Мастер житейской прозы Наталья Нестерова в гостях у "КП"
Издательская группа АСТ представляетНовый роман мастера жизнеутверждающих историй
Натальи Нестеровой
«Точки над Ё»
Провести время за чтением книги Натальи Нестеровой - отличный метод поддержать позитивный настрой, полученный за летние отпуска. Автор уже давно доказал, что является отличным психологом, её произведения - это настоящий антидепрессант, и они вылечивают даже самых отъявленных пессимистов. Над её книгами хорошо плакать и смеяться, их приятно читать после работы в метро или дома в уютном кресле, можно подарить лучше подруге или «проглотить» в одиночку. В любом случае, каждая книга Натальи Нестеровой увлекательна, наполнена любовью к людям и теплым нежным юмором.Героиня нового романа «Точки над Ё» - радиоведущая с уникальным голосом Ася Топоркова, девица двадцати пяти лет, окончившая институтский курс. Её предыдущая попытка выйти замуж за ушлого пройдоху была вовремя пресечена мудрыми родителями, но надолго травмировала сердце героини. Однако, в скором времени в жизни Аси появляется друг, который с каждым днем становится всё дороже её сентиментальной душе. Правда, он упорно считает Асю тургеневской девушкой и обращается с ней как с кисейной барышней. Интересно, обрадует ли его столкновение с реальностью?
Я хочу доставить удовольствие человеку, чтобы он отдохнул, посмеялся. Каждому из нас необходимо всмотреться в другого и увидеть родные черты. Наталья Нестерова
Справка: Наталья Нестерова – журналист, писатель, работающий в жанре житейской прозы. Одна из лучших в сегменте женской сентиментальной литературы. Автор романов: «Бабушка на сносях», «Школа для толстушек», «Уравнение со всеми известными», «Татьянин дом», «Средство от облысения», «Сарафанное радио», «Отпуск по уходу», «Сделайте погромче», «Кошки-мышки» и других. Ее роман «Позвони в мою дверь» был экранизирован и с успехом показан телеканалом «Россия». Общий тираж ее книг превышает 3 млн. экземпляров.
Наталья Нестерова ответила на ваши вопросы 8 сентября.
Представляем фрагменты онлайн-трансляции и стенограмму.
Ведущая - Дарья ЗАВГОРОДНЯЯ.
- Здравствуйте, дорогие читатели сайта «kp.ru» и гости нашей «Книжной полки». Я рада вам объявить, что сегодня со мной на «Книжной полке» сидит Наталья Нестерова, журналист, писатель, автор житейской прозы. Мы встречались с Натальей в апреле и с тех пор она успела закончить новый роман, который она тогда уже писала. Называется он «Точки над ё», но мы не можем вам его предъявить, потому что он разошелся вчера на книжной ярмарке моментально. Читатели его рвали друг у друга из рук, как докторскую колбасу фактически.
- Даже у меня нет этой книги.
- Да, расскажите, пожалуйста, о чем же эта замечательная книга?
- Главная героиня – журналист, ведущая на радио. Вы знаете, обычно толчком к написанию книги становится какая-то мелочь, какое-то событие. А сюжет уже придумывается потом. Однажды в транспорте я увидела интересную пару. Очень крупная девушка, ну вот просто омоложенная Людмила Зыкина, и очень субтильненький, щупленький молодой человек. Но они так смотрели друг на друга, они так смеялись каким-то глупостям, они не могли оторвать взгляд друг от друга. И я подумала: наверное, люди, которые так отличаются внешне, не попадают под какие-то стандарты, очевидно, прошли какой-то этап. Когда ей говорили, ну мама, допустим, ей говорила: что вы, как слон и моська. А ему говорили: ты рядом с ней такой …. И вот этот этап, который они наверняка преодолели, мне стал очень интересен. И поэтому я решила, что мои герои будут как раз в таких физических состояниях. И мне было интересно, когда люди перестают обращать внимание на внешние данные, потому что мы же все-таки не племенные животные, которых скрещивают, людей связывают духовные отношения. И вот когда эти духовные отношения выходят на такой уровень, когда все эти мелочи становятся безразличными – вот такие мои герои.
- Ну, там какая-то еще интрига описывается, что он подумал о ней одно, а она на самом деле другое. Там как-то интересно.
