Что в современном футболе не приемлет легендарный тренер Анатолий Бышовец?

Стенограмма онлайн конференции и фрагменты трансляции

- Добрый день, уважаемые интернет- и телезрители. Мы приветствуем вас на сайте KP.ru. И сегодня у нас в гостях знаменитый игрок, тренер, просто интереснейший человек – Анатолий Федорович Бышовец. Поводом для этого стал выход книжки Анатолия Федоровича «Не упасть за финишем». Какие первые впечатления у вас были, когда вы взяли в руки книжку уже вышедшую.

- Впечатление было хорошее. Мне показалось, что фотографии, которые есть на книжке, вызывают у меня теплое ощущение. Я в молодости с кубков, мне 20 лет. потом Олимпиада. Вот кубок с «Локомотивом». Это приятные воспоминания. За ними стоят люди и победы.

- Здесь подобраны фотографии – жизненный и творческий путь от Кубка СССР до Кубка России. Я прочитал саму книжку, интереснейшая. Анатолий Федорович рассказывает про свой жизненный путь. Как работали над книгой? Много ли это времени заняло? Насколько это было сложно?

- Я работал в содружестве с журналистом Иваном Жидковым. Работали с диктофоном. Что-то писал сам, отдельные главы, которые мне хотелось самому написать. А в остальном – в содружестве, корректировалось. Ему было не очень легко. Да и мне тоже. Потому что одно дело – говорить, общаться. А второе – сесть за стол. Понятно, что опыта нет. Навыка тоже. А потом столько роится в голове всяких идей. В целом со временем как-то писалось получше. Думаю, что нужен навык. Я вспоминаю ситуацию с тем, что я взял акварель и начал рисовать. Поначалу это было бог знает что. А потом, через какую-то неделю, уже рука тверже стала, линии вырисовывались. Точно так же и с книгой получалось.

- Сколько ушло времени на это? месяцев, лет?

- Это месяцы. Я думаю, месяцев семь. Так получалось, что у Ивана была работа. И я уезжал. Были паузы. Такие хорошие, творческие. Можно было осмыслить.

- Кто занимался подбором фотографий внутри? Вы участвовали в этом? Это архив?

- Да, это архив. Я отдал в редакцию, в издательство достаточно большое количество фотографий. Был сделан отсев. В молодости – как игрок. Второе – как тренер. Ну и семья, чтобы немножко можно было говорить о быте, о семье, о близких людях.

- Есть эмоциональные фотографии с тренерской скамейки. Я в силу своего возраста не помню Анатолия Федоровича как игрока. Но как тренера помню. Один из самых эмоциональных тренеров страны. А игроком – тоже такие эмоции били на поле?

- Нет. Эмоции на футбольном поле были. Без них никуда. Но могу сказать, что достаточно сдержанные. Даже забитые мячи – таких эмоций, как сейчас ребята проявляют, их не было.

- Как праздновали голы в то время? Мода была?

- Конечно. ребята подходили, поздравляли. Радость. Все-таки забитый мяч – это главная цель. Это всегда эмоции.

- Сейчас качают детей, майки снимают.

- Этого не было. Куча-мала всегда была. На первой минуте в 66-м году был забит мяч московскому «Торпедо». Творилось что-то необыкновенное. В дебюте такое редко когда бывает.

- Помните первый год за киевское «Динамо»? говорят, что такое не забывается никогда.

- Не могу сказать. 1964 год – это очень давно. Не помню. Нужно напрячь память.

- А за сборную?

- Могу вспомнить. Много было памятных голов. То, что навскидку, это лучший мяч, забитый австрийцам в Москве в 1967 году. в падении, через себя. В «Лужниках». Он был настолько красив, что австрийцы аплодировали, игроки. Соперники. Это был лучший гол Европы.

- На протяжении более чем сорока лет вы были причастны практически ко всем драматическим событиям в нашем футболе, которые вызывали переживания у болельщиков. Как так получалось?

