2016-07-14T10:30:19+03:00

Почему ропщут на военную реформу советские генералы

Нужно восстанавливать принцип не работы за соответствующие деньги, а принцип служения Отечеству

00:00
00:00

Радио «Комсомольская Правда»Военное ревю

Виктор БАРАНЕЦВикторНиколаевичБАРАНЕЦвоенный обозреватель «Комсомольской Правды», член Общественного совета при Министерстве обороны РФРодился в городе Барвенково Харьковской области. Полковник в отставке. В Вооруженных Силах - с 1965 г. Служил срочную. Затем окончил  журфак Львовского высшего военного политучилища (1970) и Военно-политическую академию (1978). Служил на Украине, Дальнем Востоке, в Германии и Москве (в центральном аппарате Минобороны). Был экспертом-советником начальника Генштаба, начальником информационно-аналитического отдела, начальником управления информации МО, пресс-секретарем министра обороны. В феврале 97-го года опубликовал в газете "Совершенно секретно" свои записки о буднях Минобороны и Генштаба. В тот же день был уволен из армии. Автор книг "Ельцин и его генералы", "Потерянная армия", "Генштаб без тайн", "Честь мундира", "Офицерский крест", "Спецоперация Крым-2014". Участник афганской войны. Награжден орденом "За службу Родине в Вооруженных Силах СССР" III степени и многими медалями. В «Комсомолке» - с 1998 года.   На радио «КП» веду передачу «Военное ревю». «Военное ревю» - это  запредельно откровенный разговор с кадровыми военными и отставниками, а также членами их семей об армии и ее проблемах, о том, как идет реформа и что ее тормозит. Это наши честные ответы на самые острые и жгучие вопросы  служивого народа.  Ревю -  это передача, в которой нет запрещенных тем. Ревю - это своего рода «курилка», где люди говорят друг другу все, что думают.Виктор БАРАНЕЦ

Виктор БАРАНЕЦ

Демонстрация советских офицеров Фото: Анатолий ЖДАНОВ

Демонстрация советских офицеровФото: Анатолий ЖДАНОВ

В прямом эфире радио КП глава коллегии военных экспертов России, военный советник Ельцина, генерал-майор Александр Владимиров, президент Академии геополитических проблем, генерал-полковник Леонид Ивашов обсуждают с полковниками Виктором Баранцом и Михаилом Тимошенко, как сделать такую мощную армию, которая бы отбивала у противника любые помыслы об агрессии.

Баранец:

- Сегодня у нас очень любопытная на наш взгляд тема. Мы ее с Михаилом решили назвать по-своему: почему советские генералы ропщут на военную реформу Сердюкова.

Тимошенко:

- А что это тебя вдруг туда метнуло? Я что-то не видел, чтобы по улицам ходили генералы, роптали, кричали, вопили, носили флажки или какие-нибудь транспаранты, как на Болотной.

Баранец:

- Я объясняю, почему. В Министерстве Обороны, в генеральном штабе часто обижаются на «Комсомольскую правду» из-за того, что она, якобы, предоставляет слово старым военным ретроградам, которые уже ни черта не мыслят в военном деле, которые готовы, извините, готовить армию к вчерашним войнам. И вот такие разговоры идут частенько. И потому, Миша, у меня созрела идея с народом вместе обсудить. Действительно ли, генералы советского времени, которые сейчас находятся в запасе, в отставке, такие тупые беспроглядно, не разбирающиеся в нынешних военных реалиях.

Тимошенко:

- В каких таких нынешних реалиях они не разбираются?

Баранец:

- В тех реалиях, в которых сейчас находится военная реформа. Почему они постоянно ропщут, ноют, критикуют реформу Сердюкова. А я подумал, а может быть, я неправ. Может, я тоже заблуждаюсь, хотя я не генерал?