- Да. Но, может, мы оставим эту интригу? Пусть читатели сами разберутся с этой интригой.
- Кстати, Наталья в прошлый раз наших на радио опрашивала на предмет радийных терминов всяких и записывала в тетрадку. Спрашивает вас Наташа – прочитала вашу книгу о любви «Позвони в мою дверь» и «Кошки-мышки». Хочу высказать вам свое восхищение и благодарность. Давно не читала ничего более душевного и трогательного. Не могла оторваться. Творческих вам успехов, всего самого-самого доброго. Передала почитать вашу книгу знакомой, она тоже в полном восторге. Лечить людские души – это о вас.
- Спасибо большое, мне очень приятно это слышать.
- Помните, вы в прошлый раз рассказывали о каком-то коллективе врачей, которые прислали вам коллективное письмо. Шлют письма коллективные еще?
- Коллективных нет, а так очень часто благодарят. Вот один раз одна немолодая женщина мне говорит: «Если б я прочитала ваши книги раньше, моя жизнь сложилась бы по-другому». А рядом с ней стоит другая женщина и говорит: «А я прочитала книги Натальи Нестеровой вовремя и поэтому моя жизнь сложилась удачно». Ну, я на самом деле не пишу никаких руководств, не дают никаких советов, я просто рассказываю интересные истории.
- Да, кстати, по поводу романа. Я прочитала книгу «Отпуск по уходу» - хорошая книга, очень легко читается. Парень там молодой, 30-летний, жарит себе мясо на кухне и тут ему приносят неизвестного младенца. Оказывается, что этот младенец его сын. Вы так хорошо описываете чувства, ощущения молодого мужчины, который впервые в жизни сталкивается с младенцем, он списан с какого-то реального персонажа? Вы наблюдали мужчин, которые не хотят детей, потому что, насколько я знаю, ваши-то женаты, с детьми.
- Вы знаете, я достаточно рано вышла замуж, я всегда в детстве дружила с мальчиками, потом у меня стали рождаться сыновья. Я работала в журналистских коллективах, где были одни мужчины, я была одна-единственная женщина. Кроме того, я вырастила сыновей. Поэтому мне кажется, что я немножко знаю мужскую психологию лучше, чем многие женщины, которые какие-то их черты характера идеализируют, а о других, например, не догадываются. Мужчины – хороший народ, но не без недостатков. Если нормальному взрослому мужчину, который никогда ближе, чем на три метра не подходил ни к каким младенцам принести ребенка и сказать – это твой сын, первое желание у всякого нормально человека будет избавиться от него. Но потом-то все становится хорошо.
- Но вы знаете, он у вас такой хороший человек, решительный. И потом, у него сестра очень хорошая, которая ему быстро нашла няню подходящую, эмоционально подходящую в этой ситуации, такую тетеньку, которой нужны были именно эти люди. Так иногда складывается, что вот она одинокая и ей нужна именно эта семья. А там еще как раз папашка овдовел и как раз можно поженить их – вот так все сложилось, как паззл, очень удачно. Но вы жизни, кстати, тоже такие бывают ситуации. Вот у нас был писатель в гостях Януш Леон Вишневский, который пишет про любовь. И вот его жизненное кредо состоит в том, что женщины лучше мужчин, женщины не такие агрессивные, женщины добрее, они очень ласковые. А мужчин тестостерон как бы запорчивает немножко.
- Тогда самые лучшие мужчины, у которых перестает вырабатываться тестостерон, и старички становятся такими же хорошими, как женщины. Я не очень с этим согласна. Так в жизни не может быть, чтобы мужчины были хуже женщин или женщины были лучше мужчин. Нет, я думаю, что каждому полу – свое. И это интересно, что мы разные.
- А вот какие преимущества у мужчин перед женщинами? Вот такие настоящие, в которых мы нуждаемся, женщины?
- Они не так быстро поддаются панике в сложной ситуации. Мы начинаем сразу паниковать, а у них реакция замедленная и поэтому у них все-таки проходит какое-то время, прежде чем они поднимут панику. И за это время они могут найти какое-то решение.
- Рита пишет: «Спасибо за книги, но очень мало пишите, пишите больше».