- Это, наверное, судьба, время, стечение обстоятельств. И родился в такое время. И достаточно памятное. Мне помогло. Я в книге вспоминаю очень много выдающихся людей, с которыми довелось или играть, или были тренерами у меня. выдающиеся люди. Это какой-то учебник. Если говорить о тренерском кредо, я на матче «Локомотив» - «Зенит» разговаривал с Володей Маминовым. Он сейчас помогает Рахимову. Я ему небольшое наставление дал. Дал оценку, что такое тренер. Володя, то, каким ты должен быть, это собирательный образ. Ты должен взять лучшее от каждого из тренеров, и тогда ты для себя определишь образ самого себя. Как правило, это для толковых ребят. Остальные заканчивают играть, и эта линия последнего тренера остается. И он ее продолжает усовершенствовать. А может быть, просто копия. Но очень много копий в Киеве. Тренер киевского «Динамо» был выдающейся личностью. Лобановский. Слуцкий тоже качается, сидя на скамейке. Может, это нервное. Но очень похоже. Как правило, за основу берется последний тренер. У меня была возможность, великий тренер, который заложил фундамент развития киевского «Динамо», Виктор Александрович Маслов, это футбольный Сократ, я бы сказал. Беседы Сократа футбольного. У нас даже не было как таковых теоретических занятый, а мы чай пили. На веранде, тепло, перед матчем, после. Садились. И в таких беседах он непроизвольно все сводил к матчу, который должен был состояться. Или, наоборот, который мы сыграли. Он очень любил говорить о футболе. И мне казалось, что он мог говорить о нем с утра до вечера.

- Сейчас по телевидению часто показывают матчи тех лет. вы согласны, что футбольная тактика изменилась сильно за последние сорок лет?

- Я бы не сказал. Сегодняшняя схема, которую играют современные команды, практически зародилась в 1970 году. ее играла сборная Бразилии на чемпионате мира. Это 4-3-3. Она совершенствуется. И таких революционных. 1974 год, то, что было сделано голландцами. Да, это революционная схема, революционные требования к игрокам, функционально они изменились. По объему, по скорости изменились. А в целом схема эта совершенствуется.

- Мне показалось, что бразильцы встают по точкам, и движения как такового не было. Что изменилось?

- Универсальность появилась. Потому что тотальный футбол начался с нашего Бориса Аркадьева, тренера. Ковач, Михелс – они это воплотили жизнь в Голландии. Эти группы игроков, которые попеременно менялись, взаимозаменяемость, групповая тактика, отбор. Это все Аркадьев. И 4-4-2 схема перед чемпионатом мира в 1966 году – это Виктор Александрович Маслов. Тоже предтеча свое города. Конечно, сегодня уделяется очень большое внимание универсальности. Я в книге пишу о том, что нам нужна не универсальность посредственность, а универсальность личностей, индивидуальностей. То есть сохраняя индивидуальность. Можно немножко обороняться, немножко что-то думать, творить. И немножко посредственно завершать. Нам нужны игроки, вот как Круифф играл, или Беккенбауэр. И у нас в футболе есть такие игроки. Или, к примеру, Тимощук.

- Если бы вы сегодняшний, с вашим запасом знаний, с опытом попали в 1960 год, вы выиграли бы сейчас все в мире?

- Нет, это иллюзия. Выигрывают команды. Недавно у меня состоялся разговор после матча «Локомотив» - «Зенит». Руководители были. Один специалист проводил параллели. В 2007 году мы играли с «Зенитом» и сейчас. «Локомотив» взял за основу схему, по которой мы играли. С двумя опорными полузащитниками. С этой схемой мы победили «Зенит» в 2007 году, когда «Зениту» очень нужны были очки. Мало того, там еще и Аршавин играл. Один специалист, человек с именем говорит: это были эмоции. То есть мы победили – это были эмоции. Я говорю: да, мы верим схеме. Но чтобы она жила, нужно вдохнуть жизнь. я считаю, что игра, которая была, «Локомотив» с «Зенитом», игроки были в схеме, они играли, они знали, что делать. Но они не жили. Они играли только на оборону, они играли только на результат. А посыла, контригры в атаку не было. Тренер – это человек, который создает фон, который ищет, вдохновляет. Он придает уверенность игрокам. И эта игра, которая должна была носить характер творческий, целеустремленный, это очень важно.

- Что сейчас происходит в «Локомотиве»?

