2017-10-03T12:53:22+03:00

Кто ж его снесет? Он же памятник!

«Комсомолка» выяснила, кто и как спасает старинные строения в Москве [фото, радиопередача]
Скоро в самом начале Остоженки, на месте 6-го (слева) и 4-го домов, появится торгово-офисный центр. С парковкой, конечно.Скоро в самом начале Остоженки, на месте 6-го (слева) и 4-го домов, появится торгово-офисный центр. С парковкой, конечно.Фото: Михаил ФРОЛОВ
Изменить размер текста:

- Почему вы эти дома защищаете? Убогие коробки… - наш фотограф Виктор Гусейнов категоричен. Говорит что думает. И говорит о том, что видит через объектив камеры.

Слова Вити обращены к Андрею Новичкову, активисту «Архнадзора» - общественного движения, стремящегося сохранить памятники и виды столицы. Андрей, один из самых активных членов движения, только что провел нас по самому началу Остоженки: пара домов по четной стороне уже обнесена лесами и забором, за которыми ничего не видно. Витя не скрывает неудовольствия: снимать-то нечего.

«Комсомолка» выяснила, кто и как спасает старинные строения в Москве

00:00
00:00

По данным активистов «Архнадзора», 6-й дом вскоре снесут, а на его месте появится 6-этажный «многофункциональный комплекс» - с апартаментами на 55 номеров и офисным центром. Снесут и 4-й, чтобы... воссоздать его же из современных стройматериалов. Будет очередной новодел, причем не 2-этажный, как сейчас, а 4-этажный.

Мы пробираемся на задворки огороженных домов. Напротив, через перекресток, - храм Христа Спасителя. Через пару кварталов - «Золотая миля», самый дорогой район столицы.

- Остоженка, 6, с исторической точки зрения не самое значимое строение, - поясняет Новичков. - Но все равно ценное - как объект градостроительной среды. Лет 14 назад он сильно выгорел, и вряд ли его уже что-то спасет. А вот Остоженка, 4, - в прошлом усадьба Римских-Корсаковых, в которой Чайковский писал «Снегурочку». Фасад XIX века, - описывает скрытые за жестью и бетоном красоты наш сопровождающий, - в фундаменте дома можно обнаружить белокаменную кладку XVII столетия. В 1812-м усадьба чудом уцелела во время большого пожара. В 50-х годах XIX века тут жила семья Васильевых, известных актеров Малого театра.

В 90-е усадьба Римских-Корсаковых (Остоженка, 4) была цела и почти невредима, она органично вписывалась в архитектуру улицы. Фото: ЦИГИ

В 90-е усадьба Римских-Корсаковых (Остоженка, 4) была цела и почти невредима, она органично вписывалась в архитектуру улицы. Фото: ЦИГИ

Внутри усадьбы Римских-Корсаковых (Остоженка, 4) сохранились уникальные печи и лепнина.

Внутри усадьбы Римских-Корсаковых (Остоженка, 4) сохранились уникальные печи и лепнина.

«ПОД ЗАЩИТОЙ ИЛЬИЧА»

Андрей не без удовольствия исполняет обязанности экскурсовода. Он отлично знает историю здания. В конце 2016-го Новичков от лица «Архнадзора» подал заявление в Департамент культурного наследия Москвы. Заявление о том, что Остоженка, 4, имеет историческую ценность...

Новичкову едва перевалило за 20. В «Архнадзор» он пришел в 2011-м, когда парню было 14 лет. Андрей с детства интересовался градостроительными проблемами. Сначала лишь фиксировал сносы на видео, позже вступил в ряды активистов, изучающих историю и юридические тонкости. Первым полем сражения для Новичкова стал 25-й дом в Козихинском переулке. Вскоре началась борьба за усадьбу Волконских на Тверском бульваре, множественные попытки спасти усадьбу Мельгунова на Старом Арбате. В общем, парень попал в «стихию» и - понеслось...

