Лошадь на списание: какое будущее ждет животных после окончания их службы в полиции

Мария Батурина и ее конь Бросок

Фото: Личный архив.

Бывшая сотрудница первого оперативного полка полиции, кавалериста Мария Батурина не может сдержать слез, рассказывая о том, как пыталась выкупить списанного со службы своего напарника - орловского рысака.

- Сколько раз за 9 лет мы с Броском оказывались в толпе разъяренных фанатов, - вспоминает Мария. - Никогда он не трусил - командую «вперед», значит вперед, даже если там страшно. Он всегда меня грудью закрывал от арматуры и битых бутылок хулиганов. Ни разу не предал. Мы с ним так сроднились за эти годы.

В 2015 году Батурина уволилась, а через полгода списали и Броска.

- Он не был старым и больным, он мог еще жить и жить, - говорит Мария. - Я это точно знаю. Помимо выходов в наряды я, как кавалерист, полностью заботилась о нем. Мыла, гуляла, кормила. К тому же я лично объезжала других молодых коней. И знаю, как они работают, на что способны, какие у кого проблемы со здоровьем.

Отмечу, что первый оперативный полк полиции - самое большое кавалерийское подразделение в России и одно из крупнейших в Европе. Его сотрудники регулярно охраняют массовые мероприятие, патрулируют улицы. Штат парнокопытных не маленький - несколько десятков животных. По официальной информации полиции, срок эффективной службы полицейской лошади - 7 лет, при этом средняя продолжительность жизни - 30.

А что дальше?

- После списания животных отправляют на убой - на колбасу, - объясняет бывшая кавалериста. - Хотя сотрудники полиции могут выкупить своего напарника. Это легальная процедура.

Мария Батурина не может сдержать слез, рассказывая о том, как пыталась выкупить списанного со службы своего напарника

Фото: Личный архив.

КРЕДИТ ДЛЯ ЛУЧШЕГО ДРУГА

Вкратце юридический механизм должен работать так. В полку происходит ежегодная, плановая выбраковка животных, которые значатся как движимое имущество МВД. Фактически лошади приравнены к авто - на каждую есть документы: техпаспорт, ветсправки, клеймо. Согласно Указу президента №1205, Постановлению правительства РФ №231 и Приказу МВД №992 все списанное движимое имущество, то есть и лошади тоже, должно продаваться с торгов, доступных любой организации. Информацию о торгах обязаны размещать на официальном сайте госзакупок. И, как подтверждают и в МВД «...Любой сотрудник органов внутренних дел РФ или частное лицо может приобрести высвобождаемую лошадь».

Узнав, что Броска списали, Мария Батурина стала готовится к торгам, взяла кредит так, чтобы хватило с запасом. Оценочная стоимость могла быть около 65 тысяч рублей.

- Но я готова была отдать хоть в три раза больше, - продолжает Мария. - Нашла организацию, готовую участвовать в торгах и стала спокойно ждать. Частное лицо не может принимать участие в аукционах госзакупок. Знаю, что другая кавалеристка квартиру заложила под выкуп своей лошади. Ведь для нас всех эти лошади - не просто какое-то списанное имущество - это друзья, напарники, члены семьи. Понимаете?

- Понимаю. И что было дальше?

- В тот год помимо моего Броска выбраковали еще 22 лошади. На них на всех нашлись «руки»: кого-то хотели забирать такие же кавалеристы, кого-то мечтали взять конно-спортивные школы. Ведь такие животные, послужившие и испытанные с самых разных условиях (в толпе, в перестрелках) - идеальны для детей. Они великолепно обучены, у них крепкая психика и предсказуемое поведение. Даже уже в немолодом возрасте бывший полицейский конь долго еще может служить на гражданке. Например, та школа, в которую я устроилась берейтором (тот, кто обучает верховой езде, - Ред,) сразу после увольнения из МВД (КСК «Васькино»), была готова выкупить вообще всех лошадок. Мы даже подготовили денники, коневозки. Но...

НАШЛИ НА САЙТЕ ОБЪЯВЛЕНИЙ

Вдруг неожиданно Маше позвонили коллеги и сообщили - всех списанных лошадей, в том числе и ее Броска, погрузили в скотовозку и куда-то увезли.

- Тем, кто в теме, сразу стало понятно куда - на убой, - плачет Маша. - Боевых, рабочих животных таким образом возить просто запрещено: лошадям не на что опереться, при любом торможении они падают, многие просто живыми и здоровыми таким образом вряд ли доедут.

Некоторые из сотрудников бросили все и помчались вслед за скотовозкой. По номеру машины удалось выяснить, кому она принадлежит - охотничьему хозяйству, которое помимо всего прочего занимается и переработкой конины. Три месяца Мария бомбила охотхозяйство звонками с просьбой продать ей Броска, либо разрешить ей бесплатно ухаживать на рысаком. Но в ответ слышала отказы.

Тогда же Мария и ее бывшие коллегия мониторили сайты объявлений в надежде, что где-то появится информация о продаже списанных в полиции животных. И не зря. Коллега Маши Татьяна Емельянова нашла своего коня с полковой кличкой Блеск на сайте частных объявлений «Авито». Узнала по фото. Животное ей в итоге продали за 65 000 рублей без ветсправок и документов - у того, кто продавал их просто не было. Конь был в ужасном состоянии и через неделю он пал, никакое лечение не помогло. Стресс, живодерские условия содержания, голод и жажда... Остальных лошадок и след простыл. Маша предполагает, что их пустили на мясо.

ЕЩЕ 35 ГОЛОВ НА УБОЙ?

