Премия Рунета-2020
Москва
+15°
Boom metrics
Досуг7 декабря 2015 13:15

Иди, Веничка, иди

В Ленкоме проехались от Москвы до Петушков
Литературная основа спектакля представляет собой компиляцию не произведений, но отдельных фраз писателя. Фото: театр Ленком.

Литературная основа спектакля представляет собой компиляцию не произведений, но отдельных фраз писателя. Фото: театр Ленком.

«Вальпургиева ночь» на афише, хотя и написано крупно, но значит меньше, чем фраза, идущая следом, – «по мотивам произведений Венедикта Ерофеева». В программке спектакля в обращении режиссера к зрителям указано: - «…мы использовали все основные его (автора - Э.Д.) произведения, включая знаменитую поэму «Москва-Петушки», «Записки психопата», пьесу «Вальпургиева ночь», дневники писателя и др.».

Ключевое здесь «и др.», ибо литературная основа спектакля представляет собой компиляцию не произведений, но отдельных фраз писателя. Венедикта Ерофеева, которого, часто путая с его лирическим героем, фамильярно величают Веничкой (будто пили с ним брудершафт), растащили на цитаты, крепкие словечки, твиты. Марк Захаров (хотя в программке не сделан акцент на том, что режиссер является единоличным автором инсценировки) использовал прием Венедикта Ерофеева: писатель в своих произведениях часто обращался к цитированию прямому, искаженному или пародийному. Вот и «Вальпургиева ночь» пошла по пути «цицирования». На сцене (декорация Алексея Кондратьева) мерцают беспорядочные цифры, номера электричек и вагонов, со сцены несутся в зал хаотично перемешанные цитаты из (помимо вышеназванного) «Бесполезного ископаемого» (собственно, это и есть те самые ерофеевские «тезисы», «фразочки», собранные и напечатанные «во всей их противоречивости и непоследовательности»), пьесы «Диссиденты, или Фанни Каплан», произведений «Василий Розанов глазами эксцентрика» и «Благовествование». «По мотивам» Ерофеева это «по чуть-чуть», по двадцать грамм каждого из его произведений. Поскольку алкогольная тема неотделима от творчества Ерофеева, сравнение инсценировки с дегустацией здесь будет вполне уместным.

Глядя, как спектакль балансирует между актуальностью и сиюминутностью, между желанием высказаться о прошлом и настоящем, а, вернее, прошлом продолженном времени, становится понятнее его декорация со светящимися стрелками, указывающими разное направление. «Если хочешь идти налево, Веничка, иди налево, я тебя не принуждаю ни к чему. Если хочешь идти направо - иди направо». Тексты Ерофеева можно представить по-разному: философски и буднично, комедийно или трагедийно, остросоциально или отстраненно. Трудно решиться и переключить стрелку, но выбор сделать необходимо. Режиссер же, кажется, оказался в состоянии одного из персонажей пьесы Ерофеева «Диссиденты…»: «Прямо пойдешь - жить не будешь, налево пойдешь - жизнь потеряешь, вправо пойдешь - умрешь, назад пойдешь – околеешь».

«Есть три пути развития: стоять на месте, лежать на месте и наш - лежать на правильном пути», - писал Михаил Жванецкий. «Вальпургиева ночь» буксует (не по ритму, но по смыслу), или, делая шаг в нужном направлении, отступает потом на два шага назад. Веничка, в исполнении Игоря Миркурбанова, рассуждает о глазах «народа моей страны», сравнивая их с «глазами напротив», а авторы инсценировки зачем-то уточняют, что речь идет об Америке, ее «притаившихся, хищных» глазах. На потребу публике мысль развивается фразой из «Вальпургиевой ночи», принадлежащей антагонисту (!) главного героя: «…наши недруги живут одной только мыслью: дестабилизировать нас», а, чтобы у публики не было никаких сомнений, со сцены уточняют: «поработить, завоевать». В поэме Ерофеев высмеивал самодовольство американцев и призрачность свободы на «континенте скорби», спектакль же считает нужным накалить обстановку. Зрители довольно аплодируют, отмечая созвучность текста времени его произнесения.

Тексты Ерофеева можно представить по-разному: философски и буднично, комедийно или трагедийно, остросоциально или отстраненно. Фото: театр Ленком.

Тексты Ерофеева можно представить по-разному: философски и буднично, комедийно или трагедийно, остросоциально или отстраненно. Фото: театр Ленком.

