Премия Рунета-2020
Москва
-6°
Boom metrics
Общество16 июня 2023 4:00

Главная цель - выжить: как я спасалась от дрона и бросалась на танк с палкой

Корреспондент KP.RU прошла курс для журналистов, работающих в экстремальных условиях
Каждый журналист по 4 часа ходил в шлеме и бронежилете

Каждый журналист по 4 часа ходил в шлеме и бронежилете

Фото: Александра БУДАЕВА

Раз-два-три-четыре, задержка дыхания на четыре счета, выдох по той же схеме, снова задержка дыхания, вдох. Ох! Нога проваливается, я плюхаюсь в воду. Наволочка на голове намокает, воздуха не хватает, в глазах темнеет... В голове мелькает: «И чего тебе дома не сиделось?».

А не сиделось из любопытства, естественно. Курсы для журналистов под названием «Бастион» проходят с 2006 года. Это совместный проект минобороны и Союза журналистов Москвы, проводят при содействии разнообразных ведомств – не только минобороны, но и национального антитеррористического комитета, МВД, Росгвардии, МЧС, МИД, ФСБ, плюс к работе привлекают военных медиков, психологов и др. Легенды про них ходят будоражащие воображение: мол, журналистов учат не только разным полезностям типа оказания первой помощи, но и выживанию в зонах катастроф и боевых действий. Как тут удержаться и не опробовать курсы на себе?

Взрывные устройства от противотанковых мин до лепестков

Взрывные устройства от противотанковых мин до лепестков

Фото: Александра БУДАЕВА

ВСЕ ПОЗНАЕТСЯ НА ПРАКТИКЕ

«Мы даем вам знания и умения. Дальнейшее зависит от вас - превратятся они в навыки, которые вы сможете применять, не раздумывая, «на автомате» или нет», - твердили нам инструкторы на все лады.

Да-да, мы внимали, запоминали, как экономить воздух, если вдруг окажемся под обвалом, как контролировать дыхание, и честно пытались сначала себе, а потом и товарищу наложить жгут за 10-15 секунд, не поднимая при этом головы, чтоб не получить пулю от гипотетического снайпера.

Разнообразие жгутов для остановки кровотечения

Разнообразие жгутов для остановки кровотечения

Фото: Александра БУДАЕВА

Вечером (ну как вечером - в половине первого ночи), когда страсти поутихли, после душа мы с соседкой сели чаевничать и обсуждать прошедший день. И вот, сижу я, как купчиха, с чашкой чая в одной руке и булкой, честно заныканной с ужина, - в другой. Делаю первый кусь - и тут начинается. Воет сирена. К поезду, в котором нас расселили, бегут какие-то люди. Не успели и глазом моргнуть - топот и крики приближаются к нашему купе.

Нас поселили в поезде в парке Патриот

Нас поселили в поезде в парке Патриот

Фото: Александра БУДАЕВА

Булка выпадает у меня из рук. Одним броском корпуса я захлопываю дверь и защелкиваю замок, после чего мы с соседкой спешно натягиваем штаны, обувь и куртки. Выбегаем одетые (так повезло не всем - кто-то в +10 топает по влажной ночной траве в носках и футболках), над ухом слышим: «Захват поезда! Пять человек ранено!», хватаемся за правый бок... и понимаем, что аптечки, которые должны были там висеть, остались в поезде...

Учимся бинтовать голову

Учимся бинтовать голову

Фото: Александра БУДАЕВА

ПРОТИВ ТАНКА И ДРОНА НЕТ ПРИЕМА

Больше с аптечками мы не расставались: с ними спали, ели и даже в душ ходили. И под танком лежали тоже с ними-родимыми.

- А чего ты там легла? Садись давай! - говорит мне военный Сан Саныч, глядя на меня сверху окопа.

- Очкую, - честно отвечаю я сильнее прижимаю к себе увесистую палку - ее вместо гранаты я чуть позже метну во «вражеский» танк и промахнусь влево примерно на полметра. «Славик, не очкуй!», - смеются коллеги, цитируя популярное телешоу. Я усаживаюсь, но когда сверху проезжает танк, голова сама собой вжимается в плечи. Как выяснилось, так будет происходить со мной каждый раз в случае опасности:

- Чей это дрон? Наш что ли? - артиллеристы только что показывали нам разные снаряды, мины и боеприпасы, которые могут встретиться в зонах боевых операций, и вдруг все вокруг начинает взрываться. Сломя голову (в моем случае - вжав голову в плечи), мы бежим к окопам, подгоняемые жужжанием дрона сверху. Против дрона для журналиста нет приема: мы не имеем права брать в руки никакое оружие, иначе, согласно Женевской конвенции, журналист становится участником боевых действий. Со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Дроны загнали всех в окопы

Дроны загнали всех в окопы

Фото: Предоставлено организаторами

ДЫШИ, МОЛИСЬ, ЖИВИ

Кульминация курсов «Бастион» - это имитация захвата заложников. В роли заложников - мы, журналисты.