- Я думаю, что там есть все условия сегодня для того, чтобы добиться хорошего результата. Есть игроки, которые способны реализовать этот посыл. Потенциал достаточно большой. Раскрыть личность игрока – вот задача тренера. Сегодня еще есть доля отсутствия взаимодействия и взаимопонимания, потому что пришел Фалл, Дуймович, в обороне в центре появились новые игроки. Появляется Дюрица. И это все на каком-то этапе где-то чего-то еще, наверное, во взаимодействии не хватает. И, наверное, такая жесткая схема. Надо себе сказать, что схема – это всегда прекрасно. Но надо понимать, что она ограничивает игрока. Когда я говорю о вдохновении, то, что сделал Аршавин, допустим, в последнем матче, это вдохновение.

- Вам доводилось забивать четыре мяча за матч?

- Нет.

- Это фантастика – то, что сделал Аршавин?

- Я думаю, что это стечение обстоятельств. Это приятная неожиданность. Но это незакономерно, тем более для Аршавина. Можно говорить о том, что он классный игрок. Это действительно так. но говорить, что он бомбардир, я бы не рискнул. Вот Торрес – это другая вещь. это человек, который регулярно забивает. Причем забивает, это совершенно другие ситуации, чем в этом матче забивал Аршавин. Когда у него было время для того, чтобы спокойно распорядиться. Ошибки защитников, последний мяч, допустим. Просто защитник, выбивая, вынес его прямо на ногу Аршавину. И там нужно было просто распорядиться, что он сделал достаточно квалифицированно. Но вот мячи, которые забивает Торрес, он забивает в борьбе с защитником.

- Трудовые мячи.

- Да. Но в этом-то весь смысл. Когда ты ограничен в пространстве, во времени, и тебе еще нужно именно попасть в ворота и именно в нужную точку, и главное – прийти еще в эту точку.

- А кто из нынешних форвардов похож на нападающего Бышовца?

- Мы сидели с моим помощником Сальковым Владимиром Васильевичем на международном матче ЦСКА. И мы давали оценку Жиркову. Я говорил о том, что за последние годы у нас более эффективного игрока, чем Жирков, и в клубе, и в сборной не было. И потом вдруг Вагнер Лав принял мяч. Одного обыграл, и забивает мяч. И Сальков мне говорит: вот такой и ты был. Обыграть на ограниченном пространстве быстро, тут же пробить. Очень похоже. Агуэро так играет в «Атлетико». В игре с «Локомотивом» забил мяч, 3:3. Причем игра была лучшей, «Локомотив» - «Атлетико». Феерический матч. Признан лучшим. И со «Спартаком» 4:3. Так что эмоции – это такая вещь необходимая. Вообще футбола нет без эмоций. Вспоминаю матч, который «Зенит» играл дважды в 1997 году или в 1998-м с ЦСКА, при пустых трибунах. Сейчас та же картина была. Совершенно дикая ситуация. Как без эмоций? Как без болельщиков? Этот энергетический заряд, этот посыл, который дают болельщики, это вещь просто необходимая для вдохновения.

- Оливер Кан говорил, что его вдохновляют не только свои трибуны. Когда выходишь, и 70 тысяч против тебя, это просто потрясающе. Испытывали подобные эмоции, будучи игроком?

- Конечно. но и своих болельщиков в «Локомотиве» я тоже вспоминаю. Которые болели против меня персонально. Так что это непростая вещь – сохранить спокойствие, сохранить хладнокровие и управлять процессом, когда даже свои, понимаешь…

- Дадут еще время поработать Рахимову?

- Я не знаю. мне трудно сказать. Мне думается, я хочу вспомнить Зюганова, как ни странно. Мы были на правительственном вечере, как раз после того, как меня сняли со сборной России. Что-то праздновалось. Мы встретились: привет, привет. Он, зная, что меня уже освободили, говорит: суетятся. Дайте доработать. А потом появляется та же ситуация. Я в книге написал, воспоминания Титова. Прошло уже какое-то время. Он говорит: дали бы Анатолию Федоровичу доработать, и результат был бы совершенно другой. Как здесь выдержать решение? Разные ситуации. Я так понимаю, что к этому тоже нужно было подготовленным. В московском «Динамо» всегда была такая дикая ситуация. Там есть такая должность в центральном совете – главный тренер динамовских команд. Потом пришел вместо меня Бесков. Как только что-нибудь зашаталось, тренер уже готов. Тренер здесь есть. я не знаю, есть ли такой человек в «Локомотиве». Думаю, что Рахимову надо дать доработать.

