Путешествие по святым местам Калужской области

Спасо-Преображенский Воротынский женский монастырь. Фото предоставлено монастырем.

Наше путешествие вместе с матушками Николаей, Анастасией и Ангелиной началось на живописной автотрассе Москва – Калуга. На 110-м км мы въезжаем в Калужскую область, ранее именуемую Калужской губернией. Это историческое место великой русской земли, на которой на протяжении нескольких веков появилось множество монастырей, обителей, храмов и церквей, созданных в честь величайших событий и выдающихся российских граждан.

- Каждый раз пересекая границу Калужской области, на нас находят воспоминания из нашей молодости, - начинают свой рассказ матушки, а мы, словно на машине времени, переносимся в 1980-е – 1990-е – начало 2000-х годов…

«ЛИБО ДИССЕРТАЦИЯ, ЛИБО АПОСТОЛЬНИК»

Для многих сестер Свято-Никольского монастыря коренной перелом в жизни произошел в Оптиной пустыни, где после мирской суеты их души ощутили сладость служения Богу. Возрождение знаменитого монастыря, центра духовной жизни России, привело сюда многих молодых людей, мечтающих служить Господу, говорят матушки. Братья оставались трудиться здесь и дальше (монастырь-то мужской!), а паломниц, желающих спасаться в монашеском чине, чаще всего благословляли в женские обители, которые тоже возрождались после многих лет разрухи.

Спасо-Преображенский Воротынский монастырь до восстановления. Фото предоставлено монастырем.

- Мы пришли и чаще всего сами не знали, зачем и для чего. Монастыри в 1990-е годы представляли собой руины, а их насельники в основном были воспитаны на «научном атеизме», - вспоминают наши спутницы. – Но Господь сказал: «Се стою у дверей и стучу…» Наверное, тайная вера бабушек и матерей наших, их молитвы в течение многих лет, а еще, может быть, кровь новомучеников и исповедников российских повернули нас к Богу. Души наши были не менее повреждены, чем развалины монастырей. И хотя мы были воспитаны на словах «человек – это звучит гордо!» и гордость впитали с молоком матери, но как мы благодарны Богу за то, что не отринул нас, таких вот духовных калек.

Игумения Николая – сейчас настоятельница Свято-Никольского Черноостровского женского монастыря в Малоярославце – в 1990 году поступила в Шамордино-Амвросиеву пустынь (12 км от Оптиной пустыни). Там она несла послушание эконома.

- Я, как и многие другие духовные чада отца Поликарпа, поехала в Шамордино, чтобы ему помогать. Потом кто-то отсеялся, кого-то он отослал, а я осталась трудиться, - делится воспоминаниями матушка. – Взяла в своем НИИ отпуск, потом второй, а когда отпусков больше не осталось – уволилась. Старец схиархимандрит Михаил из Троице-Сергиевой Лавры, будущий духовник нашего Свято-Никольского Черноостровского монастыря, сказал мне: «Выбирай: либо диссертация, либо апостольник». И я уже хорошо понимала, что научная работа меня больше не интересует, что мне хочется быть с Богом.

Жилой корпус для сестер монастыря. Фото предоставлено монастырем.

Она хорошо помнит, как в 1990-е ездила на Череповецкий металлургический завод просить железо для нужд монастыря.

- Меня встретил директор и сказал: «Ну, приехала. Обманщица, небось! Переоделась в монашку, сейчас железо получишь и за углом его продашь». Я объяснила ситуацию – так, мол, и так. И услышала еще один вопрос: «Ты что – правда в Бога веришь? Образования, судя по всему, у тебя нет. Только два класса, наверное, окончила». Я и ответила: «Да. Два. Два вуза и аспирантуру!» Директор сильно удивился: «Ты такая умная и веришь в Бога? Как это может быть?!» На что получил мой ответ: «Только дураки в Бога не верят!», - вспоминает игумения Николая. – Я, кстати говоря, и сейчас так считаю. Если ты умен и по своим душевным качествам хоть немного этого достоин, то Бог обязательно тебе откроется через что-либо.

КОГДА ТЫ ЮН И ПОЛОН СИЛ

У игумении Николаи действительно два высших образования (в 1973 году она окончила Московский институт инженеров транспорта, а в 1984-м – Московский инженерно-физический институт). А вот матушка Анастасия – сейчас настоя-тельница Спасо-Преображенского Воротынского женского монастыря – после школы поступила в художественное училище в Москве. Молодая девушка пошла по стопам родителей: оба были театральными художниками.

- У нас в группе учился один юноша, он уверовал на первом курсе, дождался получения паспорта, покрестился и относился очень серьезно к церковной жизни, - рассказывает матушка Анастасия. – Все это происходило на наших глазах. Он никого из нас, своих однокурсников, не агитировал, никого не тянул в церковь, даже ходил с нами на студенческие вечеринки, но не ел там скоромное и не танцевал… Его серьезный настрой и вера способствовали тому, что к концу нашего обучения больше половины нашей группы стали верующими.

