Сестра-близняшка несколько месяцев уберегала семиклассницу от самоубийства

В столице очередной подростковый суицид. Покончила с собой семиклассница школы №1978 Наташа Уткина.

Девочка шагнула из окна одиннадцатого этажа. Упала на козырек подъезда. Скончалась не сразу. «Она еще долго хрипела» - рассказывают очевидцы.

Трагедия не только в гибели подростка, тринадцатилетней девочки. У Наташи уже были попытки суицида. Первый раз, ее поймал за руку знакомый, второй раз, как ни странно, подействовали угрозы, что "все расскажут папе". Желаемым для нее финалом закончилась третья попытка.

А в том, что сейчас, очень переживая эту трагедию, в этой смерти себя винит ее сестра-близняшка, Даша. Она оставила сестру всего лишь на 20 минут. И та сделала роковой, но уже неоднократно обдуманный шаг. И вот Даша уже казнит себя: «Наташ прости меня за то что я такая некудышная сестра несмотрела за тобой прости люблю тебя очень» (орфография девочки сохранена . - прим ред.).

Теперь с этой ношей подросток будет жить. И по словам очевидцев, ее еще очень долго ругали родители, за то, что погибшая сестра, не какой-нибудь младенец, а ровесница, на какое-то время осталась одна.

Причина суицида понятна даже со стороны: у Наташи были большие проблемы в личной жизни. Со стороны взрослого — обычная первая любовь. Ей -13, ему -14, учатся в одной школе. Казалось бы, обычный школьный роман. С его радостями и горестями. Только рассказывают сейчас дети о своих чувствах по-другому. Взрослым языком. «Мы вечно тянемся к тем, кому мы нах... не нужны» - написала девочка в своем сетевом дневнике.

Девушка страдала от очень неровных отношений со своим молодым человеком. На своих страничках в социальных сетях они «поженились»: она зарегистрировалась под его фамилией. Он написал, что «женат на Наташе».

В конце зимы ребята расстались. В очередной раз. И по записям, нарочито грубым и нецензурным, видно было, что она очень страдает.

Заботливый взрослый, увидев это, понял бы, что девушке нужна серьезная помощь. Но Наташа писала, что «чем меньше родители знают обо мне, тем спокойнее и им, и мне», но при этом честно говорила «за вас жизнь отдам. это про вас, пап, мам».

Видимо, страничка на глаза родителям не попадалась, девочка отмечала, что «подпускать маму к компу, это бл.. к беде». Но иногда откровенничать пыталась: «Говорят, что лучшая подружка это Мама, ага, щас, расскажи ей... На утро уже будет знать вторая подружка — Папа..))».

Видимо, задушевные разговоры родители вели в стиле «не первый он и не последний». От чего девочка приходила в ужас: «И знаешь, когда мне сказали, что таких как ты у меня еще сотня будет... Вот тут-то мне стало реально страшно, такого количества му...ков я не выдержу». Иногда взрывалась: «ненавижу когда мне говорят ″а вот я в твоем возрасте..″ а мне пох..., мы разные люди!».

Девочка писала, что от самоубийства ее удерживает только мама, приводя один свой диалог: -Ты хотела бы умереть? -Да... Но нельзя. -Почему? -Маму жалко.

И в какой-то момент она даже мечтала о скором лете, одурев от затянувшейся зимы: «11 недель и лето, бери меня полностью!». Казалось, бы, у девочки были долгие планы...

За день до рокового прыжка, в последний день каникул она написала: «бывают в жизни огорчения, но, б.., не так же часто!».

Это была ее последняя запись.

В среду она шагнула в открытое окно. А тот, кому были посвящены гигабайты истерики на ее страничке, написал у себя «печалька»....

Вот такие они, современные страсти современных детей... Совсем нешуточные.