- На самом деле, я немало книг написала. По-моему, эта вот то ли 18-я, то ли 19-я книга. Считая сборники рассказов. Я пишу две книги в год. Это немало. ВЫ понимаете, что, если писать больше, то это уже будут не те книги. Но все равно спасибо, что вам кажется, что я мало пишу.
- Что вы думаете о таланте писателей, которые пишут по несколько книг в месяц? - Я как раз не думаю об их таланте.
- У них свой талант, у вас – свой. У всех свой талант. Лера спрашивает, расскажите о своих хобби, есть ли у вас необычные увлечения?
- Нет, у меня нет никаких особых увлечений. Самое большое мое увлечение в последнее время - это мои внуки. Они полностью занимают мое свободное время. С внуками вместе мы вырезаем, лепим, складываем паззлы, играем в лего. И вообще, детство вернулось.
- А сколько им уже сейчас?
- Внуку 4 года, а внучке год.
- Я вот думаю, какой манеж купить – побольше или средний?
- Я думаю, побольше, он подольше там посидит. Вы побольше успеете сделать.
- Лучше, наверное, отдельно манеж, отдельно кровать, да?
- Ну, я считаю, что да. Потому что манеж в определенном возрасте обязателен. Потому что иначе возникает очень много опасностей для ребенка. Моя внучка, например, у них нет манежа и небольшая квартира, она уже попробовала шампунь… топ-топ в ванную и все.
- Внуки – это хорошее хобби. Светлана спрашивает – как вы относитесь к Буккеру и прочим премиям?
- Я хорошо отношусь к Буккеру. Вообще, любые премии, как и любые праздники, это, по-моему, здорово и хорошо. Тем более, если автор, кстати, который получает премии, это дает ему какой-то дополнительный творческий импульс.
- Да, но там же денег как-то не очень много.
- Чего не знаю, того не знаю.
- Ира спрашивает: ваша семья любит ваши книги и жанр, в котором вы работаете?
- Я не могу сказать, что мои дети и мои невестки такие прямо поклонники моих книг, они читают немножко другую литературу. Но первый мой читатель – это муж. Он прочитывает рукопись и самое главное, чтобы он сказал «нормально». Если он говорит – нормально, книгу можно сдавать к печати.
- Какой строгий судья. Кстати, муж Натальи, Евгений Умеренков, журналист, который очень много лет, лет 20, работал собкором «Комсомольской правды». Вы же ведь разъезжали с мужем, да?
- Да, поскольку он был журналистом-международником, мы были в командировке в Мексике и в Америке. В Америке мы были уже без детей, поэтому муж называл Америку Твое Переделкино. То есть, он работал, а я как раз там писала книги.
- Вот как вам в Мексике понравилось?
- Замечательно. Причем, мы приехали в Мексику, когда мы были еще относительно молоды. Я пошла в университет изучать испанский язык. Мы много ездили, много путешествовали, там выросли наши дети, для них это как бы вторая родина. У нас много друзей-мексиканцев, которые познакомили нас со своей культурой, совершенно необычной. Мексика это почти родина.
- А какие-нибудь вы блюда привезли оттуда?
- Да. Более того, я пытаюсь у себя на даче вырастить чили. Называется чили-хлопеньё, он такой как сливка. И вот сейчас мне из Мексики прислали семена, я высадила 25 кустов, вырос чили, абсолютно не горький, совершенно сладкий. Ну, не удалось пока.
- А, может, это и хорошо, ноу-хау Натальи Нестеровой.
- Чили должен быть острым.
- А на что он похож-то?
- Он похож на чили, он выглядит полностью как чили, но не горький.
- Ну, можно же его куда-то положить, наверное?
- Что-нибудь придумаем, не пропадать же урожаю.
- А чего вы готовите из мексиканских блюд?
- Мы делаем гуакамолье, поскольку сейчас можно авокадо купить. И делаем пака с лепешки. Это когда такая тортилья, лепешечка, в нее кладется мясо.
- Покупаете тортилью или сами?
- Покупаем. У нас практически не достать тортильи из маиса, они, как правило, все из пшеницы, но все равно вкусно.
- Я вот такие все время вижу лепешки большие – чего мне с ней делать?
