«Эту дружбу не задушишь, не убьёшь»: почему жители Москвы не хотят прощаться со всем украинским

Монумент российско-украинской дружбы в Бибиреве стоит уже больше двадцати лет.

Фото: Михаил ФРОЛОВ. Перейти в Фотобанк КП

Монумент - это, конечно, звучит слишком громко. Сразу представляешь себе нечто значительное, героическое. От чего, как говорится, дух захватывает. А тут два небольших бетонных столбика (не выше человеческого роста). Один окрашен в цвета российского флага, другой в цвета украинского. Вот и вся композиция.

Сам монумент до сих пор не пострадал, а вот надпись на дружеской табличке кто-то стёр ногами.

Фото: Михаил ФРОЛОВ. Перейти в Фотобанк КП

А, и ещё испорченная табличка, на которой когда-то было написано: «Аллея дружбы. Заложена 9 августа 2000 года в честь подписанного соглашения между Правительством Москвы и Киевской городской государственной администрацией «Об установлении породнённых связей».

В Киеве такие же столбы давным-давно снесли.

Фото: Михаил ФРОЛОВ. Перейти в Фотобанк КП

Жители района Бибирево на северо-востоке Москвы любят этот небольшой сквер. Уютные беседки, скамейки. Детская площадка. Буквально в двух шагах Алтуфьевский заказник - территория более 80 га, на которой обитают зайцы, кроты, ястребы, ласки, ежи, белки.

- Ну и к столбам привыкли тоже, - говорит местный пенсионер Иван Сергеевич. - Нужно чётко понимать, что дружба между народами не имеет ничего общего с большой политикой. Они там все памятники советские снесли. Даже героям Великой Отечественной войны. Но обычные люди к этому не причастны. У меня в трёх украинских городах родственники живут. Вот с ними у нас дружба.

Несмотря на то, что тургеневский тёзка вещал на повышенных тонах и распалялся как на митинге, фамилию всё-таки не назвал. Зачем судьбу искушать.

Другие жители с ним солидарны. Не для того столбы ставили, чтобы рушить.

В этом, пожалуй, и есть существенное отличие нормальных здоровых людей от оголтелых националистов. Первые искренне надеются на то, что мы снова станем близкими друзьями. Точнее, братьями. А вторые мечтают о полном истреблении всего русского. Не говоря уже о каких-то столбах. Кстати, точно такие же были установлены и в Киеве, но их впоследствии уничтожили. Как и многие памятники на Украине. Ленину, Ватутину, Жукову... И даже Суворову, который умер за 122 года до образования СССР.

Украинские названия на территории российской столицы повсюду.

Фото: Михаил ФРОЛОВ. Перейти в Фотобанк КП

БОЙКОТА НЕ БУДЕТ

А вот теперь представьте, как в центре Киева, где-нибудь на Крещатике, стоит русский мужик. В сапогах и кафтане из овечьей шкуры. И, улыбаясь в густую бороду, зазывает прохожих в харчевню. Окрошки откушать, да расстегаев всяких. Да яблочного сбитня испить. И время действия при этом - любой день после государственного переворота и событий на Майдане. Когда на улицах начались массовые шествия радикалов. В том числе, в честь эсэсовской «Галиции».

Сразу как-то становится тревожно за мужика.

При этом у нас украинские питейные заведения по-прежнему пользуются популярностью. И даже в рабочий день.

Объявлять бойкот украинской кухне в столице не собираются.

Фото: Михаил ФРОЛОВ. Перейти в Фотобанк КП

Подходим на Садовом кольце к очередной корчме и видим щекастого зазывалу в украинском наряде. Который, как ни странно, оказывается узбеком (а... скильки там до Ташкента...). Вас проводят по покатым коридорам, застеленным половиками. Уже от одного их вида в горле образуется комок. Потому так точно такие же были и у бабушки, жившей в Одессе. Затем происходит окончательное погружение в мир глиняных кувшинов, чарок, пампушек, вареников и, конечно, горилки. Днём абсолютное большинство клиентов заказывает деловой обед. А вечером уже что-нибудь посерьёзней.

- Людей меньше не стало, - призналась официантка. - К тому же все они привыкли к нашему меню. Еда-то домашняя. Вы что будете?

Эх. Пропади моя телега, все четыре колеса!

- Несите окрошку.

Клиентов в украинский шинок зазывает узбек, но это не принципиально.

Фото: Михаил ФРОЛОВ. Перейти в Фотобанк КП

И пампушки. И ещё кролика. И зелени. И горчички. И салат. И квас.

У несчастной девушки чуть блокнот не кончился, пока она всё записала.

Общаться, глядя на диктофон, народ не желает. Я бы ещё в баню с ним припёрся. Но всё же между делом мужики пояснили, что объявлять всё украинское вражеским (вплоть до названий улиц) нормальный человек не станет. Иначе это будет как раз нацизмом. Проще говоря, политика действующих киевских властей - это не вареники с маком. И не мост Богдана Хмельницкого рядом с Киевским вокзалом. И не станция метро с народными гуляниями на панно. И не десятки улиц и переулков, в названии которых использованы украинские корни (начиная от Маросейки и заканчивая набережной Тараса Шевченко).

А этот мост на Бережковской набережной был назван в честь украинского гетмана Богдана Хмельницкого.

Фото: Михаил ФРОЛОВ. Перейти в Фотобанк КП

ЕЩЁ ПРИМЕРЫ

- Украинский бульвар. Расположен на западе столице в районе Дорогомилово. Появился в начале правления Брежнева недалеко от Киевского вокзала и Киевской улицы. В одном из домов жила небезызвестная Лиля Брик, муза русского авангарда и лично Владимира Маяковского.

- Гоголевский бульвар. Название говорит само за себя. Великий писатель Николай Васильевич Гоголь был родом с Полтавщины, очень много писал об Украине и владел мовой. Бульвар расположен в центре Москвы - он тянется от площади Пречистенские Ворота до площади Арбатские Ворота. Среди домов по обеим сторонам улицы почти все объекты культурного наследия.

- Сумская улица. Юг Москвы, район Чертаново. Названа в честь украинского города Сумы. Как и Сумской проезд, находящийся рядом. Там же - в двух шагах - имеется улица Днепропетровская. Её также назвали в честь одноимённого города. Ближайшие станции метро - «Южная» и «Пражская».

- Хохловский переулок. Обидное название прицепилось к этой улице в 17 веке из-за того, что в местных домах селились украинцы. Протяженность всего 500 метров. Расположение - Басманный район в центре столицы. Первоначальное название - Садовническая улица (близлежащая местность в те времена так и называлась - Сады).

- Маросейка. Расположена в центре Москвы. Названа в честь Малороссийского подворья. В советские годы была переименована в улицу Богдана Хмельницкого, но в 1990 году вновь стала Маросейкой. Известный поэт Семён Кирсанов в 1925 году написал следующие строки: «Моросит на Маросейке, на Никольской колется... Осень, осень-хмаросейка, дождь ползёт околицей». Стихотворение называется «Сентябрь».