Во дворах домов, готовых к сносу, тихо и безлюдно. Экскурсию для нас проводит активист «Архнадзора» Андрей Новичков. Он знает тут каждый уголок, каждую мелочь. Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Во дворах домов, готовых к сносу, тихо и безлюдно. Экскурсию для нас проводит активист «Архнадзора» Андрей Новичков. Он знает тут каждый уголок, каждую мелочь.Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

- Менее чем через месяц после моей заявки, когда исследования еще продолжались, когда эксперты проводили зондаж стен, пришло письмо с отказом, - ускоряется, а потом резко останавливается, подчеркивая всю трагичность ситуации, Новичков. Имея в виду Остоженку, 4. Признав здание объектом культнаследия, департамент спас бы его от разрушения. А в идеале предписал бы собственнику начать реставрацию усадьбы. - По этому дому у «Архнадзора» принципиальное мнение, - говорит Андрей. - Внутри сохранились подлинная лепнина, старинные печи. В 1970 - 1980-х там располагалась Книжная палата. Сейчас же двери дома заколочены, мы не можем проверить сохранность интерьеров, взламывать ничего мы не имеем права.

В советское время в старинном доме находилась Книжная палата. ФОТО ЦИГИ

В советское время в старинном доме находилась Книжная палата. ФОТО ЦИГИ

- Может, попробуем? - легкомысленно предлагает фотокор.

- ...Даже если за последние несколько лет ночующие тут бомжи и гастарбайтеры успели уничтожить внутренности дома (чему не удивлюсь!), то имеет смысл оставить целыми фасадные стены, - размахивает свободной рукой активист, залезший по просьбе фотографа на забор. Понимает ведь, что кадры попадут в «КП», а потому немного позерствует.

Однако столичные нормативы диктуют свои условия: все новые здания должны иметь подземные парковки.

Активист Андрей Новичков забрался на забор, который окружает дом на Остоженке, 4. Двери и окна опечатаны, но именно тут периодически живут бродяги. Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Активист Андрей Новичков забрался на забор, который окружает дом на Остоженке, 4. Двери и окна опечатаны, но именно тут периодически живут бродяги.Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

- Построить такую, не потревожив дом, на маленьком пятачке невозможно, - резюмирует наш собеседник. - Как минимум одну стену придется снести, а за ней могут рухнуть и остальные.

Движение «Архнадзор» появилось в начале 2009-го. Тогда это был громкий выстрел по лужковской политике. «Так до нас Лужкову по рукам никто не давал, - не без гордости говорят активисты. - Долгое время команда прежнего мэра уничтожала десятки домов - без разбора и без обсуждения. Мы же начали бороться с произволом, не просто критикуя власть, а находя юридические способы для защиты строений. Через суды, через издание журналов и сбор исторических обоснований».

С одной стороны, общественникам удавалось настоять на своем. Порой помогали советские правила и нормы. Если в каком-либо здании побывал Ленин, то оно автоматом признавалось памятником. Некоторые строения, не самые значимые, по-прежнему находятся «под защитой Ильича». С другой стороны, Москомнаследие (так раньше назывался Департамент культурного наследия) «Архнадзору» частенько отказывало. И необоснованность эту зачастую признают нынешние чиновники уже нынешнего департамента. Они по второму разу принимают заявки у активистов, которые находят новые исторические обстоятельства. И департамент все-таки признает то или иное здание исторически ценным объектом, не подлежащим сносу...

В июне 2011 года практически одномоментно были уничтожены дом Феоктистовых на Большой Ордынке, флигели усадьбы Глебовых - Стрешневых - Шаховских и доходный дом архитектора Кольбе на Большой Якиманке. Причем, помимо самого «Архнадзора», правозащитников и местных жителей, в защите этих строений принимали участие сами сотрудники Департамента культурного наследия. Но пока активисты и чиновники - в глубокой ночи - перебегали от одной стройплощадки к другой, дом успевали разобрать. То уничтожение старины «Архнадзор» прозвал «ночью длинных ковшей». После сноса дома Кольбе Сергей Собянин объявит мораторий на точечное строительство в центре столицы, аннулировав все разрешительные документы. Запрет, правда, продержался не очень долго.