- Берете эту лепешку, подогреваете ее. А отдельно, на другой сковородке, у вас мелко порезанное мясо с луком и с сыром. Потом на эту горячую лепешку вы кладете вот эту начинку и поливаете ее острым соусом, сальсе какой-нибудь. И все. Можно сделать совсем проще. Блюдо называется кесадилья. В эту лепешку вы кладете сыр и поджариваете с двух сторон. А потом открываете, добавляете немножко соуса – очень вкусно. Очень удобно вечером, когда пришли гости и нужно быстро всех накормить, а уже все съедено. Вы делаете кесадилью, и все говорят, как это здорово, как вкусно. И главное – очень быстро.
- А сальсу если самим сделать, то как?
- Это нужно помидоры, чили-хлопенье и лук. Белый сладкий лук, зелень. Все мелко порезать, посолить, не лить туда ни масла, ни уксуса, ничего. Просто все должно быть мелко порезано – это настоящая мексиканская сальса.
- Наверное, в блендере можно?
- Нет, должны быть кусочки, но совсем маленькие. Ручками все, ручками.
- Да, это очень вкусно. А из авокадо вы делаете…
- Гуакомолье. Для этого нужен лайм. Вот это нужно сделать в блендере. Гуакомолье должно быть спелым. Он должен быть мягким. Туда выдавливаете лайм. У нас продается чили в баночках, вот нужно взять этот бульончик из баночки или просто острый перец, и все это смешать, получается такая консистенция густой сметаны. В некоторых странах Латинской Америки туда добавляют мелкие помидоры и сладкий перец. Мы так не делаем. И вот это тоже добавляется в лепешки, это как соус. Это можно и с чипсами, очень вкусно.
- Я почему так спрашиваю? Потому что кулинарную страничку делаю еще отдельно. Это же потрясающе интересно. А вот у моего папы есть близкий друг, он живет в Мексике. Он научил папу моего готовить суп, они его называли ранчо, он здесь жил долго, в России, потому что ничего нельзя было достать в СССР, и я запомнила, что там есть мясо, там есть фасоль красная и помидоры…
- Я могу дать вам рецепт очень простого мексиканского супа. По-испански фасоль - фрихоль. Это называется сопо де фрихоль – то есть, суп из фасоли. Покупаете красную фасоль в банке, так и написано – в соусе чили. Две баночки нужно. Потом бекон, желательно, где побольше мяса. Мелко режете бекон, обжариваете с луком.
- Варено-копченый бекон?
- Да, да. Потом в эту массу вы добавляете фасоль и разводите водой по вкусу. Все. Посыпаете сверху зеленью. Можно еще порезать мелко сыр, чтобы он немножко расплавился. Можно накрошить туда чипсы. Да, да, чеснок еще туда, чеснок.
- Спасибо большое, прямо слюни потекли. Вера спрашивает, когда экранизируют ваши книги?
- Экранизировано два романа. Один называется «Позвони в мою дверь», другой «Уравнение со всеми известными». А сейчас идет работа над экранизацией романа «Школа для толстушек».
- А кто там играет толстушек?
- Не знаю. Я очень хотела бы, чтобы Аронова играла, но что-то я отвлеклась и даже я не знала, кто прошел кастинг, кого отобрали. Для меня это тоже будет сюрпризом.
- Вы пожелание-то свое высказали?
- Нет.
- Мария Аронова, кстати, очень талантливая актриса.
- Я считаю ее одной из самых талантливых сейчас.
- Да. Сейчас ведь так мало характерных актрис, сейчас социальных как набрали этих… Лена спрашивает: представьте, что ваша жизнь сложится по-другому. Кем бы вы были, если бы не писателем?
- Я думаю, что я была бы врачом. Мне очень нравится эта профессия. В свое время я работала в журнале «Наука и жизнь» и заведовала отделом биологии и медицины. И какое-то время у меня герои все врачи были… Мне очень нравится эта профессия, потому что в ней зримый результат. Вот плохо-плохо человеку, вы его чем-то намазали и он снова чистый, как огурец, например. Или у него что-то болит, вы его разрезали, зашили – и он снова здравствует.
- А вам не страшны были какие-то хирургические вещи, допустим?