Тимошенко:

- Похвастаться не могу, что я был в генеральских рядах. Но служил под командой различных, а с некоторыми даже и жил по соседству или в одной квартире достаточно долгое время. Могу тебе сказать следующее: только полный идиот или незамутненная девушка или метросексуальный мальчик с нашего телевидения могут считать, что генералы тупы, ничего не понимают, они дураки и все такое прочее. Витя, они прошли большую школу житейскую и в противоречие тому идиотскому выражению, что войну начинают генералы, а заканчивают политики, они прекрасно знают, что войну начинают политики, а разгребают кровавое дерьмо генералы. И они этой войны не хотят, у них есть опыт боевой. А у нас сейчас, посмотри, кто рулит реформой. Какой у них боевой опыт, у тех, кто рулит реформой? Вот тех последних, кто воевал 08.08.08, их так потихонечку постарались сплавить в реку под откос, чтобы не заикнулись. Потому что, а что ты скажешь тому, кто воевал в противовес тому, что ты пытаешься провести. Вот тут у меня на бумажке написано. Генералы прекрасно знают, что значит бригадная система? В 70-х - 80-х проводился эксперимент по переводу на бригадную структуру. Провалился? Провалился. А теперь мы без всякого эксперимента тупо на нее перешли. Так объясните, зачем вы это сделали, ребята? Те, кто воевал и двигал дивизиями, понимают, что это все реально не так хорошо выглядит. Сейчас мы берем пример с американцев. Но американцы на острове живут. Китайцы к ним на плоту не приплывут, мы на лыжах не прибежим на Аляску.

Баранец:

- Когда раздаются такие критические замечания, я все время стараюсь их принять настолько глубоко, чтобы убедить себя, а, может, я не прав? Я танцую от этого. И когда я убеждаюсь, что я прав, тогда я только что-то говорю. Михаил. Не мне тебе рассказывать, что, какие бы заслуженные наши генералы ни были советского времени, перед которыми мы все снимаем шляпу, отдаем им честь, а, может быть, и правда, Сердюков сегодня, это представитель некой новой генерации, представитель некоего нового сословия политиков и военоначальников, у которого структура мышления, его основные приоритеты, они уже не соответствуют тем мозгам советским, в которых эти генералы, которые сегодня ропщут на реформу, не способны оценить нынешнее состояние армии, ни новую тактику, ни новую стратегию, ни все эти центрические войны. Армия уже другая.

Тимошенко:

- Витя: хватит бредить, как в американском конгрессе. Это там для тупых конгрессменов проталкивают какую-нибудь идейку военную, чтобы бабки срубить. Задаю пионерский вопрос: зачем России армия?

Баранец:

- Для обороны и защиты государства.

Тимошенко:

- Фигня. Ответ первый – не засчитан. Для того, чтобы на нас никто не напал. Да отражение – это уже потом.

Баранец:

- Это такая же полная фигня, как и я тебе отвечаю. Это просто твое личное изобретение. Я, например, согласен с нашей Конституцией, законом. Потому что это очень субъективно: чтобы никто не напал. Извините, пожалуйста, у многих армии есть, но на них почему-то нападают. Тимошенко – в угол. Твоя логика – двойка.

Тимошенко:

- На кого нападают? На Башара Асада? На кого еще напали? Вы свои полит демагогические штучки, товарищ полковник…

Баранец:

- На Ливию напали? На Афганистан? На Югославию? Но там же были армии, Тимошенко.

Тимошенко:

- Да. Но, какие?

Баранец:

- А это уже другой вопрос.

Тимошенко:

- Значит, армии были недостаточными, чтобы предотвратить агрессию.

Баранец:

- Вот вам теперь двойка, потому что вы не договорили до конца. Надо иметь такую мощную армию, которая бы отбивала у противника любые помыслы об агрессии. Тут я согласен. Все.

Тимошенко:

- Анатолий Эдуардович и Николай Егорович могут гарантировать, что на Россию не нападут в результате всех их реформаторских изысков с вооруженными силами?

Баранец:

- Я думаю, он не может это гарантировать.

Тимошенко:

- Тогда зачем?

Баранец:

- Не будем отрываться, он просто строит такую армию, которая будет отбивать у противника мысль о том, что на Россию вообще даже думать о нападении тяжело.