- Сезон?

- Во всяком случае, надо дать доработать хотя бы до паузы. Сейчас какие-то предложения поступают мне, а я себе говорю: вот сейчас будет пауза в июне месячная… Вот будет три недели, тогда можно принимать.

- Вы сами-то как относитесь к идее вернуться в «Локомотив»?

- Я разговаривал с президентом «Локомотива» Наумовым. Это было сразу после того, как я ушел из «Локомотива». Мы встретились на турнире Гранаткина. Там овации. Болельщики в Питере ко мне очень хорошо относятся. Я ему говорю: вот видите, такого тренера сняли, а сколько поклонников. А что в «Локомотиве»? Он говорит: начнем работать. Зашел разговор о «Локомотиве», я говорю: нет уж. Увольте. Нет. Он говорит: никогда не говорите «никогда». Это жизнь. можно вспомнить исторические примеры. Бирон двадцать лет ждал на каторге, а потом вернулся при Павле. Вот сейчас Олег Романцев.

- Вы как отнеслись к этому известию?

- Мне нравится Карпин. Я вспоминаю его как игрока, как человека. И сейчас с ним на матчах всегда перекидываюсь мнениями. Мне очень нравится его отношение. Это волевой, знающий, глубоко понимающий футбол человек. Достаточно интересный. Не думаю, что ему нужен Романцев. Не потому, что у Романцева нечего дать. Думаю, что как раз Романцев, наверное, и необходим для того, чтобы обсуждать. У него достаточный опыт. Второе – это учитель и ученик. Там единое понимание футбола. Но у Карпина достаточно большой профессиональный опыт. Карпин – человек благодарный, у него есть чувство благодарности. Это дорогого стоит в нашем неблагодарном мире, в нашей неблагодарной профессии.

- Ваш собственный опыт противоречит идее принятия команды Карпина. Вы шли постепенно от юношей по возрастающей. А Карпин сразу – раз, никого не тренировал, принял московский «Спартак».

- Проблема в этом есть. и он столкнется. Пока то, что произошло, делает честь ему. Он пригласил Лаудрупа. Лаудруп не справился, и его отправили в отставку. Но он по чести встал вместо него. И я так понимаю, что на это способен не всякий челове.

- Это красивый жест: теперь я беру ответственность…

- А вот что получится…

- А что получится? Полагаю, что и вы, и большинство болельщиков знают, что получит. Карпин не может выигрывать все подряд. Ну проиграет раз, проиграет два. Проиграет три. И что дальше делать?

- У нас чемоданная профессия.

- Болельщики выйдут с баннерами, пресса напишет «Что это такое!»

- Его решение и мое отношение к нему - достаточно симпатичные. Мне нравятся люди, которые стремятся достичь невозможного. Я хочу ему пожелать.

- Всем нравится сказка.

- Но у него есть помимо амбиции еще и амуниции. У него есть хорошие знания и хороший опыт. И он волевой человек. Как правило, то, что связано с волей, вот этот посыл, который я вижу, что в нем есть, этого достаточно для того, чтобы можно было сказать, что должно получиться. Я от души желаю.

- Если бы для этого нужна была только воля, что Сергей Горлукович был бы лучшим тренером мира.

- Сережа – толковый парень. Мы вместе с ним смотрели матч «Локомотив» - «Зенит». Он и игрок был очень хороший. Очень порядочный человек.

- Он умный и понимающий. Но сила воли…

- Очень волевой.

- Кем сложнее быть – тренером или игроком?