- Нет, не страшно. Мне как раз очень интересно, из чего состоит человек. Когда я училась на факультете журналистики в Ленинградском университете, у нас была военная кафедра. Как мы говорим, из нас делали медсестер. И когда нас привели в морг, я была одна из немногих, которая рвалась к столу посмотреть. Ну, там закрыто все, я спрашиваю – как определить, мужчина это или женщина, - вот когда ты смотришь на человека внутри…
- Я тоже вот боялась. Мне тоже вот нравилось, но когда дело дошло до разговоров о препарировании лягушек на биофаке. Я сразу передумала на биофак поступать. Мария задает вопрос – Наталья, а какие претензии вы имеете к точкам над ё?
- Да, последняя книга называется «Точки над ё». И там этот сюжет проходит – ставить точки над ё или не ставить? Я считаю, что мы обедняем свой язык и свою орфографию, не ставя эти точки. Это разные буквы, разные звуки, они должны обозначаться на письме. Я уж не говорю о том, что мы неправильно произносим многие фамилии. Черчилль у нас на самом деле не Черчилль, а Чёрчилль. А Монтескье, оказывается, Монтескьё. А Депарьде – Депардьё. В общем, повезло только Катрин Денёв. Кроме таких каких-то казусных историй, вы знаете, посольство с МИДом обмениваются телеграммами. И вот однажды из посольства Англии пришла телеграмма, что королева принята на должность секретаря-машинистки. Там ответили, что сегодня не 1 апреля. Оказалось, это имелась в виду девушка по фамилии Королёва, а вовсе не королева. Недавно я читала информацию, что где-то в провинции у мамы и папы в паспорте, хотя они Королёвы, записали, что они Королевы, а ребенка зарегистрировали правильно. То есть, машинистка нашла, где находится буква ё на клавиатуре. И получается, что это не их ребенок, они не могут получить деньги, потому что это не их ребенок, у них разные фамилии. Отсюда надо делать вывод, что точки надо ставить, букву нужно реабилитировать. Более того, в Ульяновске, на родине Карамзина, который был одним из инициаторов введения этой буквы, даже стоит памятник букве «ё».
- А как вы относитесь к свежему историческому факту – там какие-то нововведения произошли какие-то в языке, от которых волосы дыбом встают. Что можно говорить теперь «брачащиеся», «дОговор».
- Я к этому отношусь не очень хорошо. Я не поправляю, когда говорят «звОнит» вместо «звонИт». Я не поправляю, потому что это норма уже внесена в словари. Но есть какая-то старая норма… Ведь откуда все это происходит? В профессиональной среде люди хотят каким-то образом отличаться, чтобы у них появлялись профессионализмы, чтобы слова становились меткой их сообщества. И проще всего это сделать, изменив ударение. И вот эта ошибка, она постепенно закрепляется. Кроме того, известно, что, чем ниже филологические знания, образование, тем больше ошибок. Чем больше людей говорят неправильно, тем быстрее это перетекает в норму. Я считаю, что те, кто придерживается старых норм и старых правил, выглядят симпатичнее.
- Да. Лиза спрашивает – вы любите кошек и собак? Есть ли у вас домашние питомцы?
- Да, я очень люблю собак, у меня две собаки. Овчарка и золотистый ретривер. Обе девочки. Мои любимицы.
- Не дерутся?
- Ну, случается, что они дерутся, но там трудно бывает понять, это игра или драка. Они тоже очень любят друг друга. Кошки, к сожалению, нет. У меня муж не очень любит кошек, он считает, что это очень эгоистичное животное. Хотя в детстве у меня всю жизнь были кошки, пока я не вышла замуж. Вышла замуж, появились собаки.
- Ну, с собакой поговорить можно… Ирина задает конкретный вопрос – где вы отдыхали летом?
- Лето я провела на даче. Можно ли это назвать отдыхом? Наверное, можно. Потому что я не садилась за компьютер и не писала книг. Но это был тяжелый физический труд – на грядках, на цветниках.
- Понятно. Это титанический труд. У вас есть дача – это очень большая часть жизни. Это такой кайф, когда есть дача. Ольга сообщает – Наталья, обожаю ваши книги, но хотела бы читать то, что выходит из-под вашего пера чаще. Не задумывались ли вести колонку в какой-нибудь газете или журнале?