СНЕСТИ НЕЛЬЗЯ РЕСТАВРИРОВАТЬ

До 2015 года, чтобы написать заявление с просьбой признать дом исторической ценностью, гражданин или организация должны были обратиться за помощью к специалисту, аттестованному Министерством культуры России. Эксперт, в свою очередь, обязан был заполнить строгую форму с упоминанием архивных данных и приложить чертежи. Специалисту следовало обосновать ценность фасада и расписать его стилистику. Многотомник! Проблема заключалась еще и в том, что экспертная оценка стоила минимум 100 тысяч рублей, а бывало - миллион. В итоге тот же «Архнадзор», общественная организация, десять раз обдумывала свое решение, прежде чем начинала бороться за дом.

Однако пару лет назад в Федеральный закон «Об объектах культурного наследия» были внесены весомые поправки. Сложную процедуру сделали простой. Заявление с просьбой назвать какой-либо дом памятником архитектуры теперь может составить абсолютно любой. В свободной форме. Следует лишь приложить свежие фото, историческую справку и ссылки на сайты, рассказывающие о прежней насыщенной и небанальной жизни внутри строения. Поэт, мол, хаживал, убийство какое-то важное случилось. Признание дома заявленным объектом культнаследия хотя бы на время может остановить его от вероятного сноса. Департамент мэрии, само собой, принимает подобные заявления. Охотно даже.

- Но только в том случае, - настаивает Андрей Новичков, - если на этом месте ничего не спроектировано и ничего не намечено. Если планы существуют только лишь в голове у застройщика - их чиновники вполне могут подрезать. А вот если проект утвержден...

Собственником двух домов на Остоженке, с которых мы начали материал, является Владимир Семенихин, меценат, коллекционер, проводящий большую часть жизни за границей. Он же - владелец только что снесенных неподалеку от Остоженки, в Пожарском переулке, дома Зиминой и доходного дома Колобашкина. На месте двух этих строений, которые Мосгорнаследие когда-то так и не взяло под охрану, будет возведено 6-этажное офисно-жилое здание. С подземной парковкой на 5 тысяч квадратов.

Так выглядят дома по Остоженке, 4 и 6 с высоты птичьего полета. Фото: Михаил ФРОЛОВ

Так выглядят дома по Остоженке, 4 и 6 с высоты птичьего полета.Фото: Михаил ФРОЛОВ

Несколько месяцев назад Семенихин обратился к градозащитникам с программным выступлением: он пообещал сохранить первоначальные постройки на Остоженке. Однако проект, который есть на руках у активистов «Архнадзора» и который периодически всплывает на заседаниях Архсовета Москвы, говорит об обратном. Ни о какой реставрации речи не идет.

На схемах, висящих на заборах, можно увидеть, что построят на месте нынешних строений в начале Остоженки. Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

На схемах, висящих на заборах, можно увидеть, что построят на месте нынешних строений в начале Остоженки.Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Телефон Семенихина не отвечает: срабатывает автоответчик. Пару месяцев назад мы попросили секретаря бизнесмена передать ему письмо с вопросами, касающимися сноса домов и строительства новых. Нам пообещали предоставить ответ в течение месяца. Пока - молчание.

Печатников переулок, 7. В этом доме жила кинематографическая Эллочка-людоедка. Благодаря «Архнадзору» строение признали памятником и отреставрировали. Фото: maps.google.ru

Печатников переулок, 7. В этом доме жила кинематографическая Эллочка-людоедка. Благодаря «Архнадзору» строение признали памятником и отреставрировали. Фото: maps.google.ru

ВЫСТАВИЛИ СЧЕТ

- А как же Питер? - интересуется у нашего собеседника нетерпеливый Витя Гусейнов. - Там же все в порядке? - то ли утверждает, а то ли спрашивает мой коллега.

- Санкт-Петербург - историческое поселение, - парирует Новичков. - Руководствуясь этим статусом, местные законодатели запретили сносить дома, построенные раньше 1956 года. Независимо от того, являются они памятниками архитектуры или нет.

