Сергей Скачков в гостях у «Радио двух столиц»
Сергей Скачков
Сергей Скачков: «Мы одни из первых из нафталина вернулись на большую сцену»
И снова «радиомост» Москва – Санкт-Петербург. И снова на радио «Комсомольская правда» и радио «Балтика» известный гость. Сергей Скачков, легендарный голос группы «Земляне», ответил на вопросы слушателей и ведущих программы «Радио двух столиц» Михаила Антонова (Москва) и Сергея Неделина (Санк-Петербург).
М. Антонов:
– Сергей, стоит ваш монолог послушать о Ленинграде, о Петербурге, о впечатлениях, что с этим городом связано.
С. Скачков:
– С этим городом у меня связана первая половина моей жизни. Я родился в педиатрическом, моя мать была врач-педиатр и родила меня в Ленинградском педиатрическом институте… Я уже даже сейчас не знаю, как назывались эти улицы, уже забыл. Но рядом был бассейн СКА, я помню. Ну и в дальнейшем вся моя жизнь, где-то до 40 лет, была связана в большей степени с Петербургом.
М. Антонов:
– То есть это и Ленинград, и Санкт-Петербург?
С. Скачков:
– Да. И Ленинград, и Санкт-Петербург. И Москва. Потому что там получилось, что мои по отцу все родственники – папа, дед, тети, дяди московские, а по матери все питерские, поэтому я, естественно, жил первую часть своей жизни в Петербурге, с матерью. А что касается Москвы, то я здесь не гость, я постоянно здесь тоже находился. Либо у родственников в детстве, либо по работе.
С. Неделин:
– Я бы хотел немного пристать к песне, которая прозвучала в эфире. Там есть такие слова «Питер надеется, Питер живет». Сергей, на что надеется Питер сейчас? На что вообще стоит надеяться Питеру?
С. Скачков:
– А мы все на что-то надеемся. Во всяком случае, я всю свою жизнь надеюсь. На лучшее, видимо. Во всяком случае, мои последние посещения Питера – ну, они радуют. На мой взгляд, он стал поражать приезжих своей красотой. Я с удовольствием туда приезжаю. Раньше поражало своей неухоженностью, вот когда начались 90-е, собственно, и так-то было запущено все, сыпалось, валилось, дороги отвратительные были… А сейчас центр города – это просто сказка.
С. Неделин:
– Очень приятно и несколько неожиданно слышать такие слова, потому что в последнее время как-то больше принято ругать… ну, не сам Питер, наверное, а питерских чиновников.
С. Скачков:
– Ну, если вы спросите меня по поводу вот этого самого высотного здания у Охтинского моста, то я как раз пройдусь с удовольствием по этой теме. То Матвиенко против, то за, как-то вот она так странно себя вела. Неужели для питерского человека непонятно, что эта ерунда там стоять не должна, пусть построить ее где-нибудь в Киришах, я не знаю.
С. Неделин:
– Так уже принято ж решение о переносе в Лахту.
М. Антонов:
– Сергей, гастроли «Землян», насколько они сейчас актуальны в крупных городах? Или легче сейчас музыкантам даже с таким брендом и именем, как у вас, выступать в небольших городках? Вы в 80-х годх и «Юбилейный» могли, и «Олимпийский» собрать.
С. Скачков:
– Так и собирали, и по месяцам там сидели. Сейчас, конечно, время изменилось. Большие площадки тоже встречаются, и, на удивление, стадионы иногда собираются. Могу точно сказать, что касается клубной работы, то это очень редко бывает, в основном как раз площадки большие работают.
С. Неделин:
– Я так понимаю, что сейчас вашей одной из основных площадок стал Байконур.
С. Скачков:
– Самое интересное, что я в прошлом году в первый раз там был. Были мы везде, и в Плесецке. Что касается вообще космической темы, были по нескольку раз… ну, сами понимаете, 12-е число, День космонавтики – это наш праздник. «Трава у дома» получила такой статус уже официальный Гимна космонавтики, нам выписали бумагу по поводу того, что она является теперь официальным гимном.