- Я вела колонку. Вернее, в газете «Известия» есть полоса «Комментарии». Я несколько раз писала туда, когда слишком что-то накипало. Например, про то, что нехорошо ругаться матом в общественных местах, ну и еще какие-то темы. А вообще я планирую в конце концов открыть свой сайт, на котором вот такие мои рассуждения появятся. То есть, не только литературные вещи будут.
- Да, вы можете и у нас колонку писать. Я думаю, что вас бы с радостью читали. И можно высказаться. У нас все колонки ведут. Даже писатели ведут. Я даже веду колонку. Катя спрашивает – как вы относитесь к пластическим операциям?
- Хорошо. Если пластическая операция улучшает женщине ее эмоциональное состояние, дает ей какую-то радость и удовольствие, - я видела таких женщин, - им становится очень хорошо. Когда они подходят к зеркалу и не расстраиваются. Это нехорошо, когда это переходит в какую-то манию – вот тут отвисло, тут нужно подрезать, тут нужно подтянуть. Это нехорошо. А если женщина в 40 лет сделает пластическую операцию и станет выглядеть на 30 – это вот, кстати, очень мало кто заметит. Хорошая пластическая операция та, которую никто не замечает. Потому что очень заметны увядания и дефекты, они заметны. А улучшения, как правило, кажется, что так и должно быть, она всегда была красивой.
- Да, это точно. Анастасия спрашивает – каких вопросов вы боитесь или просто не любите, или они вам надоели?
- Самый популярный вопрос, который бывает, - откуда вы берете сюжеты? И существует какой-то элемент недоверия, когда я говорю, что я выдумываю. Мне самой интересно их сочинять. Я не очень люблю вопросы про личную жизнь. Я могу рассказать, конечно, о муже, я могу бесконечно говорить о внуках, но я не могу сказать, что это доставляет мне удовольствие.
- Но вы же популярный писатель, все, теперь придется про личную жизнь рассказывать.
- Популярны мои книги, а не я, как личность.
- Оля спрашивает – вы сами придумываете названия для ваших книг?
- Большинство придумываю я, но иногда кто-то помогает. У меня есть роман, который называется «Двое, не считая призраков». Я никак не могла придумать. Мне нужен был в названии какой-то элемент мистики и в то же время вот именно, чтобы это была какая-то пара. Невестка подошла к книжному шкафу и прочитала: «Трое в лодке, не считая собаки». И тут же проговорила – «Двое, не считая призраков». Я сказала – о, это то, что нужно. Таким образом, она придумала. Иногда редакторы подсказывают. Вот тоже хорошее название было – «Татьянин дом». Часто его называют «Татьянин день», но книжка все-таки называется «Татьянин дом». Это моя редактор придумала. Она предложила, я согласилась. Но большинство все-таки сама.
- Ну да. Жанна спрашивает – насколько мне известно, вы любите путешествовать. Какая ваша любимая страна? Я планирую поехать в ноябре в отпуск, посоветуйте что-нибудь на море?
- Я планирую поехать в октябре в Испанию. Потому что мы знаем испанский язык, нам будет там легко объясняться. Вы знаете, нравится страна во время путешествия или не нравится, зависит от трех обстоятельств. Первое – погода. Второе – компания, в которой находитесь. И третье обстоятельство – ваше настроение. Все остальное не так уж и важно. Потому что мы все равно едем в те места, где есть что посмотреть. Поэтому очень нужен настрой и хорошая компания.
- А вы с кем собираетесь поехать?
- С мужем.
- Прекрасная компания. Лучше и не придумаешь. Елена спрашивает – все сплошь и рядом меняют жанры. Не возникало ли у вас такого желания?
- У меня был какой-то период, когда я писала книжки с элементами мистики. Вот как раз «Двое, не считая призраков», «Обратный ход часов». Мне показалось интересным совместить любовный роман с мистикой. Правда, мой муж, когда прочитал, сказал: «Какая ж это мистика, это бытовая чертовщина». Но тогда не было таких романов, а сейчас уже очень много романов с элементами мистики и мне перестало это быть интересным. Элементы детектива могут быть, но я ужасно не люблю, когда убивают, когда кто-то умирает. Я понимаю, что в детективе это условно, что в детективе не может быть человека, вот если взять какую-то героиню, ту же Агату Кристи, например, или современных писательниц, то это немыслимо, чтобы у человека каждую неделю появлялся труп… Любой человек сойдет с ума. Это условность, это сказка. Но тем не менее, я не люблю, не люблю я трупы. И не люблю каких-то особых неожиданностей. Если у меня герою на следующей странице должен упасть камень на голову, то я обязательно напишу, что он пройдет мимо здания, с которого сыплются камни. Предупрежу об этом.