- Когда вы понимаете, что попали в безвыходную ситуацию, следуйте алгоритму: сначала определите источник опасности, потом – где находится самое безопасное на данный момент место и как до него добраться, потом начинайте сначала - советовал нам военный психолог Алексей Захаров.

Оцепленное место взрыва неизвестного снаряда

Оцепленное место взрыва неизвестного снаряда

Фото: Александра БУДАЕВА

- Если вас захватили, не перечьте, делайте, что вам говорят, и постепенно пытайтесь наладить контакт, - говорил, основываясь на собственном опыте писатель и публицист, председатель правления Союза писателей России Николай Иванов, который в 1996 году провел четыре месяца в плену в Чечне.

Остатки взорвавшегося устройства - сгоревшая сумка и остатки гранаты

Остатки взорвавшегося устройства - сгоревшая сумка и остатки гранаты

Фото: Александра БУДАЕВА

Захвата мы ждали, даже примерный сценарий предполагали - не зря же инструктора показывали, что делать при обстреле автобуса. Однако предугадать, а тем более - контролировать реакцию собственного организма на все происходящее оказалось слишком сложно.

Финальный захват

Финальный захват

Фото: Александра БУДАЕВА

Буквально минут через 10-15 перебежек по пересеченной местности с завязанными руками и мешком на голове привели к тому, что я начала задыхаться. На дворе всего +8, льет дождь, я по пояс бреду в воде, но такое ощущение, будто я в парилке. И вот в тот момент, когда я готова была сдаться, рядом возник наш Чиф - Шеф, Командир, Генерал - как только мы его между собой не называли.

- Чего встала?! - рявкнул он над ухом, имитируя захватчика. Но меня не обмануть - так он спрашивал, все ли в порядке.

- Воздуха! Мне плохо, - честно ответила я. Тут же последовал приказ лечь, и я благодарно уткнулась носом в мокрую траву, слегка приподняв наволочку, чтобы восстановить дыхание.

От бесконечной стрельбы, взрывов и дымовых шашек начала нестерпимо болеть голова. Когда нас погрузили в «Урал», я почувствовала, что рядом со мной кто-то дрожит. Попыталась нащупать, чтобы показать: мы вместе, но «захватчики» это заметили, раздались новые выстрелы, которые в замкнутом пространстве прозвучали особенно громко, вызвав новый приступ головной боли.

Шлем вмятина от снаряда внутри

Шлем вмятина от снаряда внутри

Фото: Александра БУДАЕВА

Из грузовика всех отправили на допрос. Я видела, как знакомую девочку поливают водой, снова и снова спрашивая, кто она и что здесь делает. Рядом дрожал абсолютно мокрый в слишком легкой для этой погоды паренек. Едва мы взялись за руки, как его тоже забрали на допрос. А передо мной возник молодой человек в камуфляже и балаклаве.

- Ты кто? - прикрикнул он на меня. - Чего приехала?

- Саша, - честно ответила я. - На курсы, училась первую помощь оказывать.

Шлем следы от снаряда снаружи

Шлем следы от снаряда снаружи

Фото: Александра БУДАЕВА

- Домой хочешь? - уже чуть мягче спросил «захватчик». Я кивнула: «Конечно». И приготовилась к потоку воды в лицо. Вместо этого меня вывели из небольшой постройки, у входа стоял Чиф.

- А допрос? - не поверила я своим глазам.

- Хватит с тебя, иди-иди давай, вон врачи пусть тебя осмотрят, - отправил он меня подальше с места событий. Природное любопытство вело меня обратно, в гущу событий, а мозг - прочь от этих криков и выстрелов. Победил мозг.

Эксперт протирает металл органическим растворителем, чтобы снять следы взрывчатки

Эксперт протирает металл органическим растворителем, чтобы снять следы взрывчатки

Фото: Александра БУДАЕВА

ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ

Когда мы только приехали на курс, инструкторы сказали, что прежними мы уже не будем. Тогда я воспринимала это как игру - мол, конечно, мы многому научимся, как же иначе.

Научилась я бояться. За себя - ведь обычный дрон, к жужжанию которого мы привыкли на мероприятиях, может нести опасность. За товарищей - ведь это журналисту больше всех надо, и он тащит команду в самое пекло за эксклюзивом. За бойцов - никогда не знаешь, чем для них обернется лишний кадр, неверное движение или неосторожно сказанное слово.

Но я благодарна «Бастиону» и его организаторам за знакомство с удивительными людьми, с которыми я вряд ли пересеклась в обычной жизни - это люди сильные, упрямые, смелые. Причем не только инструктора, лекторы, медики и спасатели. Но и мои коллеги - кто-то из них уже ездил в зоны боевых действий, другие только собираются. И я надеюсь, что они вернутся оттуда живыми и здоровыми.

Финальный захват.

Финальный захват.

ТОЛЬКО ЦИФРЫ

17 лет назад прошел первый курс «Бастион».

Около 70 журналистов участвовали в нем в 2023 году.

Более 1000 человек прошли «Бастион» за все время его проведения.