Тимошенко:

- Что ты, в самом деле? Такое впечатление, что тебя в училище учили только истории КПСС, а военную историю не преподавали.

Баранец:

- Я все время тех, кто слишком много математикой занимался, называл сапогами.

Тимошенко:

- А они тебе выплачивают зарплату.

Баранец:

- Есть люди, которые думают головой. Я тоже могу говорить, что есть люди, я их называю, мазутом, когда они меня называют политработником, но это на тебя не распространяется. У нас в эфире генерал-майор Александр Владимиров, который тоже принадлежит к критикам военной реформы Сердюкова. Я хочу сказать, что это человек, который в свое время был военным советником Ельцина. И сегодня возглавляет коллегию военных экспертов России. А какие у него критические претензии есть к реформе Сердюкова. Александр Иванович, добрый день.

Владимиров:

- Добрый день! Мне так стало любопытно, что вы там о профессионализме заговорили в таких тональностях странных, непрофессиональных. Мне интересно, что же вы можете сказать о моем профессионализме или непрофессионализме.

Баранец:

- Ваши амбиции, товарищ генерал, зачастую зашкаливают ваши реальные знания. Мы это тоже знаем, потому что вы никого не признаете из любых экспертов. Только Владимиров у нас в мире существует и больше никого! Все дураки, а вот генерал-майор Владимиров знает, как надо реформировать армию! Продолжайте!

Владимиров:

- Вообще, это недалеко от правды.

Баранец:

- Ну, вы скромный человек, скромный.

Владимиров:

- Я имею на это право, поскольку я армии посвятил всю свою жизнь с 10 лет.

Баранец:

- Хорошо, чтобы так о вас говорили другие. А о себе так говорить, это нескромно.

Владимиров:

- Я уже давно нескромный человек и считаю, что это такая вещь, не надо себя никем считать, я горжусь тем, что я профессионал. И таким профессионалом я делал себя всю жизнь. И спасибо Родине, что она дала мне такую возможность. Претензий к реформе, быть не может, потому что они сделали то, что сделали. И сейчас говорить, что вы сделали что-то не так, бессмысленно. Сердюков делает то, что он может сделать и в тех вариантах, которые ему предписаны и не предписаны и не более того. И то, что он армию сократил и остальное сделал, все я знаю, потому что об этом сказано. В том числе и мною, первым, в Советском Союзе 20 с лишним лет назад. Поэтому все эти их идеи были понятны, за исключением одного: если реформа армии должна формировать ее новое качество, то тогда кто определял критерии этого качества? Оказывается, никто.

Баранец:

- Мы не идем в какую-то демагогическую область?

Владимиров:

- Нет, если мы никогда не будем говорить: много танков или мало танков или плохие солдаты, эти бесконечные разговоры о дедовщине, всегда превращает сущность дела в то, что никто не понимает, в чем дело. А дело вот в чем: армии сейчас, как боеспособной организации, не существует в принципе. И это не то, что какая-то ошибка Сердюкова, это политическое направление, это курс. И с точки зрения структуры, нашу армию можно рассматривать, как готовящийся составной элемент военной организации НАТО. Поскольку организация, структура, управление, возможности и прочее и прочее, все ближе и ближе к тем компонентам НАТО, к ее национальным частям без Америки, которые ничего сами не сделают с точки зрения военного дела.

Баранец:

- Вот вы возглавляете военный экспертный совет Российской Федерации. Я всегда считал, как только, и во время военной службе в Генштабе, меня так старые генералы учили, военная аналитика заканчивается, умирает сразу, как только в ней появляется, хотя бы один микрон эмоций. Вот в данном случае, Александр Иванович, я вижу у вас дикий перебор эмоций. Вот вы только что заявили, что армии, как боевой единицы не существует. То есть у нас сегодня нет на боевом дежурстве ни ракетных войск стратегического назначения?

Владимиров:

- Это такая оценка. Иметь на боевом дежурстве ракеты, иметь возможность начать и закончить ракетно-ядерную войну, никакой пользы оттуда нет. Поскольку армия должна наступать, обороняться.