М. Антонов:
– У каждой группы, как говорил Миг Джаггер, должен быть свой сатисфекшн. У вас свой сатисфекшн «Трава у дома». Нельзя от этого отказаться?
С. Скачков:
– Ну а кто даст-то?
М. Антонов:
– Ну, привязать какую-нибудь дату и сказать – ребята, последнее исполнение песни «Трава у дома» прямо сейчас, вот светлой памяти и Владимира Мигули, в том числе, вот сейчас споем – и все. Не дают, да?
С. Скачков:
– Нет, конечно.
С. Скачков:
– В основном эта песня закрывает любой концерт. Что бы мы ни делали. Вот с Куртом Хаунштайн и «Супермакс» работали. Если мы работаем у металлистов, тяжелая программа у нас есть, все равно там «Трава у дома». И самое интересное, что она совершенно запросто проходит. В живом исполнении она такая нелегкая песня совсем.
С. Неделин:
– По поводу той же самой «Травы у дома» – можно ли одну и ту же песню, особенно ту, которая надоела уже смертельно, исполнять каждый раз с одним и тем же чувством, с одной и той же подачей.
С. Скачков:
– Да я не думаю, что трудно. Как-то это уже само получается, на автомате. Единственное, что, может быть, немножечко всегда по-разному. Чтобы хоть как-то разнообразить.
М. Антонов:
– Вот эти у вас проекты – они разовые или, такое ощущение, что вы это берете уже на постоянно? Мы про Джона Маклафлина говорили, да? С кем еще вы вместе работали?
С. Скачков:
– Со многими.
М. Антонов:
– С кем? «Спейс» я назвал, «Супермакс» я назвал.
С. Скачков:
– «Назарет». Что касается «Супермакса», то Курту понравилось. К сожалению, я хочу сказать, что в этом году он нас покинул, 21 марта. А так у нас была часовая программа. Ему понравилось, как мы на юбилее исполнили его песню. Я попросил у него еще одну песню записать. Он говорит – нельзя ли сделать на русском языке? Я говорю, ну, давай я сделаю подтекстовки на русском языке и мы будем петь пополам – я буду на русском, а ты на английском. Он говорит – давай. И 10 песен мы переписали, записали, вот пластиночка эта получилась последней его пластинкой.
М. Антонов:
– В планах есть еще совместная работа с кем-нибудь? Или вы просто сами ничего не делаете, ждете приглашения?
С. Скачков:
– Что касается Муруани, то меня пригласили, как исполнителя «Травы у дома», он сам сделал эту песню, аранжировку, ну, такой как бы концертный вариант. Это разовая работа была – Муруани.
С. Неделин:
– Вот все, кого вы назвали, – это легенды мировой музыки. Скажите, не хотелось ли вам поработать с кем-нибудь из молодых, вообще еще никому неизвестных? Ну, пусть будет к примеру Брейн Сторн какой-нибудь, да.
С. Скачков:
– Да легко. Что касается молодых и интересных групп, если бы какие-то предложения были бы, я не против.
М. Антонов:
– А вы для себя молодых и интересных находите или перестали уже?
С. Скачков:
– Ну, я специально-то не ищу. Во всяком случае, у нас на студии постоянно пишутся молодые. И сейчас, вот я буквально сегодня уезжал, там делают какой-то проект молодые ребята.
М. Антонов:
– А вот так, чтобы зацепило! Во ребята дают! Во самородки! Такого нет?
С. Скачков:
– Я не могу сказать, что я вот прямо там запал и запомнил. Просто, видимо, в силу занятости. Я могу сказать, что мне многое нравится сейчас среди молодых исполнителей.