- Да, жалко же.
- А смена жанра еще может быть – вот меня часто просят написать сценарий к какому-то фильму. Вот это я, может быть, попробую.
- Где пистолеты, кровь рекой льется – клюквенный сок, вернее…. Муха спрашивает – Наталья, вы консультировались с радиоспециалистами, когда писали «Точки над ё»?
- Да, да, консультировалась и спрашивала термины. И какое образование они получают, и как они работают, и осматривала студии. Все это было. Хотя я вообще считаю, что перегрузка с какими-то техническими, профессиональными подробностями не особо нужна в книге, все-таки интересен человек, а не антураж. Меня, кстати сказать, очень интересует этот вопрос. Может, Муха прочитала уже книги, увидела какие-то неточности? Напишите тогда, пожалуйста.
- Наталья спрашивает – в вашей жизни много любви?
- Много. В моей жизни очень много любви. Я повторюсь, у меня любимый муж, любимый старший сын, любимый младший сын. Я очень люблю своих невесток, они необыкновенные женщины. Ну и, конечно, внуки. Внуки – это вообще взрыв какой-то новый. Я окружена любовью.
- Ну, конечно, человек не может писать такие книги, если у него с любовью какие-то напряженки. Вообще очень трудно встретить человека, с которым вот так можно построить жизнь. У меня вот тут был, вернусь опять же, Януш Вишневский – очень обаятельный дяденька. Он ученый, он программист, он физик, химик, математик, все, что угодно. При этом, он пишет книги… Живет в Германии. Все хорошо у него. Костюмчик дорогой. Милкус у него спрашивает – вы счастливы? Он на нас так смотрит и говорит – нет. Счастье, говорит, это мгновение. И вот этот вопрос я для себя не прояснила. А вы счастливы, Наташа?
- По большому счету, я счастлива. Я не согласна с трактовкой, что счастье – это мгновенье. Мгновенье – это острое переживание. Но человек же не может испытывать острые ощущения счастья постоянно. Поэтому тот момент, когда ты не испытываешь, ты что, несчастлив, получается?
- Ну вот, да, человек он очень интересный.
- И книги у него замечательные.
- Книги хорошие, да. Но вот то, что они написали, по-моему, «188 дней и ночей» с Малгожатой, чего-то мне не понравилась. А вы не читали ее?
- Нет, эту не читала.
- А что вам понравилось? «Одиночество в сети»?
- Да.
- А как вы думаете, виртуальное общение, оно отличается от отношения людей? Они отличаются от того, что мы в реальной жизни строим? И можно ли найти друзей, любовь по Интернету?
- Я никогда не пыталась этого делать, никто из моих близких этим не занимался и поэтому я не могу ответить. Другое дело, что благодаря Интернету и электронной почте у нас произошло возрождение эпистолярного жанра, мы стали переписываться, мы стали писать друг другу письма. И это здорово. Не нужно идти на почту, заклеивать конверт и т.д. И стали писать письма те люди, которые, будь почта по-прежнему старой, бумажной, никогда бы не взяли открытку бы не подписали. А теперь они поздравляют всех с праздниками, пишут коротенькие или длинные письма. И это здорово, по-моему. Вот это форма общения. А поиск спутников – не знаю, просто не знаю.
- Я несколько раз пыталась, но это все выливались в какую-то очень смешную заметку каждый раз. Инна сообщает – как вам удается так быстро выпускать новые книги? Совсем недавно вы уже были в «Комсомолке» и вот опять здесь с новым сборником? Муза не покидает вас никогда?
- Вот видите какая вещь. Одни читатели говорят, что очень мало, очень редко. А другие – очень часто. На самом деле, та книга, с которой я была здесь, она не такая уж новая, там скомпоновано несколько старых книг. Это вот «О любви» которая.
- Да, я помню, что это было соединение всего. А теперь вот эта. А вот интересно, я чувствую, что вы очень чадолюбивый человек. У вас так на детях очень серьезно строится сюжет во многих произведениях. Вы бы хотели, чтобы у вас еще рождались дети?