Игумения Николая вместе с игумениями Анастасией (справа) и Ангелиной. Фото предоставлено монастырем.

Рядом с Московским художественным училищем памяти 1905 года, где училась матушка Анастасия, находился Знаменский храм.

- На последнем курсе училища на Троицу я пришла к храму, ходила вокруг него и думала: «Как жаль, что я неверующая!» А на следующее утро, в день Святого Духа, ясно поняла: я верю в Бога! Шел 1980 год, мне исполнилось двадцать два. Не было никаких скорбей или болезней, через которые часто приходят к Богу, я была юна и полна сил, радужных надежд и творческих мечтаний, но Господь явно призывал меня.

Мирская жизнь продлилась еще семь лет, а потом матушка Анастасия оказалась на калужской земле. А в 1992 году ее пути пересеклись с игуменьей Николаей… Но наша машина уже подъезжает к Свято-Никольскому Черноостровскому монастырю. Пора делать остановку!

«И ЭТО – НА ВСЮ ЖИЗНЬ?!»

У этого места богатая история. Когда в 1991 году Свято-Никольский Черноостровский монастырь был передан Калужской епархии, он был открыт сначала как мужской, каким и являлся со дня своего основания. Но у братьев дела не заладились, поэтому монастырь решили сделать женским.

Матушка Николая приехала в монастырь по благословению правящего архиерея архиепископа Климента 6 октября 1992 года с единственной сестрой монахиней Тихоной.

- Сам Малоярославец произвел на меня удручающее впечатление, показался совсем провинциальным городком, - продолжает рассказ матушка Николая. – Полуразрушенная обитель, почти все строения которой в то время были непригодны для жилья, также производила жуткое впечатление. Я думала: «И это – на всю жизнь?!» Братья (а их было несколько) все шутили: «Вот к нам матушки приехали картошечку перебирать». Я говорю: «Ну да, картошечку мы тоже переберем». - «Монахини сюда приехали, цветочки сажать нам будут». Я говорю: «Хорошо, и цветочки посадим». И так, не сопротивляясь, мы начали строить монашескую жизнь.

Когда идешь по территории Свято-Никольского Черноостровского монастыря, чувствуешь мир и благодать, а на душе становится спокойно. Фото предоставлено монастырем.

Все здания монастыря (за исключением небольшого корпуса и приспособленной для богослужения Корсунской церкви, требовавшей ремонта) представляли собой руины. Средств на восстановление не было – в монастырской лавке валялось всего 92 рубля… Картина разорения и запустения мало отличалась от той, что предстала когда-то перед архимандритом Макарием после вражеского нашествия Наполеона, над войском которого первая победа в 1812 году была одержана у стен монастыря.

УМЫВАЛЬНИК ВМЕСТО КОЛОКОЛЬЧИКА

Трехъярусный Никольский собор – главная святыня обители – десятилетиями стоял без окон и дверей в почерневших и прогнивших лесах. Остальные здания монастыря были в таком же состоянии.

Храм Всех Святых был разрушен полностью. В советское время его использовали как склад: там хранился всякий строительный материал и мешки с цементом. Окна были выбиты. Под алтарем не было пола, торчали какие-то балки. Всюду валялся мусор.

На монастырском кладбище был разбит огород, и местные жители спокойно собирали с него урожаи картошки. Через разрушенные стены монастыря отовсюду лезли воры… Чтобы избавиться от напасти, матушка Николая благословила каждый день обходить монастырь крестным ходом.

- Припоминаются наши первые крестные ходы, особенно зимой. Все укутанные, кто-то держит иконочку, кто-то – фонарь, колокольчика не было, поэтому брали старый ручной умывальник, переворачивали и какой-то железкой ударяли. Все были счастливые, как одно целое, одна большая любовь, не боялись никакой погоды. Читали сто пятьдесят раз «Богородице, Дево, радуйся»… И воры, взаправду, оставили нас в покое.

В БОЖЬЕМ ФАРВАТЕРЕ

Матушка и сестры самоотверженно трудились, и относительно быстро монастырь стал подниматься из руин. Приходилось искать благодетелей, рассказывать об обители, просить помощи… Ведь тогда о меценатстве никто и не помышлял!

- Надо сказать, что в то время вход к руководителям московских банков был так же прост, как вход в магазин. Каково же было наше удивление, когда мы находили отклик у совершенно незнакомых с верой людей, жертвующих десятки тысяч рублей, - отмечают матушки.

Несмотря на разруху в стране, насельницам монастыря с первых дней всегда хватало и еды, и одежды. При этом они даже находили возможность делиться с другими людьми! Откуда бралась помощь? Тогда и все последующие годы был один ответ: это чудо Божие. Людей тайно оповещал сам Бог, чтобы принести в монастырь пожертвование.