Баранец:

- А вот это и говорят, старое мышление: наступать – обороняться. Вот это, говорят, надо уже на помойку выбрасывать. Уже надо готовиться к сете-центрическим войнам.

Владимиров:

- Дорогой товарищ, безумное количество людей, которые говорят сете-центрические, не понимают, что это такое. Эти войны ведет государство, а не армия, она в ней только участвует. Именно потому, что все говорят слова, не понимая их существа, мы делаем главную ошибку, которая нам никогда не позволит создать армию.

Тимошенко:

- Вы сейчас сказали, что у нас нет армии. Я с этим категорически не согласен.

Баранец:

- Ты можешь, сколько хочешь соглашаться или нет. Я говорю свое мнение.

Тимошенко:

- Виктор Николаевич, а вообще говоря, то что я согласен, я не согласен, это всего лишь эмоция. И не более того.

Баранец:

- Ну что, у нас нет ракет на боевом дежурстве, Тимошенко?

Владимиров:

- Послушайте профессионала, ребятки. Вы меня спросили, я говорю: мы не можем вести ни одного вида боевых действий.

Баранец:

- Тоже чепуха, считаю. Это чистая демагогия.

Владимиров:

- Что хочешь там говори, чепуха, не чепуха. Ты же не знаешь этого, Витя. Потому что у нас сейчас вся тактика оперативного искусства и стратегия свелась до уровня – оборонять деревню или наступать на деревню.

Баранец:

- Откуда вы это знаете? Если есть стратегические игры Генерального штаба?

Владимиров:

- Потому что бригада. Как главное звено, воюет батальонами. А батальон таких задач не имеет.

Баранец:

- А зачем же тогда стратегические игры с целыми бригадами?

Тимошенко:

- А это для того, чтобы показать верховному главнокомандующему, что мы тут понаделали, смотрите.

Владимиров:

- Все это исправимо за исключением одного: если мы сейчас упустим подготовку офицеров, мы вообще никогда армию не соберем. Сейчас самое страшное, что делается, не в бригадах, ни в батальонах. Даже ни в боевой подготовке ни в ВПК, потому что если мы даже вооружим армию самым новым оружием по плану к 25 году, то у нас к этому времени может не стать офицеров, которые могли бы управлять этим всем. И Родина остается без защиты. Почему? Потому что, согласно основному критерию, по которому сказала госпожа Приезжева на обсуждении в Общественной палате, что главным критерием подготовки офицера, является подготовка специалиста, способного владеть высокотехнологичным оружием. То есть мы готовим специалистов по применению насилия, то есть кнопки нажимать, а не по управлению насилием. То есть нам некому будет управлять.

Баранец:

- Что-то мы в какие-то кусты заходим.

Владимиров:

- Если мы не будем заходить именно в эти кусты…

Баранец:

- Я согласен с вами в одном, что армии нужны высоко подготовленные офицеры. Это детские истины, Александр Иванович.

Владимиров:

- Это так. Когда советская власть решила, что мы танками должны задавить всю Европу

Баранец:

- Давайте говорить про сегодняшний день.

Владимиров:

- Мы ошибаемся в основных критериях, как мы делаем армию. И ошибки в критериях не прощаются никогда.

Баранец:

- Фундамент – офицерский корпус.

Владимиров:

- Все остальное – просто. Надо сохранить старую школу, академическую школу. Сейчас создалась ситуация, когда офицер не может получить образования высшего профессионального и его получить будет негде. Поскольку эти самые бакалавры и магистры, которые у нас внедрены в ткань военной мысли национальной, не дают образования. Поскольку магистром можно стать только по окончании Академии или Университета, но академического курса, Академии, как структуры высшей учебной школы, военной школы, в новом законе об образовании отсутствует.

Баранец:

- Вот тут я с вами согласен, потому что сегодня военным образованием рулит бабка из детсада. Сто процентов, согласен. И Академия Генштаба – тому пример.

Владимиров:

- Академии Генштаба уже не существует.

Баранец:

- И другие академии.