В декабре прошлого года в распоряжении редакции оказался документ с «расстрельным» списком из 35 полицейских лошадей с кличками (Икар, Жезл, Запрет, Забавник...), инвентарным номером, годом рождения. По словам Батуриной, это не просто лошади. Во-первых, они прекрасно воспитаны, великолепно обучены, служили в первом оперативном полку полиции. Во-вторых, все они скорее всего вот-вот пойдут на убой, так же как и в 2015-м их «коллеги».

- Почти всех лошадей их этого списка я знаю, - говорит Маша. - Например, Парад, ему всего 10 лет! В документах пишут, что у него защемление нерва. Но такого с ним ни разу не было! У него бельмо, сразу было, как он поступил, но это не мешало ему служить. Я готова его выкупить, если он не нужен.

Дабы не допустить ситуации 2015 года, действующие и уволенные сотрудники полка обратились в юридическую контору к адвокату и зоозащитнику Маргарите Гавриловой. Цель - добиться законных торгов списанных со службы животных.

- Сначала я попыталась понять, кто и как занимается реализацией высвобожденного (списанного) имущества РФ - лошадьми 1-го полка. Ибо на официальных площадках информация о них отсутствует, - поясняет юрист. - Ответ был стандартный - ссылка на нормативные акты и официальный сайт госзакупок. Мои сотрудники изучили все электронные аукционы, размещенные МВД России за все годы. Ежегодно продавалось самое разное имущество: от звездочек на погоны до бывшего в употреблении карданного вала. И только лошади ни разу не были включены в перечень имущества, подлежащего продаже. Нет ни единого намека и на продажу животных, списанных в этот раз.

Гаврилова запустила петицию в интернете, направила письма в Администрацию президента, Службу собственной безопасности МВД, в ГенПрокуратуру и ФСБ. Кто-то из кавалеристов дошел и до следственного комитета.

Юрист приводит еще факты. С ее слов, все служебные лошади еще в 2016 году якобы «полностью утратившие свои потребительские свойства по физиологическим и возрастным параметрам» до настоящего времени используются на службе. Например, конь Баян 23 ноября 2017 принимал участие в показательных выступлениях по джигитовке, кроме того регулярно используется для патрульной службы, равно как и кобыла Елань.

- Чем именно руководствовались в МВД, списывая их, непонятно, - говорит юрист. - Но это их дело. Я, как и любой другой гражданин РФ, имею право купить товар, освобождаемый из оборота государства. Почему же меня этого права лишают? Это нарушение антимонопольного законодательства. Тем более есть люди, которые готовы не просто выкупить всех лошадей из списка, но предоставить им все условия для проживания.

КОММЕНТАРИЙ ПОЛИЦИИ

Коней выставим на торги

В МВД России ответили на петицию, распространяемую в Интернете.

- В 2016 году в ведомстве была проведена плановая выбраковка служебных лошадей, не пригодных для использования по здоровью или возрасту, - говорится на сайте ведомства. - Реализация служебных лошадей будет осуществляться конкурсным способом. При этом к покупателям предъявляются определенные требования, согласно которым приобретенные ими лошади должны использоваться в спортивном или племенном коневодстве. Использование лошадей в качестве сырья для переработки не предусмотрено. В настоящее время проходит процедура определения покупателя движимого имущества. Вся информация о планируемом заключении государственного контракта размещена в единой информационной системе в сфере закупок.

Таким образом, сведения, распространяемые по данному вопросу на ряде Интернет-ресурсов, не соответствуют действительности.

P.S.: Действительно, управление МВД все-таки выставило на торги 35 списанных со службы коней.

ВЗГЛЯД СО СТОРОНЫ

Давайте беречь тех, кто не предает!

Андрей ДЯТЛОВ

История с лошадьми по эмоциям - не единcтвенная, конечно. Довольно давно ходят в соцсетях посты про то, что собираются усыпить служебных собак, поскольку подразделение расформировано. И про то, что ликвидируют питомник, поэтому... И так далее.

Вы вообще заметили, что любая история о потерянной или замученной собаке или кошке - это взрыв в интернете. Спасают, ищут и защищают всем миром.

Почему в нормальных странах (и у нас наконец-то тоже) ужесточают наказание за бесчеловечное обращение с животными? Горький, но ответ, мне кажется, есть. Нас так разъединили и ожесточили всякие кризисы в экономике, кидалова от тех, кому верили, разборки в политике, что мы неосознанно пытаемся сберечь хоть кого-то, кто нас любит всегда и предан без лести. Дальше говорить? Ну конечно, это наши братья по дому и планете: собаки, кошки, мини-пиги, лошади. Те, кто при нашем любом стрессе отвечает только радостью.

Честно говоря, я не знаю, плохо или хорошо, что мы так устроили наш и их мир. Ясно, что точно плохо то, что мы стали равнодушнее относиться к людям, считая, что: а) человек сам может постоять за себя и что: б) каждый выживает в этом мире в одиночку.

А вот наши питомцы вряд ли могут постоять за себя и выжить без нас. И поэтому точно хорошо, что мы понимаем, что мы за них в ответе. Это сказал еще Экзюпери, конечно, в «Маленьком принце». Но меня греет то, что мы этого чувства не растеряли даже нынче. А так, глядишь, все наши жучки, мурки и лошадки нас вернут обратно в стойло: в стойло уважения человека к человеку.

Так что простите меня, романтика и собаковладельца, но вы там побережнее с «движимым государственным имуществом», особенно живым. Чтобы не ранить лишний раз людей.