. Неужели вы не понимаете, что Сердюков и иже с ними их держит Путин.

Баранец:

– Вы православный человек?

Виктор:

– Я православный человек. Вы на этом не сыграете.

Баранец:

– Я сыграю. Вы должны быть мусульманином. Вы глупо поступили. Я вас после этого перестал уважать. Так же примерно и здесь. Уважаемый человек, вера человека должна быть неприступна и не поддаваться комментариям. Кто-то звонит мне и говорит: я голосовал за Зюганова. Я говорю: ты идиот. Кто-то говорит, – за Прохорова. Ты – паразит. Кто-то голосовал за Миронова. Я говорю: ты просто кретин. Эти вопросы не обсуждаются. В эту пору, когда страна расшатывается, когда у меня лично есть предчувствие того, что есть силы, которые могут погрузить страну не по колено, по горло в крови, когда кишки ваших детей будут болтаться на телефонных проводах, тогда вы вспомните, почему Баранец голосовал за Путина. И я ни разу об этом не пожалею. Потому что в это смутное время я считаю, есть только один человек, который знает, как держать руль России в руках. Это мой вам ответ.

Тимошенко:

– Никогда не завидовал начальникам. И никогда не сочувствовал. Они же хотели ими быть. Они стали. Пусть огребают по полной. А после Крымска, когда Путин второй раз летал туда кнопку нажимать, камера показала лица тех, кто сидел за столом напротив него. Это такие кувшинные рыла, как писал наш классик. В первый раз ему посочувствовал.

Баранец:

– Уважаемые радиослушатели, я бы вам не пожелал, чтобы вашего сына, вашего племянника и вашего внука привезли в цинковом гробу из Чечни. Если бы Путин не остановил там войну, вы бы сегодня ходили возлагать цветы на могилы тех людей, о которых вы говорили.

Звонок Алексея:

– Здравствуйте. Виктор Николаевич, вы правы. Очень мало нормальных людей. И ваша задача показывать чем больше вы их за собой приведете – это правильно. По поводу врагов. У нас друзей нет. Вот в чем вопрос.

Тимошенко:

– Правильно.

Баранец:

– Мы даже последних друзей теряем.

Алексей:

– Нам надо армию повышать. Если Медведев не понимает ничего в армии, что он может сказать?

Звонок Бориса:

– Добрый вечер. Полковник в отставке, 35 лет службы. Было сообщено по радио о том, что закрывается телевизионный канал «Звезда», отдается другому каналу. Назначен руководителем канала Лысенко. В канале, которым он сейчас руководит, одна передача военная есть «Военный магазин». Это анекдот, а не передача.

Баранец:

– У кого «Военный магазин»? У Лысенко? Лысенко еще ничего не начал.

Борис:

– Он руководит каналом «Россия-1».

Баранец:

– Он сегодня руководит общественным телевидением.

Борис:

– Наш министр обороны боролся за тот канал. Редкий случай, когда его хочется поблагодарить. К сожалению, победы нет. Канал заберут. Единственный канал, который говорит о гордости за нашу армию, патриотизм воспитывает, великолепные фильмы там показывают.

Тимошенко:

– Это хороший общеполитический канал.

Борис:

– Да. Есть просто мусорные каналы. Сожаление по этому поводу, любимый канал.

Тимошенко:

– Идея общественного телевидения будет извращена. У нас есть Первый канал. Он называется Общественное российское телевидение.

Борис:

– Я думаю, такая судьба ждет и общественный.

Тимошенко:

– У меня странное ощущение от наших реформаторов. Вместо того, чтобы сначала присмотреться, может на нем должно быть написано, как на трансформаторной будке: «не влезай, убьет», обязательно что-то начинают ломать через колено, потом с изумлением смотреть на результаты своих трудов, а потом возвращать в исходное, но под другим названием. Мы смотрим сейчас на систему военного образования. Как оно было устроено в советской армии? К 70-м годам мы пришли со средними училищами-

трехлетками, где людей учили эксплуатации техники. Военная составляющая там была мала. Параллельно появились высшие училища. Они были, как правило, видовыми. Были видовые академии, куда приходили офицеры, в том числе, кончившие трехлетние училища. Потом была академия генерального штаба. Ты кончал, допустим, высшее училище, получаешь инженерную специальность плюс среднее военное образование. Заканчиваешь военную академию – получаешь к диплому гражданского образца диплом о высшем военном образовании. А для небожителей предназначалась академия генерального штаба. Ничего удивительно нового Министерство обороны на сегодняшний день не сделало. Сказало: мы выбираем систему специалитета. То есть, пять лет образования, ты получаешь диплом общегражданского образца плюс военные знания и некие военные дипломы, сертификаты. Дальше – курсовая система подготовки и видовая академия. Что нового? Что тут выдать за реформу? Ничего выдать нельзя. Новые слова? Вместо «знания, умения и навыки» «компетенции». Блуд словесный.