- Название книги «Не упасть за финишем» ассоциируется с чем. И это своего рода ответ на первое. Игрок – человек, которого немножко носили на руках. Это тепличные условия, это администратор, начальник команды, поблажки. Это без очереди. Особенно когда ты хороший игрок, когда ты звезда. Понятно, что в 20 лет я купил автомобиль «Волга», что тогда возможно было только для Героя соцтруда. Но в Киеве очень много делалось для этого. и эти условия действительно в какой-то степени создают проблемы. Ты мастер на поле, а потом – финиш. Ты пришел к финишу, закончил играть. И это все заканчивается. Как карточный домик. И друзей нет, которые с тобой с удовольствием разделяли победы. Прекрасная вещь. тем более ты ездил за рубеж. тогда проблемы были с вещами. И вдруг никого, ты остаешься один. Единицы становятся тренерами в той команде, где они играют. А остальные сталкиваются с проблемами. И многих забывают. А ты привык к аплодисментам, к тому, что кто-то. а вот теперь тебе нужно заниматься самому. И многие не готовы к этому. и многие не выдерживают этого. и отсюда целая портретная галерея людей с достаточно трагичной судьбой. Чего греха таить, и в семейной жизни не все так. потому что выходили за героев, там были деньги, была возможность нормально жить. И не всегда это была любовь. Был расчет. К счастью, что есть и другие примеры. Женой футболиста быть в то время было непросто. Сборы перед играми, два-три месяца выезжали, фактически не приезжали.

- Потрясающая история в книжке про Рудакова.

- Женя вот так пришел. А нас все время допекали, за три дня брали на сборы, за два дня. Сейчас за день, да и то в гостинице. Пожалуйста, спокойно может жена прийти, пообщаться. С ребенком. А тогда – это карантин, так раньше называлось. Вот трагедия. И многие не пережили. Эта история с Рудаковым. К нам приехал один руководитель и все нас допекал: ну что вы против этих сборов, да вы же тут отдыхаете. Такая райская жизнь. женя ему говорит: да, райская жизнь, но вот я приехал домой, супруга открыла дверь, а дочка спрашивает: а что это за дядя пришел? Жизненная ситуация. Не случайно традиции были – сорваться, разрядиться. Это потому что взаперти.

- Вообще не пили, когда играли?

- Я бы не сказал, что пить. В понимании пить - нет. У меня часто бывали такие ситуации, когда команда собиралась, а ты свой четвертак или десять рублей клал на стол, посидел чуть-чуть, и уходишь. Интересы были немножко другие. это сложно, когда ты такие вещи делаешь. Получается, одно дело – брезговать. Нет. Не интересно? Да, неинтересно. Пьяные разговоры – интересного мало. Когда ты уходишь, ты выделяешься. Не всякий это мог.

- Сейчас футболисты меньше стали пить?

- Да, думаю, что сейчас культура и деньги совершенно другие. традиции. Есть отдельные ребята, но я не думаю, что это носит сейчас такой характер. Все прекрасно понимают, что это десять лет.

- А раньше – не понимали?

- Мы играли знаменитый матч с венграми и выиграли 3:0. Надо было забить обязательных три мяча, чтобы пройти в четвертьфинал. Это было в гостинице «Метрополь». Ситуация для нас была достаточно феерическая. Выиграли. И настраивать не нужно было, потому что настолько нескромно себя вели венгры. 1956 год сыграл, ситуация с оккупацией. И очень плохо на банкете. Две команды, после матча. И они настолько вели себя высокомерно, что лично у меня, я не играл тот матч, играл Стрельцов Эдик, а я был в запасе. И это было настолько оскорбительно, что хотелось выйти и как-то так. достоинство взыграло. Матч закончился, мы были в «Метрополе». Я помню эту ситуацию. Вина какого-то поставили на двоих-троих. Спортивные банкеты, выдержанные. И Число, Игорь Численко говорит: ребята… Мы сбросились деньгами. Шампанского принесли. И мы прекрасно провели время с венграми. Это были выдающиеся ребята. Варга, Сюч, Фаркаш. Много выдающихся ребят, я потом с ними встречался. Руководил командой Пушкаш. И мы с ним общались, вспоминали. Мы были на турнире.

- Да. Я видел.

- Вот я сейчас стал вспоминать… На этом вечере Численко сидел рядом со мной. Я не пил. Игорь говорит: «Поколение другое пришло».

- Уже тогда?

- Да. Он говорит: «Ситуация меняется. Уходят традиции». А что такое традиции? После игры – Сандуны. Попариться. Потом посидеть хорошо в «Берлине». Прекраснейшая кухня. Изумительная.