Что же Москва? Еще в 2002 году Министерство культуры переутвердило список из 200 городов, которые с полной уверенностью можно назвать историческими поселениями. Выборг, тот же Питер, Казань, Брянск, столица России... Но в 2010-м перечень очень сильно поредел. Остался лишь 41 город, и Москвы там уже не было.

Некоторые прохожие даже не подозревают, точнее, уже забыли, что за забором высится легендарный дом. Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Некоторые прохожие даже не подозревают, точнее, уже забыли, что за забором высится легендарный дом.Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Снос любого здания, формирующего облик города, на территории исторического поселения категорически запрещен. Местный орган по охране памятников имеет право наделять чуть ли не каждый дом статусом ЦГФО - ценного градоформирующего объекта. И усадьба Римских-Корсаковых на Остоженке, кстати, являлась тем самым ЦГФО. Точнее, является до сих пор. Но Москва уже не историческое поселение. А потому у градозащитников одна надежда - на то, что дом признают-таки памятником архитектуры хоть какого-то уровня. Тут, правда, есть еще одна загвоздка. С 2015 года Москва перешла на так называемую 200-балльную систему. «Объект становится выявленным памятником архитектуры только в том случае, если набирает необходимое количество баллов. А именно - 200. Баллы даются в том числе за сохранность владения и время постройки, известность архитектора», - пересказывают постановление правительства юристы. Представим, что у строения есть архитектор, известный во всей России. Получай 50 баллов. Автор неизвестен? Извини, только 10. Приезжал туда Пушкин? Вот тебе еще 10 баллов...

В случае с Остоженкой «Архнадзор» решил перестраховаться и все равно заказать экспертное заключение. Нашлось несколько специалистов, вызвавшихся помочь активистам за условный рубль. Татьяна Каменева и Екатерина Шорбан, эксперты, аттестованные Минкультом, начислили усадьбе Римских-Корсаковых 225 баллов. И это даже при условии, что следов кладки XVII века в стенах дома не осталось, а Чайковский в нем все-таки не был. Однако Департамент культурного наследия считает, что собранных сведений недостаточно. Не дотягивает дом до 200 баллов. Что же стало причиной таких, мягко скажем, разночтений? «Не готовы ответить», - объясняют активистам чиновники, будто это и правда информация государственной важности. Не предоставляют документы и «КП».

- Смотри, Андрей, - спрашивает у нашего собеседника фотограф, - вот обяжут застройщика сохранить здание. А денег у него на это нет. И что, кирпичи годами будут сыпаться нам на головы?

У Новичкова и на этот вопрос имеется ответ.

- Если собственник не выполняет своих обязательств, то власти вправе изъять у него объект и выставить на аукцион. Покупатели всегда найдутся. Москва все-таки...

СПРАВКА «КП»

«Архнадзор» - добровольное некоммерческое объединение граждан, желающих способствовать сохранению памятников, ландшафтов и видов столицы России. Участники движения не получают денег за работу, своим девизом они выбрали афоризм Овидия: «Счастлив, кто имеет мужество защищать то, что любит». Среди основных видов деятельности движения: съемка и изучение памятников московской старины, содействие их постановке на госохрану; общественный мониторинг состояния и использования памятников истории и архитектуры; подготовка правовых, организационных и иных предложений. Все решения и заявления «Архнадзора» формулируются коллегиально.

МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА

«Не надо манипулировать терминами»

- В Москве достаточно адресов, которые реально требуют к себе срочного и неотложного внимания, - утверждает Алексей Тодощук, гендиректор компании «Сватсрой», которая в числе прочего занимается восстановлением фасадов. - Но они почему-то не попадают в фокус защиты «Архнадзора». Вынужден констатировать: имеет место манипулирование терминами «памятник архитектуры» и «историческое наследие»... Я убежден, что существующие нормы корректны, как корректна вся нормативная база, пришедшая к нам из СССР. Это - большее достижение, по этим нормативам можно и нужно работать. Однако богатство русского языка безгранично, что приводит к вольным почтениям и трактовкам. Из-за этого - зачастую - рабочая ситуация переходит в фазу патовой и неразрешимой.

 
Читайте также