Баранец:

– Это трепотня женщины, которая акцизные марки на табак и водку наклеивала.

Звонок Валерия:

– Добрый вечер. Это Валерий из Владимира. Я 35 лет назад служил в армии. Я рад, что вы поднимаете эти негативные вопросы. Я служил в ракетной бригаде. До сих пор всех командиров помню.

Тимошенко:

– Это Веймарская бригада?

Валерий:

– Да. В подчинении Первой танковой армии. Почему не поднимается вопрос, чтобы судить Горбачева за развал с его перестройкой? А Ельцина – за развал Союза и за все, что они загубили. Они загубили и военное все, и правоохранение, и образование. Мне это интересно.

Баранец:

– Спасибо за вопрос. Мы хотим, чтобы все наши радиослушатели поняли: мы с Тимошенко не поднимаем проблемы негатива. Мы обсуждаем проблемы, узкие места, недостатки, которые очевидны и которые надо исправлять. Мы этим хотим показать, что можно было решить по-другому. Мы хотим посоветоваться с вами.

Тимошенко:

– Если Исполком «Единой России» считает, что критика является попыткой измены Родине, то он не далеко ушел от ВКПб.

Звонок Дмитрия:

– Добрый вечер. Новосибирск вас приветствует. Я служил в армии. Мне 30 лет. Давал присягу, которая сейчас по прохождении 20 лет уже 12 раз изменилась. Я давал присягу Ельцину и буржуазному государству.

Баранец:

– В каком году это было?

Дмитрий:

– 2000 год. Я себя позиционирую русским человеком. Вы, вероятно, себя позиционируете советскими. Надо сделать так, чтобы мы, русские, с вами не поссорились и не перестреляли друг друга. Вы согласны со мной?

Баранец:

– Мне это нравится.

Тимошенко:

– Я не согласен.

Дмитрий:

– Есть канал «Звезда». На нем постоянно идет советская пропаганда. Там показывают фильмы про Гражданскую войну. Там акцент употребляется так, что Красная армия правильно делала, что убивала казаков, белогвардейцев и сражалась против русской армии. Хотя в то время англичане, французы и американцы были союзниками русской армии.

Баранец:

– Там были советские фильмы. Их показывал канал «Звезда» так, как они были созданы.

Дмитрий:

– Позиция канала не совпадает с позициями автора фильма.

Баранец:

– Как это? Может, не совпадает с вашей позицией?

Тимошенко:

– Они показывают то, что есть. Это была та наша жизнь.

Дмитрий:

– Я из семьи разказаченных. Ваша советская власть люто рвала мою семьи на куски.

Тимошенко:

– Ваша советская власть не успела добить моего папочку и моего дедушку, которые были совершенно оголтелыми донскими казачками.

Дмитрий:

– Пусть они оголтелые. Но они законы Российской империи не нарушали. А они почему-то стали врагами.

Тимошенко:

– Я не понимаю, почему вы должны ненавидеть советскую власть, которая расказачивала ваших предков.

Дмитрий:

– Я ее не ненавижу. Я хочу ее терпеть.

Баранец:

– Зачем ее терпеть, если ее нет уже?

Дмитрий:

– Советские люди остались. И вы постоянно в мыслях и словах возвращаетесь в прошлое.

Тимошенко:

– С чего вы взяли?

Дмитрий:

– Вы тяготеете к Советскому Союзу.

Тимошенко:

– Приезжайте к нам, поговорим, думаю, вы измените свою точку зрения.

Баранец:

– Это разговор нетрезвой бабушки на завалинке. Вы не знаете, какое у нас мировоззрение, о чем мы с Тимошенко думаем. А вы так запросто треплетесь, приписывая нам мысли, которых у нас и в голове нет. Это не серьезный разговор.

Тимошенко:

– Боюсь, из-за этого у нас столько проблем в обществе.