- А все клубы ходили в Сандуны?

- Да. Игроки любили попариться после игры. Потом посидеть, выпить… Потом через день на тренировку.

- Не как сейчас. На следующий день с утра заминку никто не делал?

- Нет. Тогда такого не было. Но я знаю, и за рубежом сейчас не делают… Уровень профессионализма намного вырос. Я вспоминаю шотландцев. Мне говорят. Там, шотландцы пьяные вышли играть. В 92-м году. 3:0… Понятно, что это дикость. Я вспоминаю Мальдини-старшего. Команда приезжает, играет последний мат, он же ничего не решает. Но надо приехать домой. Надо встретиться с болельщиками. И этого не понимают. И вот эти матчи как раз и играются для болельщиков. С тем, чтобы можно было кому-то в глаза смотреть.

- Я прочитал… Объяснение какое: фатальное невезение – 92-й год в матче с шотландцами?

- Да. И вот что касается шотландцев… А я же работал в «Хартсе», Пресли, капитан команды «Хартс», он был там, на чемпионате и мы с ним обсуждали…

- Что говорил?

- О настрое. Но что интересно, когда говорят, что они были пьяные, я понимаю, для чего это. Надо было умалить достоинство команды. Тренера, которого надо снять. Надо было рассказать, что проиграли пьяным шотландцам. И вдруг сыграли с чемпионами мира и с чемпионами Европы вничью. Надо было создать фон. Мы ехали из Эдинбурга в Глазго. И вот пьяные шотландцы… Мы ехали в автобусе. А в автобусе в Эдинбурге было из 18-ти, кто готовился к матчу, в автобусе из Эдинбурга ехали человек семь… Остальных мы подбирали по дороге и в Эдинбурге, в Глазго, подъезжая, в пригороде садился кто-нибудь последний, а кто-то и приходил

- Это в день матча.

- В день матча! Они не знали, что такое режим. Потрясающе. Это приди из дому, и вот ситуация с Лаудрупом. Многие тут его как-то критикуют, но я бы не стал этого делать. У него совершенно другой менталитет. Он предлагал спартаковцам из дому приходить на матчи. Или перед игрой он собирал из в 10 часов утра, игра была в 14… И в 10 часов в Белграде, там «Золотое кольцо» есть гостиница… Он в 10 часов их собирал. Для Лаудрупа это вполне понятно. Уровень его профессионализма как игрока просто потрясающий. Но и менталитет совершенно другой. У меня была такая ситуация: шотландцам этого нельзя было говорить. Мы решили задачу, команда стоит не на вылет, стоит на шестом месте. И тогда президент клуба, у меня с ним были небольшие разногласия, Мы готовимся, Ситуация сложная. Я в гостиницу собирал игроков за день. Мы ночевали в гостинице и так далее. Мы поправили ситуацию. И на этом все закончилось. Никаких гостиниц, все. Они приходят с утра. Игра в 18.00. Обедаем. Отдыхаем. Потом установка и так далее. Но что касается бразильцев, что касается молодых ребят, уже нет ночевки в гостинице и я вынужден был говорить Данни, Пепе, там еще ряд игроков… Эти ребята были профессиональны. А вот группа бразильцев… И еще один. Я вынужден был просить: «Ребята, я вас убедительно прошу, никаких дискотек! Никакого секса!» Пить они не пили, а вот на счет погулять, пойти в казино, еще куда-нибудь… Я их просил: «Ребята, это не уйдет! Завтра надо победить!»

- Португальцы, действительно, не самые дисциплинированные люди на свете

- Это уже менталитет. Это образ жизни. Если менталитет – это образ мысли… В их понимании – время проводить… Мне же нужно, чтобы в 23.00 он уже отдыхал. В этом и вся профессиональность игрока. Требовать от игрока в прошлом такого очень сложно, потому что он три дня сидит на сборах, или два месяца, приезжает, и конечно, набрасывается на всех.

- Не надо уговаривать его отказаться от секса, если он три дня на сборах… А мешает именно, потому что он должен в 23 часа уснуть?