Библейское скитание Венички закончится, как и положено, на вершине. На Боровицком холме, который раньше прозывали Ведьминой горой. Там было капище, а ныне кладбище. Вместо ограды - стена с бойницами. «Коридоры кончаются стенкой», у красной кремлевской стены завершается спектакль. В поэме Веничку били об нее головой, но он вырывался и скрывался от убийц в подъезде. Безуспешно. В спектакле Захарова Веничка принимает смерть не в темном парадном, но там, где устраивают парады.

«Мне не нужна дрожь, мне нужен покой, вот все мои желания», - заключал Веничка. Он, конечно, заслужил покой. Не приемный. Но в спектакле покой приходит к герою перед смертью, смерть оказывается платой за «благую весть». Это до срока полученное успокоение снижает градус мученичества, «вальпургиева сумасшествия» длиною в жизнь. Веничка из спектакля умирает легко, с улыбкой, под веселую музыку – сердце его спокойно за сына, которого берется воспитать ошалелая Веничкина поклонница Зинка (Александра Захарова). Он жертвует собой ради него и потому радостно кричит окруженный убийцами «с глазами кроликов»: «Я не одинок!». Веничка из поэмы, для которого придуманы автором 40 ступеней (роднящие персонажа с тем, кому уготованы были 40 дней), не шел на сделку, не имел гарантий, не знал о вознаграждении. И потому после самой страшной из пятниц его ждало воскресение. Впрочем, на ступеньках начинается и заканчивается поэма и последняя мистическая ее фраза: «И с тех пор я не приходил в сознание, и никогда не приду» вовсе не означает смерть. Как бы то ни было, а персонаж Ерофеева обречен на бессмертие.

«Они лишили меня вдоха и выдоха, страхи обложили мне душу со всех сторон» - это то, что так точно удается передать Игорю Миркурбанову. Он стоит, «схватив себя за горло и душу» не потому, что пересохло и тянет выпить, горло здесь в сравнении со «щепетильным сердцем» Венички - не его больное место, (хотя именно его поразит нож, как рак поразил писателя). Оттолкнувшись от бытия повседневности, к бытию мироздания взошел герой. Не победителем взошел, приговоренным. Дошел до того, что ему «не по вкусу существующий миропорядок» и что жизнь не жизнь вовсе, а душевредительство. От «записок из подполья» к «мысли великой и неразрешенной» (а в Веничке Миркурбанова и что-то от героев Достоевского заронилось) восходит герой. Во всем облике его тревога, обида, одиночество, но и достоинство, мудрость и печаль разлиты под кожей, «медленность» и «неправильность» биографии вырастают из-за спины. И все-таки он, в чьем сознании происходит развертывание реальности спектакля, преодолевает чужие навязчивые и навязшие мысли, железные тиски, и проносит сбереженные свои.

Библейское скитание Венички закончится, как и положено, на вершине. Фото: театр Ленком.

Библейское скитание Венички закончится, как и положено, на вершине. Фото: театр Ленком.

«Все тонет в фарисействе» - верная примета того, что он один. Миркурбанов в спектакле окружен пустотой независимо от того, есть ли другие актеры на сцене. Речь не о «пустотах тектонических плит», которыми пытается оправдать спектакль лакуны своей инсценировки. Просто все как-то сразу меркнет. Но он же и заполняет пустоту. Веничка Миркурбанова стоит над бездной. Осознает меру собственного падения и распад вокруг. Угорелый и угнетенный, неприкаянный и исстрадавшийся, смущающийся и смятенный. И прочее, и прочее, и прочее. И все будет верно. И недостаточно. Безбрежность актерской палитры представится случай оценить на грядущем сольном «концерте для голоса и сердца», который состоится в рамках мероприятий, приуроченных к 25-летию премии.

«Хрустальная Турандот», лауреатом которой в этом году стал Игорь Миркурбанов за роль Венички.

«Вальпургиева ночь»

ГДЕ: Театр Ленком, м. «Чеховская», «Тверская», М. Дмитровка, 6.

КОГДА: 13, 18 декабря, 13, 19, 31 января

Цена билетов: 600 - 7000 руб.

Игорь Миркурбанов «Неукротимый. Концерт для голоса и сердца»

ГДЕ: Театр им Евг. Вахтангова,

м. «Смоленская», ул. Арбат, 26

КОГДА: 14 декабря

Цена билетов: 800 - 5000 руб.