Звонок Сергея:

– Здравствуйте. Екатеринбург, Сергей. Почему при Путине в Беслане кишки детей болтались на проводах?

Тимошенко:

– Что значит «при Путине в Беслане кишки болтались на проводах»?

Баранец:

– Потому что там был терроризм. И кишки болтались не только в Беслане, а во многих российских городах. Поскольку эта зараза расползается. К великому сожалению, по всей нашей стране. Сейчас она немножко поутихла.

Тимошенко:

– Черта с два. У нас на Кавказе вяло текущая противопартизанская война. Колонну подорвали днями. Это что?

Баранец:

– Это тоже терроризм.

Тимошенко:

– Мы теряем там по 10 человек в месяц как минимум.

Звонок Юрия Николаевича:

– Здравствуйте. Люди хотят позитива о летчиках. А слыхали заявление Талбоева, что он хочет уйти из президентского совета, а в случае войны воткнет штык в землю?

Тимошенко:

– Не слышал. Талбоев не военный летчик. Он летчик-испытатель.

Баранец:

– Последнее громкое заявление, которое я слышал, это заявление с праздника, посвященного 100-летию военно-воздушных сил. Там Талбоев наговорил много критического. Я понимаю, что он хотел сказать. Но я не понимаю, что он наговорил русской службе новостей. А нагородил он там огромную кучу чепухи. Я попытаюсь его пригласить, и поговорить с глазу на глаз, переведя на русский язык то, что он хотел сказать.

Звонок Алексея:

– Здравствуйте. Человек сказал про Беслан. 320 детей. До сих пор виноватых нет.

Баранец:

НЛО убили этих детей? Или, перестреляв более 300 детей, они должны были приехать на Красную площадь и сдать свои паспорта?

Алексей:

– Кто отдал приказ штурмовать школу?

Тимошенко:

– А если бы не штурмовать, сколько бы погибло, кто знает? Тогда бы мы имели тысячи трупов.

Алексей:

– Надо договариваться.

Баранец:

– Хорошо сидеть теплой задницей к батарее и разговаривать, как надо было штурмовать школу, где детей пристреливали через каждые 15 минут по одному. Мы сидим и размышляем. Так не бывает в жизни. Давайте ногами стоять на земле, а не рассказывать, как надо было действовать. Там наши спецназовцы шли на пулю и получали в лоб бандитскую пулю. Не надо было идти? Пусть бы дети гибли. Хорошая логика. Поздравляю.

Звонок Владимира:

– Виктор Николаевич, добрый вечер. Я из Владимира. Мне 75 лет. Я однажды написал вам письмо, просил помочь мне. В армии мелочей не бывает. Дошло до того, что когда сына увольняли, обнаружил даже подделанную подпись в его листе беседы. Обращался в суд. Вопрос никак не решается. Могу вам все написать и направить вторично в ваш адрес?

Баранец:

– Я вам никогда не запрещал и не запрещаю это делать. Уважаемые радиослушатели, если бы вы видели тот гигантский сугроб жалоб в адрес «Комсомольской правды», от которого я с ума схожу, разгребая. Там стоят вопросы не только о подделанной подписи. Там есть вопросы о поделанных судьбах, званиях, квартирах, деньгах. Я обязан выбирать приоритеты. Но я вам говорю: присылайте. Я не могу сказать, что это будет быстро. Я не хочу вас вводить в заблуждение. Я все жалобы принимаю.

Звонок Сергея из Волгограда:

– Добрый вечер. Уважаемые ведущие. Наверняка вы понимаете, что последние события, которые разворачиваются у нас в гражданском обществе в стране, и в мире, раскручиваются в поле информационного противостояния.

Баранец:

– Какие именно события?

Сергей:

– Информационная война имела место в Ливии, Сирии. Разногласия в этом плане приводят к столкновению гражданских слоев у нас, Не пора ли поднять тему об информационной безопасности? И более того, об информационной обороне. Переводить Вооруженные силы и в эту сферу.

Тимошенко:

– Хороший вопрос. А то мы все пытаемся создать светлый имидж России в мировом информационном пространстве. А потом возникают разговоры о некоей мягкой силе. Мягкой силы нет, если нет твердой.

Баранец:

– Вы абсолютно правы. Нам надо ставить вопрос не только об информационной обороне, а об информационном наступлении. Тотальном. 24 часа в сутки бить по рогам наших врагов.

Тимошенко:

– До свидания. Всего вам хорошего.

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