2019-03-29T13:39:31+03:00

По заявлению астронома из Петербурга с дела адмирала Колчака сняли гриф секретности

Но доступа к документам все равно нет, ведь предводитель «белых» не реабилитирован
Поделиться:
Комментарии: comments32
Правозащитники призывают предать адмирала суду, но открытому и гласному. Фото: Общественное достояниеПравозащитники призывают предать адмирала суду, но открытому и гласному. Фото: Общественное достояние
Изменить размер текста:

Астроном из Петербурга Дмитрий Остряков «рассекретил» Колчака. Молодой преподаватель Физико-технической школы РАН и правозащитник задался целью изучить архивное уголовное дело расстрелянного «белого» адмирала. Но сначала наткнулся на гриф «Совершенно секретно», а затем – на нестыковку в законе.

ПРОШЛИ ВСЕ СТАДИИ

Себя Дмитрий называет правозащитником и исследователем.

– Безусловно, Колчак персона противоречивая, – рассказал «Комсомолке» Дмитрий Остряков. – Но мне хотелось изучить судебный акт, на основании которого ему – человеку, который вообще не был осужден, а расстрелян по внесудебному решению, буквально по телеграмме, – отказали в реабилитации.

В 2016 году в Петербурге развернулась бурная дискуссия вокруг установки мемориальной доски Колчаку на доме на Большой Зелениной улице, где больше века назад и жил адмирал. В 2017-ом Смольнинский районный суд признал установку доски незаконной на том основании, что Колчак не был реабилитирован. Табличку, которую к тому моменту несколько раз обливали краской и даже заклеивали надписью о Волан-де-Морте, демонтировали.

Долго мемориальная доска Колчаку не провисела Фото: Александр ГЛУЗ

Долго мемориальная доска Колчаку не провиселаФото: Александр ГЛУЗ

Тем временем Дмитрий вел свое расследование. В феврале 2017-го он попытался получить определение военного суда Забайкальского военного округа (ныне Восточно-Сибирский окружной) от 26 января 1999 года об отказе в реабилитации Колчаку. Но активисту отказали. Весной того же года Остряков получил ответ на запрос в Верховный суд, где ему сообщили, что подлинник судебного акта хранится в Центральном архиве ФСБ, а в самом суде его копию уничтожили за сроком давности. Тогда педагог и привлеченные им юристы «Команды 29» написали в ФСБ.

– Мы прошли все стадии: выяснили официальную позицию Центрального архива ФСБ, где хранится это уголовное дело, и подтверждение того, что дело секретное, – поясняет Дмитрий.

В ноябре 2018-го Остряков подал заявление на рассекречивание уголовного дела. И в январе, в отличие от предыдущих ответов, ему написали, что гриф секретности снят. Вот только познакомиться с делом правозащитнику все равно не дали. Причина все так же: Колчак не реабилитирован.

– Это абсурдно, – подчеркивает Остряков. – Ведь реабилитировать или не реабилитировать можно только человека, который был осужден.

ОТКРЫТО И ГЛАСНО

Юридическое кольцо замкнулось: чтобы инициировать реабилитацию адмирала, нужно ознакомиться с его уголовным делом, но сделать это невозможно из-за того, что он не реабилитирован.

– Это следствие нашего законодательства, – объясняет юрист «Команды 29» Максим Оленичев. – В девяностые годы приняли закон «О реабилитации жертв политических репрессий», по которому предоставляли доступ ко всем уголовным архивным делам, если ставился вопрос о реабилитации. Но в начале двухтысячных появился закон «Об архивном деле», подзаконным актом которого стало тройственное положение ФСБ, Минкульта и МВД. Оно изменило практику, и по нереабилитированным стали только выдавать анкетные данные, но не предоставлять доступ к делам.

Пару лет назад Верховный суд разъяснил активистам, что это положение не препятствует ознакомлению с несекретными делами: для судов к исполнению оно не обязательно.

– Тем не менее, суды ссылаются на отрицательные решения предыдущих судов – и так далее, – говорил Остряков. – На тех же основаниях отказывают в доступе к огромному количеству дел

Табличку даже заклеивали надписью о Волан-де-Морте. Фото: Предоставлено Российским социалистическим движением

Табличку даже заклеивали надписью о Волан-де-Морте. Фото: Предоставлено Российским социалистическим движением

Так, прадед Дмитрия Василий Остряков – секретарь колхоза в Белгородской области, по принуждению или добровольно бывший в оккупации, – был осужден за измену Родине и умер в лагере. В 1998-ом ему отказали в реабилитации. Потомки пытались узнать о его судьбе в архивах, но доступ к бумагам им не дали.

– Нужно либо менять закон «Об архивном деле», либо менять судебную практику, – подытожил Максим Оленичев. – У нас есть несколько вариантов пути. Можно обратиться в архив ФСБ с запросом о предоставлении всего уголовного дела. Можно оспаривать в суде отказ от реабилитации.

Следующий шаг к разгадке судьбы Колчака сделают в течение ближайших месяцев.

– Если представители власти считают, что он достоин быть осужденным, нужно провести судебное разбирательство, – считает Дмитрий. – Но открытое и гласное.

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также