С. Неделин:
– Возможны ли сегодня такие прорывы, каким в свое время были «Земляне»? Как вы думаете, вообще, в принципе, исходя из конъюнктуры, исходя из музыкальной обстановки общей?
С. Скачков:
– Ну, я думаю, что в принципе возможно, хотя и тяжело.
С. Неделин:
– Тяжелее, чем вам было?
С. Скачков:
– На мой взгляд, сейчас все тяжелее, конечно. Потому что время идет, что-то новое создать достаточно сложно, наверное. Сама по себе музыка имеет какие-то же пределы. Все уже сыграло-переиграно и как-то так выстрелить, чтобы достичь каких-то небывалых высот, какие были в 80-е годы, наверное, сейчас сложнее.
М. Антонов:
– Я хотел бы сказать – я вот не знаю, если бы сейчас сбросить 30 лет Сергею Скачкову и ему предложили бы снова, вот тогда еще времен группы «Какаду», начать все сначала. Да, тогда было, наверное, нелегко, но тогда, если тебя показывали по телевидению, ты на следующее утро просыпался уже популярным.
С. Скачков:
– Да нет, «Земляне» и до телевидения были уже известной группой. Благодаря тому, что, ну, это была, наверное, одна из самых крутых кавергрупп на тот момент. И вообще, что касается рока в Питере, тут все было в порядке.
Мы играли в то время «Земляне» и «Ди перпл» – это просто, я не знаю, мало кто сейчас так исполняет.
С. Неделин:
– Вопрос общий, скорее, философский, раз говорили уже о том, как было все в 80-е и 90-е годы. Сергей, вот по вашим личным ощущениям, как музыканта, атмосфера в стране музыкальная отличается сейчас от того времени?
С. Скачков:
– Я могу точно сказать, что раньше-то было все по-другому. Мы начинали с того, что вообще последнюю копейку там отдавали…. О чем там можно было еще думать? Надо было на чем-то играть. Я буквально неделю назад встретил Вову Архипова, из «Какаду» как раз, и мы все это вместе повспоминали. То есть, все последние «бабки» отдавались, я работал садовым рабочим в парке Бабушкино, тут же играл на танцах, и тут же делал еще маршелай и все эти деньги я вбухивал в какой-то ….
С. Неделин:
– Сергей, в начале 90-х годов вы как-то взяли и решили порвать с музыкой, ушли в бизнес. Что случилось? В чем дело?
С. Скачков:
– В начале 90-х у всех было – у кого-то разочарование… Да и вообще прошло уже больше 10 лет постоянного чёса такого, поэтому просто устали и разбежались. Буквально на два года. Через два года Юра Левачев сказал, а не поехать ли нам? Я сказал – давай попробуем. Мы опять поехали. Вот, собственно, и все.
С. Неделин:
– Возвращение ваше было действительно триумфальным. А вот изнутри вы можете рассказать, сложно ли это было вернуться на сцену? Вернуться с успехом.
С. Скачков:
– Мы одни из первых из нафталина вернулись на большую сцену, это я могу точно сказать.
М. Антонов:
– Я хотел бы добавить, что нафталин тот самый, о котором сказал Сергей, неожиданно начал не только эксплуатировать старые работы, да, а мы прекрасно знаем репертуар группы «Земляне» – это и «Трава у дома», и «Прости, земля», «Каскадеры» и т.д. и т.п. Но стали появляться и новые песни, в отличие от других групп.
С. Скачков:
– Да, целая пластинка. Причем, с достаточно современным звучанием молодежным.
М. Антонов:
– То есть, не все было сказано, оказывается, да? Ведь можно было абсолютно спокойно стричь купоны со старых песен, с которыми вы выступали, с которыми вас любили, любят и будут любить.
С. Скачков:
– Ну это так. Никуда, к сожалению, а почему «к сожалению», от старого-то материала не уйти все равно. Поэтому у нас очень большая на данный момент обширная программа. Что радует. Можно не только в каких-то рамках заканчивать, да, только «Травой у дома», а начинать «Каскадерами». Можно еще все это дело совершенно замечательно разбавлять, что мы и делаем.