Владимиров:

- И моя академия им. Фрунзе просто перешла на курсовую подготовку, ее не существует, как академии. Что еще очень важно, что умерла военная мысль национальная. Никто ни о чем не думает, все перепевают какие-то песни…

Баранец:

- Александр Иванович, я вас всегда уважал – никто ни о чем не думает? Ну, кое-кто, думает. Вы же неправду говорите, вы же аналитик.

Владимиров:

- Я говорю не о том, какие танки делать, самолеты, а никто не развивает фундаментальную военную науку. И поэтому нам обучать нечему. Наших офицеров нечему обучать. И некому обучать. Поскольку те. Кто должны и могут что-то делать, как бой в городе организовать и т.д., они сейчас или на пенсии в запасе или в Чечне в этих бригадах. А те преподаватели, которые находятся в училищах, просто ничего не знают.

Баранец:

- Я тоже этому учился. Бой в городе с уплотненной застройкой. Когда не было высокоточного оружия, то, естественно, вы понимаете, была разведка, были налеты авиации. Сейчас никто в город не будет заходить, как это мы видели в Белграде. Вы согласны?

Владимиров:

- Да нет, конечно.

Баранец:

- 15 ракет иногда достаточно, чтобы город выбросил белый флаг. А вы хотите, чтобы мы квартал за кварталом брали, шли на вражеские пулеметы. Но, надо же, уже другую подготовку?

Владимиров:

- Дорогой товарищ, армия существует для того, чтобы выполнять целый ряд типовых задач и более – ничего.

Баранец:

- Но есть новые типовые задачи. Города будут брать с помощью высокоточного оружия, а не с помощью стада солдат, брошенных на вражеских пулеметы.

Владимиров:

- Это такая глупость.

Тимошенко:

- Да что ты, Виктор Николаевич?

Баранец:

- А что мы не будем высокоточным оружием бить по городу?

Владимиров:

- Это просто фраза такая расхожая.

Тимошенко:

- Это журналистская метафора, Александр Иванович.

Владимиров:

- Как брался Багдад, ты мне скажи?

Баранец:

- Сначала били высокоточным оружием.

Владимиров:

- А потом все равно туда пришел солдат.

Баранец:

- А вы хотите как Ворошилов, кавалерийскими атаками брать города, у меня такое впечатление?

Владимиров:

- Ты не знаешь, как это делается, а я знаю.

Баранец:

- Я вам говорю, что сейчас брать города будут по-другому.

Тимошенко:

- Александр Иванович, как вы считаете, нынешняя структура Вооруженных Сил соответствует тем задачам, которые стоят перед страной для обеспечения обороноспособности?

Владимиров:

- Нет, конечно. Самая главная ошибка реформы в том, что она была поручена Министерству Обороны. Это должно было сделать Правительство, Совет Безопасности, Президент.

Баранец:

- И Владимиров должен был возглавлять эту структуру?

Владимиров:

- В чем не так?

Владимиров:

- Мы выпустили главное звено, которое готовит генералитет, высший командный состав , начиная с которого можно заниматься не на уровне танков, а выводить на уровень оперативного искусства.

Тимошенко:

- Вы командовали дивизией и сейчас переживаете за то, где будут выращиваться наши генералы? Речь сейчас идет не о подготовке генералов, а о структуре Вооруженных Сил в целом, в том числе, бригадная структура. Соответствует она задачам. Стоящим перед Вооруженными Силами России?

Владимиров:

- Задачи, стоящие перед ВСР сформулированы в нашей доктрине. И там есть, конечно, ведение всяких локальных и прочих вещей пограничных. Но дело в том, что бригада, это всего четыре батальона или пять. Куда ты ее не ставь.

Тимошенко:

- В полосе 20 километров должна обороняться, как написал наш Генеральный Штаб.