- На Страшном суде Господь будет судить нас и по нашим грехам, и по нашим добрым делам. Творить добрые дела однозначно надо, - подчеркивает игумения Николая. – Но – что важно – это работает в обе стороны. Монахи молятся за благодетелей, и Господь становится к ним милостив, открываясь все больше и больше. И люди начинают понимать эту связь. Иногда благотворители откровенно говорят мне: «Не мы вам помогаем, а вы – нам».

Когда человек приходит к христианской жизни, то рано или поздно начинает чувствовать – куда приятнее отдавать и делиться, а не получать.

- Если человек тратит свои силы на добро – помогает монастырю или бедным, то его сердце наполняется благодатью, - подчеркивает игумения Ангелина, настоятельница Казанского девичьего монастыря. – Человек следует в Божием фарватере и отдает себя Богу, а Господь наполняет его силой и радостью. Когда Господь посещает душу и зажигает в сердце свечечку, то уже ничего не страшно: за спиной вырастают крылья, появляются немеряные силы, и все само собой получается.

И так, потихоньку, с большими трудами расчищалось, обживалось и облагораживалось все монастырское пространство. На втором году восстановили сестринскую трапезную. Потом взялись за игуменский корпус… Почти все здания монастыря отреставрировали за первые десять лет.

Сегодня Свято-Никольский Черноостровский женский монастырь развивается и процветает. Причем процветает в буквальном смысле слова: на территории высажены десятки видов кустарников и растений. Помните то обещание «посадить цветочки»? Так вот, оно было выполнено. Одним словом – кругом красота. И все это, конечно, не просто так. Во всем есть свой глубокий смысл.

- Монастырь – это кусочек рая на земле. Его подобие. Раз прекрасно в раю, значит, все должно быть прекрасно и в монастыре, - объясняет игуменья Николая. – А еще внешняя красота – это отражение красоты внутренней. Если у человека прекрасна душа, то и глаза у него прекрасны. Так и у нас.

Монастырь – это кусочек рая на земле, отмечают настоятельницы. Фото предоставлено монастырем.

Когда идешь по территории монастыря, чувствуешь мир и благодать, а на душе становится спокойно.

- Недаром говорят: все наши ворота пройдешь и в другом мире окажешься, - улыбается настоятельница. – Добрым Божьим словом необходимо вспомнить всех ктиторов и строи-телей монастыря.

МНОГО ЧУДЕС

Ну, а наше путешествие продолжается у Спасо-Преображенского Воротынского женского монастыря. И снова – воспоминания, воспоминания, воспоминания…

Этот монастырь тоже находился в плачевном состоянии. Еще в начале 2000-х годов тут не было ни электричества, ни воды, ни других коммуникаций. Не было и дома, где могли жить сестры. Подъезда и прохода к храму фактически не было: кругом трава и бурьян. Сестры руками и с помощью саперных лопаток и ведер откапывали заросший землей храм.

Но и тут нашлись добрые люди, которые пришли на помощь монастырю. И уже вскоре по воле Божьей на территории монастыря появились техника и рабочие. Через пару месяцев построили дорогу к храму. Положительно решили вопросы электроснабжения. Коллектив калужских архитекторов спроектировал жилой корпус для сестер, и монастырь начал оживать. В помещении церкви, очищенной от мусора и кирпича, начали проводить богослужения. Матушка Анастасия вспоминает, как восстанавливали иконостас. Каждая икона, написанная с помощью спонсоров, была именной. Из Назарета 4 ноября – в День Казанской иконы Божьей Матери – была привезена икона Казанской Богоматери, освященная в Иерусалиме. Из близлежащих деревень кто-то принес старую икону, которая была в монастыре до его разрушения и возвратилась на свое место, после реставрации приняв первоначальный вид.

Много еще чудес по воле Божьей происходило на этом святом месте после начала возрождения храма. Семьи Лейковских, Крыловых, Ледовских, а также Э.С. Мамбетшаев и Д.Е. Аксенов и другие стали не только благодетелями, но и добрыми друзьями монастыря, пришедшими на помощь сестрам в самую трудную пору. В монастыре им до сих пор благодарны.

ОДНА БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ

Поездка по святым местам Калужской области приближается к завершению. Монастыри, еще не так давно бывшие развалинами, живут насыщенной жизнью. Хотя ничего героического в своей работе по воссозданию святынь матушка Николая и ее сподвижницы не видят. Все обязательно получится, если делами движут молитва и любовь.

Все обязательно получится, если делами движут молитва и любовь. Фото предоставлено монастырем.

- Долгие годы страна жила в безверии: церкви взрывали, закрывали, переоборудовали под другие цели… А потом доступ ко всему этому резко открылся. И мы жаждали этого – наши души стремились к чистому, доброму, нравственному. Это нами и двигало. Но самым главным всегда была и остается молитва, любовь к Богу, - говорят на прощание матушки.