М. Антонов:
– А вот если вас куда-то приглашают. Это концерт, фестиваль, корпоративы, что греха таить – всегда говорят играйте только старенькое. Или говорят – главное приезжайте, играйте, что хотите, мы рады вас видеть просто.
С. Скачков:
– Есть предложение, как исполнение каверов. Вот такие. Что касается всей остальной программы, то никогда не говорят – старое, новое или что-то. Просто просили исполнить там каверовую программу. Поэтому у нас есть на час каверовая программа всегда. И если концерт сольный, то мы обязательно пару-тройку песен каверовых вставляем.
С. Неделин:
– А вообще в целом кто или что, может быть, сегодня определяет состав концерта? Что будет звучать на концерте? Это деньги или это личное желание музыкантов?
С. Скачков:
– Если это полтора-два часа, то мы в свою программу вставляем все, что у нас есть – и старое, и новое, и в том числе кавера, на которых мы в свое время учились, разминались, росли над собой…
М. Антонов:
– Друзья мои, я не хотел бы говорить на грустные темы говорить, да простит меня Сергей Скачков, но тем не менее. Вот так посмотришь в последнее время – Александр Барыкин ушел, солист группы «Супермакс», Александр Монин, а до этого Саша Лосев из «Цветов» и так далее. И все, главное, что были в рабочеспособном состоянии. Это не было тяжелых и продолжительных болезней… Сергей, вы уж простите, я вовсе сейчас не на ваш возраст намекаю, но просто в голове не щелкает: а не пора ли остановиться? Уже все всем доказал, казалось бы. Уже показал, как надо играть и как надо петь. Или что?
С. Скачков:
– Почему надо останавливаться, если к этому есть и желание, и возможности. Могу сказать точно – самая большая проблема это доставка тела, то есть, непосредственно до концерта и, как всегда, естественно, саундчек. К сожалению, я понимаю, что не бывает идеального варианта, что касается аппаратуры, всегда какая-нибудь лажа. Что касается отстройки аппарата, я просто слышу все прекрасно сразу. Это занимает у нас немного времени, я всегда нахожу уже быстро оптимальный вариант.
С. Неделин:
– Мне очень интересна судьба вашей автомобильной коллекции, потому что вы в свое время говорили, что отдыхаете, когда занимаетесь старыми машинами. Вы пополняете коллекцию или вот то, что у вас есть, и на этом остановились?
С. Скачков:
– Нет, я не могу, потому что просто некуда ее ставить. Я бы с удовольствием, но на это нужно, во-первых, время много и денег. Этот процесс затягивает, он бесконечный. Я приобрел два автомобиля, мотоцикл – собственно, то, о чем в детстве мечтал. Мне очень нравились «Победы», вот я ее купил, она стоит у меня и просто радует глаз. Я каждый раз выхожу, заезжаю, приезжаю, либо сажусь в «Победу» и еду там в ближайшее сельпо какое-нибудь. Когда выезжаешь на Дмитровку, на трассу, сразу понимаешь, что лучше развернуться и ехать обратно, потому что сейчас так медленно никто не ездит. А когда ты едешь один по лесной прекрасной трассе, замечательно – так только пролетают сосны, елки. Ништяк!
М. Антонов:
– Я вернусь к центру детского и юношеского творчества «Земляне». Детство и юношество в этом центре как отображается? Вы сказали, что туда приходят люди молодые записывать что-то.
С. Скачков:
– В основном, где-то года два-три назад, на данный момент у нас нет базы, к сожалению, мы в поиске находимся, да, запись фонограмм, участие в каких-то концертах. Буквально вчера мне звонили, просили типа какой-нибудь мастер-класс показать. Ну, вот собираются дети и спрашивают – дяденька, а как это вы так громко поете? Я говорю, представьте, что вы взяли молоток, ударили себе по пальцу – вот приблизительно так рок поют.