Владимиров:

- Это тот самый детский сад, о котором все говорят, что это и есть главное дело и т.д. То же самое, Макаров, академии Фрунзе бывшей, это где-то год назад начал рассказывать, как должна обороняться бригада, тогда еще уставы переписывались с полком и дивизией на бригаду. И показывали сами схемы. Схемы эти мы обсуждали. Получается интересная вещь, что бригада как бы была после дислокации, потом она куда-то ушла в какой-то район. А потом она появилась в центре вклинения противника, который был пропущен на нашей стороне до 500 километров.

Тимошенко:

- То есть он доехал до Москвы.

Владимиров:

- Если это на Дальнем Востоке, на здоровье – пусть идет, там вечная мерзлота. Но мы остаемся без железной дороги, без БАМа и т.д. А если это 500 километров на Западе, это практически Москва. Как там появилась бригада, которая начинает операцию? В 120 километровой полосе. Это детский сад.

Тимошенко:

- Я хотел бы понять, Николай Егорович отбиться от вопросов не сумел?

Владимиров:

- Ни один генерал, который когда-то имел храбрость впрямую очную полемику вступить, ни один из них ничего объяснить не может. На прямой вопрос: «Почему это так?», - ответ: «Потому».

Тимошенко:

- А эти люди, получается, тоже старой советской школы и ни хрена объяснить не могут. Если они не могут ничего объяснить вам или другим, кто похлебал этой ложкой горячего, то почему же получается, что верховный принимает их доводы?

Владимиров:

- Верховный, на мой взгляд, тоже недостаточно компетентен. Их никто никогда этому не учил нормально. Пытались научить, скажем, Сердюкова, когда он стал министром. Стал министром гражданский человек. Проезжает в Академию Генерального Штаба, ему обязаны лекционный курс читать. Первая стратегическая наступательная операция на континентальном ТВД. Это, как я, когда командовал дивизией в Германией или армией в Белоруссии, я на 25 день войны должен был выйти на Винберг. А он говорит: «Зачем, мы что, пойдем туда, что ли?». Тогда в чем стратегия? И все закончилось. И он понимает. Что ему эти военные объяснить не могут, зачем они? Что нужно делать с этой армией и т.д. И ему так до сих пор никто и не сказал.

Тимошенко:

- Ему никто не сказал, что он должен делать на посту Министра Обороны?

Владимиров:

- Ему поставили задачу: сокращай. Убирай, улучшай. И он честно это дело делает. Он сокращает, убирает. Деньги есть, зарплата.

Тимошенко:

- Мы опять возвращаемся к вопросу критериев: неизвестно, лучше ли стало от того, что сделали, сэкономив деньги, и сэкономили ли их? Большое спасибо.

Владимиров:

- Я хочу сказать то, что сделали они лучше, они точно сделали то, что никогда до Сердюкова не делало никакая советская власть и никакой министр обороны. Ни один не разгребал эти конюшни. Он начал первым и делает это, как умеет. Вот с того момента, когда он сказал, что сделал, нужно новое дыхание придать реформе уже с точных, научных, современных подходов.

Тимошенко:

- Для меня осталось неясным одно: что же сделано не так? Спасибо большое.

Баранец:

- Продолжим разговор с новым нашим собеседником, президентом Академии геополитических проблем, генерал-полковником Леонидом Григорьевичем Ивашовым. Вы хоть краем уха слышали наши споры?

Ивашов:

- К сожалению, нет.

Баранец:

- Здесь разыгрываются баталии, связанные якобы с тем, что генерация так называемых старых советских генералов ропщет на реформы Сердюкова потому, что они не понимают какой-то глубинной сути революционных реформ Сердюкова. Что многое он делает правильно. Да, ломает болезненно, но генералы, это люди, которые хотят снова готовить армию к старым войнам или к войнам вчерашнего дня. У меня один вопрос: какие претензии лично у вас есть к реформам Сердюкова?

Ивашов:

- Во-первых, генералы, каковые они ни есть, но это профессионалы в своей отрасли. И причем среди генералов есть геополитики и спорят там в основном доктора военных наук и т.д. И спорим мы не потому, что там танков мало или еще чего-то. А мы спорим и сомневаемся в том, что мы не понимаем сущности военной реформы, которую господин Сердюков, Макаров и иже с ними проводят.