- Конечно. Надо вовремя лечь. Надо поесть. Не зря бытует, и бытовала ситуация, связанная с тем, что женившийся игрок, как правило, у него следующий сезон или этот сезон – он немножко уходит.

- Из-за чего, из-за эмоций?

- Эмоции, новый уклад, новая жизнь. Очень много таких вещей, которые обязывают как мужа, так и дети появляются. Нужно поспать, условия нужно создать необходимые.

- Давайте на вопросы читателей ответим. «Анатолий Федорович, вы бы приняли предложение работать за границей? Были ли у вас в последнее время?»

- Есть два предложения даже сейчас. Одна из команд в Азии предложила возглавить. Но ситуация турнирная в подгруппе достаточно сложная и практически неразрешимая. Там есть отставание в четыре очка. И еще есть матчи достаточно сложные. С лидерами. А задача: решить вопрос попадание на чемпионат мира. Я, честно говоря, не рискну.

- Азиатов, наверное, не надо уговаривать. С дисциплиной у них все в порядке.

- Скорее, проблем не было. Но там проблема… Ее нужно оценивать с юмором. Все эти народы: индейцы, азиаты, корейцы в частности… Им достаточно две бутылки пива. Наши ребята выпивают достаточно серьезно и переносят нормально. А у них нет фермента расщепляющего

- В чемпионате СССР эти парни бы не заиграли

- Думаю, что да.

- А правда, что капитан у корейцев, бывает, и бьет

- Или тренеры.

- И тренеры?

- Да. Мой предшественник в раздевалке, я не буду называть фамилию игрока, ну, достаточно жестко в перерыве бутсой по голове…

- Ведь это сборная.

- Да. И это очень выдающийся игрок! Я скажу, что они приехали после проигранного этого матча, и помидорами забросали. Я как раз приехал после этого в Корею. Я собирал информацию. Я, прежде чем возглавить сборную, всегда собираю информацию

- Как вы оцениваете работу своих коллег Хиддинка и Адвоката, знакомы ли с ними? Хиддинк вообще не посторонний человек

- С Адвокатом я знаком по 92-му году. Он был помощником у Михелса. Знаком очно. Эта ситуация с «Локомотивом», его высказывания в «Локомотиве», когда я руководил. Достаточно вспомнить, чтобы сказать, что он человек порядочный. Очень порядочный человек: проиграв матч с «Локомотивом» в 2007-м году, на вопрос, что вы можете сказать о поражении, он сказал, что мы проиграли очень хорошей команде. И непонимание того, что он сказал у журналистов, его заставило сказать: «Вы что, не согласны?» Они были не согласны с этим. Да, хотя матч был очень интересный. А когда ему задали еще один вопрос: «А вы знаете, что в «Локомотиве» тренер деньги берет с игроков?» Он так посмотрел: «Я тоже беру!». С юмором человек. Я к нему достаточно хорошо отношусь. Я давно знаю Хиддинка еще по работе его в «Валенсии» в 91-м году. Ну и, он приехал после Кореи. Я имел информацию о нем. Близко не знаком. Но почему-то Хиддинк, когда меня видит – здоровается со мной, говорит: «О, ты очень важная персона». Не знаю, почему я это заслужил.

- В Корее, наверное, портреты ваши висят?

- Есть такое. Я должен сказать, у меня был очень хороший имидж в Корее. И более того, я настолько пользовался доверием руководителя, что там тренер – это…, а руководитель делегации – это …. По-корейски. Я выезжал с командой. Как руководители делегации настолько мне доверяли в этом смысле, и я по этому поводу все время говорил. Те: «Не может быть!» Я им объяснял, что такое патриот – «патриот – это не человек, который родился в стране, и не паспорт это. Это отношение к делу». Если ты относишься к делу хорошо, как тренер сборной Кореи, то ты самый главный человек, который принадлежит нации. Это отношение к делу.

Что касается работы, конечно, условия работы у Хиддинка и Адвоката, конечно, отличаются очень выгодно от того, с чем сталкиваемся мы. Во-первых, огромная поддержка со стороны руководителей. Я могу, наверное, сказать, что создается режим наибольшего благоприятствования. Практически любая просьба выполняется. Хиддинку ничего не стоит перейти из одного отеля в другой. Я вспоминаю, в Сочи мы были. Мы жили в санатории, в очень хорошем санатории…

- «Зеленая роща»

- И вдруг мне говорят, Хиддинку не понравилось, они переехали в пятизвездочный отель. Я так подумал… Я вообще, отели не очень люблю… Уж столько приходится ездить… Но тем не менее! Все это было сделано.