С. Неделин:
– Сергей, вы не раз говорили сегодня, что в нынешнем составе «Землян» много музыкантов, которые близки к металлу. А как получается совмещать музыку, которая звучит, по сути, она же совершенно не металлическая, вот с этими пристрастиями музыкантов?
С. Скачков:
– Последний альбом получился тяжеленький. И я могу вас заверить, что, если вы послушаете последние, я переписал только что всю классику, и так получается, что она с каждым разом получается все тяжелее и тяжелее. Я не знаю почему.
М. Антонов:
– У вас же стремление к утяжелению было всегда. Вы были самой громкой группой…
С. Скачков:
– Музыка гитарная и, соответственно, что тут делать-то? Гитарная музыка предполагает громкость, какую-то жесткость. Сейчас два отличных гитариста. А если два гитариста, так это еще громче и жестче.
М. Антонов:
– Сергей, вот мы говорим сейчас про звучание. Это говорит о том, что Скачков до сих пор в поиске или просто нравятся эксперименты? Ведь при желании можно в этом альбоме электронику найти и такой отсыл к Жан Мишелю Жарру. Можно найти и диперполовские какие-то…
С. Скачков:
– На мой взгляд, альбом получился очень удачный. Могу точно сказать, что давно мне так вот не нравилось ничего. Ну, разве что вот альбом, который получился последний – это с Куртом. Я с удовольствием записывал эти песни. И тут вот еще получился такой тяжелый альбом, который доставил мне удовольствие.
М. Антонов:
– То есть, вы нащупали? То есть, и дальше будет так же?
С. Скачков:
– Во-первых, прекрасный аранжировщик Андрей Исмагилов, с которым мы все это дело мучили достаточно долго, почти два года.
М. Антонов:
– Дальше будете эту же нишу разрабатывать или опять будете искать какой-то новый звук?
С. Скачков:
– Что касается нового альбома, не знаю, были попытки сделать этой весной презентацию. Но не хочется делать это в каком-то клубе, хочется жахнуть. А это все упирается в финансы. Ну, подождем еще.
С. Неделин:
– Я не могу не вспомнить скандалы, которые были вокруг бренда «Земляне». Они вас тогда не сильно выбили из колеи?
С. Скачков:
– Да продолжается это… Нет, меня не выбивает это. Мне это смешно просто…
М. Антонов:
– Это такая проблема последних дней, когда вместо того, чтобы обсуждать музыку, обсуждаются скандалы. Кто был первее, кто первый встал, кто первый застолбил все это. Именно поэтому я хочу вот что спросить. Если завтра в Интернете вы, Сергей, увидите, что ваш альбом распространяется на каком-то сайте, выложена ваша музыка, бесплатно. Вы скажете – ради бога, слушайте на здоровье или все-таки попробуйте про авторские права что-то поговорить?
С. Скачков:
– Это сложный вопрос. Я даже не знаю, что я буду делать, честно говоря. Да все уже, по-моему, с этим смирились. Что, бороться как-то с этим? А возможно ли с этим бороться? Это отнимет массу времени. Лучше это время потратить на что-нибудь… В конце концов, есть государство, пусть оно хотя бы помогает в этом.
С. Неделин:
– Давайте еще один такой философский вопрос. Наш любимый русский рок – он жив или все-таки, как утверждает Борис Борисович, он нынче уже мертв?
С. Скачков:
– Он какую-то глупость ляпнул, а теперь все это мусолят. Так же, как о сексе, понимаете. Ну, что это такое? У нас в Советском Союзе кусты звенели, а у кого-то его не было… А Борис Борисович висел когда-нибудь на этом, он понятие-то об этом имеет?
М. Антонов:
– Послушайте последний альбом Сергея Скачкова и вы поймете, жив этот рок или нет.