Тимошенко:

- Так что, она настолько сложна и замысел ее непостижим?

Ивашов:

- Нет, для нас он постижим потому, что сущность каждой военной реформы, придать новое качество Вооруженным Силам. Не облик, а новое качество.

Тимошенко:

- А оно не появилось.

Ивашов:

- Качество, которое бы отвечало и угрозам вчерашнего дня – они сохраняются на определенных стратегических направлениях, в определенных областях, но, главное, дать ответ на угрозы новые. И сегодня мы видим, война сегодня приобретает новый характер.

Характер геополитических операций. Сегодня Пентангон усиленно вербует со всего мира и, прежде всего, из России этих кибер-киллеров, там, и т.д. На Востоке сохраняется потенциальная угроза старых войн с применением новых элементов и т.д. И нам бы хотелось понять, что предлагается новой реформой?

Тимошенко:

- Так, а что же предлагается?

Ивашов:

- Предлагается сплошное предательство и измена, да, я жестко заявляю и готов отвечать и доказывать, что это совершается предательство. Потому что все прежнее уничтожается, разрушается, нового ничего не предлагается. И новое может быть предложено только военной наукой, которую в первую очередь нужно переводить на новый уровень современный и военным образованием. Что мы получили сегодня? Военная наука развалена и разрушена. И господин Макаров признал, что военная наука отстала на 20 лет. Тогда, уважаемые господа, а на базе чего вы анализируете?

Тимошенко:

- А куда вы 20 лет смотрели, когда наука гибнет?

Ивашов:

- На основе, каких выводов, чьих выводов вы предлагаете реформы, облик, если военная наука разрушена?

Тимошенко:

- Ну, как же? На основе выводов топлес-менеджеров Минобороны.

Ивашов:

- Второй момент: военное образование, его сегодня нет. И вы понимаете, я с уважением отношусь ко всем профессиям уважительно. Но когда эти профессионалы занимаются своим делом. Но когда по акцизам алкогольной продукции возглавляет военное образование и военно-образовательную науку, мне это непонятно.

Тимошенко:

- И на вещевое управление поставить девушку из стриптиз-клуба.

Ивашов:

- Мы видим, что и жильем занимаются дамы, конкурирующие между собой. Но следующий элемент: военная наука, военное образование, система управления Вооруженными Силами. Я бы господину Макарову задал один вопрос. Вот те, изъятые пакеты управления Вооруженными Силами, приведение в боевую готовность приказы, они восстановлены или нет? В 2008 году в Грузии мы видели, что создалась ситуация, и как раньше было, вскрывают пакет, где есть приказ. Этого нет. И перевели на новые оргструктуры сегодня войска Вооруженных Сил, а системы управлений ими вообще не существует.

Тимошенко:

- А неоткуда срисовать было. В налоговой инспекции нет системы боевой готовности.

Ивашов:

- И что мы имеем в результате реформ: нет военной науки, нет военной разведки, нет военного образования, нет системы управления.

Тимошенко:

- То есть нет армии?

Ивашов:

- Это уже не вооруженные силы, это не военная организация. Это нечто беспорядочное, хаотичное. А дальше – частности. Я имею возможность читать некоторые материалы Прокуратуры и Счетной Палаты. В любую сферу, куда ни вторгнется Счетная Палата и выявляется, что эта система аутсорсинга кормит… Сердюков затаскивает свои приближенные структуры. И Счетная Палата говорит, что кормят солдат отравленными продуктами. Что эта тыловая система, гражданская, жалуются командиры и т.д., что выходят на учения, а солдаты голодные или жуют сухари.

Тимошенко:

- Или им Доширак покупают офицеры.

Ивашов:

- Ни походных кухонь, ничего. А гражданские не едут туда. Это в мирное время. И даже я читал документ, когда, оказывается, приватизировали все эти банно-прачечные комбинаты и сегодня в два-три раза дороже солдату стирают белье, чем было раньше.

Тимошенко:

- А как же вы хотели? Чтобы те, кто сегодня владеет комбинатом, остался без прибыли, что ли?

