Boom metrics
Политика27 декабря 2007 22:00

Маршал Конев - знаменитый и неизвестный

Сегодня 110 лет со дня рождения выдающегося полководца Великой Отечественной
1943 год.  Командующий фронтом Конев на передовой позиции своих войск.

1943 год. Командующий фронтом Конев на передовой позиции своих войск.

О Маршале Советского Союза Иване Степановиче Коневе рассказывается во многих книгах, статьях, фильмах. Сам Конев издал мемуары, в которых описал свою личную жизнь и армейскую службу. Вроде бы его судьба уже не имеет «белых пятен». Но, оказывается, это не так. Дочь маршала Наталья Ивановна изучила огромный архив отца и написала книгу, в которой немало еще неизвестных или малоизвестных фактов из жизни великого маршала Победы. Об этом она впервые рассказывает читателям «Комсомолки».

Будущий маршал чистил сапоги ефрейтору

Однажды мама записала рассказ отца о его дореволюционной службе. Вот фрагмент этой записи:

«В мае 1916 года я был досрочно призван в царскую армию. Через полгода призвали и моего отца, в ополчение. Призывной пункт находился в городе Никольске. Я был парнем крепким, сильным, физически развитым, и меня решили определить во флот, что меня вполне устраивало, но уже на вторые сутки меня отправили в пехоту, в 212-й полк в город Моршанск. Тут я прошел свои армейские «университеты»: то ефрейтор приказывал сапоги чистить, то сосед по казарме оплеуху норовил влепить, то с температурой 40 отправили на покос, нужно было запасать сено для армейских нужд. Но служба в армии многому и научила».

Он умел перечить Сталину

Летом 1944 года Ставка приняла решение провести ряд стратегических операций. Одну из них было приказано разработать Коневу и доложить Сталину. Отец вместе с членом Военного совета фронта Крайнюковым прибыл в Кремль и доложил Сталину о задумке. Он предложил одним фронтом и одновременно нанести по противнику два удара. Сталин категорически не соглашался и приказал Коневу и Крайнюкову выйти в соседнюю комнату и еще раз все продумать. Но и после этого отец не отказался от своего замысла (так что перечить Верховному мог не только Жуков, но и Конев). Сталин сказал отцу: «Уж очень упрямы вы, товарищ Конев! Что ж, может быть, это и неплохо. Когда человек так решительно отстаивает свое мнение, значит, он убежден в своей правоте. Проводите свой план и выполняйте его на вашу ответственность».

Операция была проведена успешно.

«Я же маршал, а не мадонна!»

Когда войска 1-го Украинского фронта освободили Дрезден, отцу доложили, что в штольнях обнаружены картины всемирно известной галереи - в том числе и «Сикстинская мадонна» Рафаэля. Папа приказал сделать все, чтобы спасти полотна от разрушения. Но в условиях войны хранить полотна по всем правилам не было возможности. Было принято решение переправить их в Москву. На 1-м Украинском фронте гулял анекдот: Конев предлагает знаменитому искусствоведу Соколовой отобрать наиболее ценные полотна для немедленной эвакуации в Москву его личным самолетом. Соколова в ужасе: «Сикстинскую мадонну» самолетом? Бог с вами, товарищ маршал. А если самолет упадет?» Конев отвечает: «Это отличный самолет. Я сам на этом самолете летаю». «Но вы же маршал, а она - ма-дон-на!» - ответила Соколова. Об этом диалоге узнали в штабе. И когда речь заходила o каком-либо невыполнимом поручении, разводя руками, отвечали: «Я же маршал, а не мадонна».

Почему ворчал Верховный?

На Военном совете в Кремле обсуждалась организация Парада Победы. Сталин предложил отцу командовать им и был очень недоволен, когда он отказался, сославшись на то, что не кавалерист и хотел бы идти по площади во главе войск своего фронта. Сталин сердито буркнул: «Зазнались вы, товарищ Конев. Поручим это товарищу Рокоссовскому».

Туфли для Золушки

В 1946 году отец с мамой отдыхали в Карловых Варах.

На память о тех днях осталась еще одна милая фотография: мама примеривает туфли в обувном магазине. А отец (что немыслимо само по себе, зная его характер и вообще мужскую нелюбовь к примеркам) терпеливо ожидает ее решения. Золушка надевает туфельку на ножку, которая за годы войны привыкла к тяжелым кирзовым сапогам...

«Пока подождите»

Когда отец готовил свои мемуары к публикации, он задумывался о том, что обязан оценить в войне роль Сталина, с которым ему приходилось неоднократно встречаться и в официальной, и в неофициальной обстановке. Но он прекрасно понимал, что публикация главы о Сталине в книге мемуаров потребует согласований в ЦК КПСС. Была написана соответствующая записка с просьбой разрешить публикацию. Ответ на нее был устный: «Пока подождите, Иван Степанович. Не время...»

Что касается оценок 37-го года в жизни страны и роли Сталина в этот период, отец высказался довольно лаконично в той же рукописи, представленной в ЦК: «Прямая ответственность Сталина за уничтожение значительной части наших командных кадров в период 37 - 38-х годов не подлежит сомнению. В такой же мере не подлежит сомнению и его прямая ответственность за неправильную оценку военно-политического положения перед войной, в результате чего, несмотря на целый ряд сигналов и предупреждений, отвергнутых Сталиным, мы вынуждены были начать войну в дорого нам обошедшейся обстановке внезапности».

О чем просил Жуков?

В 1957 году в «Правде» была опубликована статья «Сила Советской Армии и Флота - в руководстве партии, в неразрывной связи с народом» за подписью моего отца. В ней говорилось о бонапартизме Жукова, о его ошибках и более всего о недооценке им роли партии в армии. История с появлением этой статьи такова. Она была написана в Главном политическом управлении Советской Армии, которое возглавлял тогда генерал Желтов. Отцу где-то к вечеру на дачу прислали эту статью на подпись, сославшись на решение Центрального Комитета, членом которого он был. Тот вечер, затянувшийся далеко за полночь, наверное, был одним из наиболее драматических в его судьбе. Отец пытался как мог подправить статью, смягчить формулировки, звонил Хрущеву, пытаясь предотвратить публикацию, прекрасно сознавая истинную причину - политическую подоплеку предпринятой Хрущевым атаки на Жукова.

«Старайся, не старайся - статья пойдет за твоей подписью», - отчеканил Хрущев.

Жуков был смертельно обижен и однажды, встретив отца на улице, а мы жили в одном доме на улице Грановского, сказал: «Напиши опровержение!» Отец ответил: «Ты же понимаешь, что это никто не напечатает. Это решение партии, а в нашей стране это закон».

До 60-х годов обиду Жуков ему не простил.

Последняя встреча Жукова с отцом, которая стала знаковым примирением, произошла 28 декабря 1967 года, когда Ивану Степановичу исполнилось 70 лет...