Что касается наших тренеров. Я боюсь, что у нас мало кто из тренеров, о себе не буду говорить, кто может воспротивиться указаниям президента или генерального директора. А эти ребята, конечно, вмешиваются очень сильно. У нас тренеры несвободны. Я боюсь, процентов на 99.

- А отрабатывает ли Хиддинк свои деньги? Понятно, что да, результат был. У Хиддинка огромный семимиллионный контракт.

- И у Адвоката тоже. Если не больше. Я не знаю. Я не считаю чужих денег. Я вспомнил, многие говорят: вот, Бышовец там… Какие-то деньги сумасшедшие. Я работал с национальной командой за 200 долларов. В период 92-й, 86-й… Копейки были.

- По соотношению «цена – качество»

- Речь идет о чем… Хиддинку платят за результат. Его мало что волнует. Посмотрите, я не в плохом смысле хочу сказать, я смотрю матчи английского чемпионата. Я вижу на каждом матче. На каждом матче. Это вообще противоречит. Та же ситуация: я в Корее жил с супругой… А он достаточно свободный. Платят за результат. Результат есть в «Зените» и результат есть в сборной. Я несколько критически отношусь к тому, что было на чемпионате Европы. Мне задали вопрос на встрече с болельщиками. Меня попросили дать характеристику олимпийской команды и сегодняшней команды. И спросили, а как вы оцениваете? Я оценил олимпийскую команду хорошо. Ну, как же? Вот третье, четвертое место. Ну, и я в 92-м тоже был в четвертьфинале. Это не такой большой результат. Это первое. А теперь сравните обе команды, и мне кто-то очень явно говорил: нет, что вы! Сегодняшняя Россия… Вы знаете что: я согласен! Я согласен. Хорошая команда. Прекрасные ребята подобрались. Прекрасные. Я получаю удовольствие. Но я считаю, что олимпийская лучше. А почему? Я не представляю себе, чтобы та олимпийская команда дважды проиграла и кому-нибудь, и какой-нибудь команде дважды по 4:0. Я этого просто не вижу! В команде были игроки, с трудом себе представляю, что они бы простили команде, которая переиграла. Хотя я вспоминаю ту же сборную Болгарии, олимпийскую… Я ее вспоминал с Лечковым, я вспоминал это со Стоичковым.. была прекраснейшая команда. Были прекраснейшие игроки! Мы их обыграем. И там, и здесь. Я уже не говорю про Бразилию.

- У нас осталась последняя минута. Давайте блиц-ответы. Кто ваши любимцы среди наших футболистов?

- С уважением отношусь в Игонину. Он начинал с 20 лет в «Зените». К Данни, к Тимощуку. Он тоже начинал в Донецке, у меня, в 19 лет.

- Какая мужская черта, на ваш взгляд, важнее всего для футболиста и успешной игры?

- Я думаю, что волевые качества. Потому что в критической и сложной ситуации, игровой, конечно, нужны личностные качества. Не бояться соперника, не бояться проиграть, пойти в борьбу.

- Как вы считаете, какими основными качествами должен обладать футболист на позиции центрального защитника?

- Можно привести пример Шестернева. Это человек, который очень хорошо предвидит, он был джентльменом, он играл очень чисто, у него были прекрасные физические качества. Для защитника физические качества, прежде всего, необходимы. И второе – это предвидение.

- И последний вопрос. Кого из молодых тренеров вы считаете наиболее талантливым и перспективным в России?

- Мы потеряли очень многих прекрасных игроков в прошлом, которые могли бы быть прекрасными тренерами. Начинал Шалимов, Олейников, Стас Черчесов… У них очень много есть качеств, благодаря которым можно было бы реализовать себя как тренера. У них прекрасные идеи. Но у нас сегодня очень сложное время, чтобы можно было бы работать.

- Спасибо, Анатолий Федорович.ннеа месяца, приезжаех,го оченлинированные