Ивашов:

- Нет, но прибыль на чем делается? И здесь Путин в одной из своих предвыборных статей сказал, что коррупция в оборонной сфере приравнивается к измене Родине. А если главный военный Прокурор, Сергей Фридинский заявляет, что 25 процентов поступающих бюджетных назначений, тут же разворовывается… А когда мы дискутировали с Путиным, он говорит: «Но это же не половина?». А я говорю: «Но прокуроры говорят только о выявленных фактах». Поэтому можно смело говорить, что вот эта шайка во главе с Сердюковым, это преступники, пришедшие разграбит, развалить Вооруженные Силы. Вот такую оценку я даю и господину Макарову, и Сердюкову, и всем другим.

Баранец:

- Где вы видите выход из положения?

Ивашов:

- Выход из положения, первое: убрать вот эту шайку, которая стоит сегодня во главе Вооруженных Сил. Иначе они все 23 триллиона рублей, которые Владимир Владимирович обещает выделить, они распилят, растащат. Насадят в Вооруженные Силы старых танков, самолетов, чтобы сымитировать. Закупят что-то за рубежом. Но армия останется не боеготовой. Убрать и назначить нормальных людей. Но начинать с того, что Президент и Верховный Главнокомандующий должен потребовать: принесите мне научно-обоснованную концепцию развития Вооруженных Сил до 2050 года. Следующее: восстановить немедленно – Верховный должен дать команду – систему боевого управления Вооруженными Силами. То, что при Ельцине изъяли, обещали. Следующее: сегодня Россия не имеет своего геополитического проекта. А Вооруженные Силы не имеют плана применения Вооруженных Сил в случае военных действий. Вот с этого нужно начинать. А дальше нужно восстанавливать принцип не работы за соответствующие деньги, а принцип служения Отечеству. Восстанавливать систему морального или боевого духа армии и т.д. А восстановить можно на принципах святости.

Тимошенко:

- А я вот все время то же говорю Баранцу, а он мне говорит – ты ретроград.

Баранец:

- Леонид Григорьевич, вы правы. У меня один вопрос: вы прекрасно знаете наш кадровый состав. Вы на данный момент сторонник, чтобы у нас гражданский или военный министр все-таки был в этой ситуации?

Ивашов:

- Виктор Николаевич, мне два принципа нравятся: если уж мода на гражданского, пусть идет гражданский. Но нигде в мире нет такой ситуации, как у нас. Наши северные соседи: там есть, у кого король, у кого – президент. И он верховный главнокомандующий. Но у него есть штаб и во всех северных странах двухзвездный генерал. Он называется адъютант верховного главнокомандующего. И это лицо управляет вооруженными силами через этот штаб. А приходит политическая партия, сформировала правительство, но они все равно выставляют министра обороны, как административное лицо. Там министр обороны, в Швеции я был, замечательный человек. Он имеет государственный опыт, политический опыт и он представитель партии. Партия за него несет ответственность. Мне нравится южно-корейский вариант: американцы нажали их там, давайте министра гражданского. Уходит главком или председатель комитета начальников штабов или главком вида, его заводит он, как правило, профессор или работает в какой-то структуре, а потом становится министром обороны. А Сердюков, непонятно, к какой партии, с каким опытом и т.д. Он поставлен, чтобы добить, разрушить Вооруженные Силы.

Тимошенко:

- Вот до чего доводит образование: заклевали Анатолия Эдуардовича прямо, оба и Николая Егоровича.

Баранец:

- Мне даже жалко стало Сердюкова.

Тимошенко:

- А я думаю, если Николаю Егоровичу дать вместе с Сердюковым порулить двумя бригадами…

Баранец:

- Ну, чтобы он адъютантом был Президента.

Тимошенко:

- В армии было традиционно принято, и ты должен был это застать: адъютант батальона, это был начальник штаба батальона. Вот тебе и все. Чего непонятного?

<<Самые интересные эфиры радио "Комсомольская правда" мы собрали для вас ЗДЕСЬ >>

0

1

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