- Ну, уже внуки. Уже внуки. Конечно, конечно, хотела. Я все время спрашиваю своих детей – когда? Вы обещали, что детей будет много. Когда? Пока я еще не очень стара. Когда? Вы знаете, любовь к детям – она ведь такое немножко, можно сказать, даже эгоистическое чувство. Потому что вот смотрите, просыпаются пожилые люди утром, они встают – ой, я плохо спал, у меня болит нога… Они хмурые, пока они разойдутся, пока они выпьют кофе… Просыпается ребенок. Он вскакивает и говорит – бабушка, я проснулся. У нее на лице сразу улыбка. Он готов тут же смеяться, бегать, играть. Это совершенно другой эмоциональный настрой. И ты начинаешь в ответ ему улыбаться. Чем удивительны дети? Они настраивают на очень хорошую, радостную волну.
- Тонизируют.
- Да, тонизируют. Вот поэтому я и говорю, что, может, это эгоистично.
- Может быть, эгоистично, это точно.
- Вот мой внук, когда мы с ним бесимся, когда мы прыгаем с ним по дивану, кувыркаемся, я поднимаю руки и говорю – все, Кирилл, я не могу, я уже старенькая. Он мне говорит: бабушка, ты не старенькая, ты новенькая.
- Да, буратинить – это самое замечательное занятие. А вот у меня тут постоянно в студии возникают разговоры, вот когда мы с собеседниками говорим о любви, об отношениях, о семье - и обязательно возникает разговор об измене. Януш Вишневский определенного придерживается взгляда. Мужчины, говорит, все изменяют. И он такой рецепт предлагает – нужно мужчину нахваливать, нахваливать, всегда, через не могу, через силу – надо его захваливать и заласкивать. Моя подруга возражает, она говорит, что надо мужчину держать в стальной узде, чтобы он никогда не расслабился. Как вы считаете, что нужно сделать с мужчиной, чтобы он был любящим человеком?
- Ну, мне кажется, вообще это ужасно – жить с какой-то целью. То нахваливать, нахваливать, или держать в узде. Что это за жизнь? В каком-то вечном притворстве. Почему нельзя жить в мирном, добром, хорошем союзе. И когда возникают какие-то проблемы, просто вместе их обсуждать. Мне кажется, обидно представлять мужчин какими-то такими вечно стреляющими по сторонам. Это не так. Не все мужчины такие. Измены, конечно, случаются. И я не думаю, что у женщин реже. Просто мы лучше это скрываем.
- Да, мы умеем это скрывать, это точно. Вот я ему тоже пыталась это сказать.
- Вы знаете, есть такая закономерность, что когда у мужчины появляется какая-то связь на стороне, он испытывает комплекс вины и становится хмурым, раздражительным и это как бы он говорит, он хмурится, злится на жену и думает – вот она заслуживает того, чтоб я пошел к другой. У женщин все наоборот. Она становится мягкой, ласковой, внимательной. Но для мужчины-то это нормально, когда к нему женщина мягкая, ласковая, внимательная – он же этого заслуживает. Поэтому женщинам скрывать измену проще.
- Да, это точно. Но тоже может же сказать – а чего это ты такая ласковая, обычно у тебя тут боевая сковорода, а тут… может заподозрить… А скажите, в каких вы странах побывали?
- Ну, во многих.
- А где вам больше всего понравилось?
- Мы уже говорили о Мексике, конечно, это любимая страна. Мне очень нравится Германия. Был такой город, например, как Мюнхен. Что-то он у меня всегда ассоциировался с фашистами, с Гитлером, с этими пивными, а оказался изумительный совершенно старинный, прекрасный город. Зальцбург – прекрасный маленький город. Венеция замечательная, прекрасная. Но мы там заблудились. Мы первые три часа ходили, я говорю как прекрасно, как хорошо, вот это то, что нужно – маленькие улочки… А потом смотрю и думаю – а скорая помощь, а мебель привезти? Через три часа я села на камень и сказала – я не знаю что делать, но выведи меня отсюда немедленно, я уже устала ходить, замучилась.
- Да. А я вот нигде не была, потому что я боюсь самолетов. Как вы справляетесь с самолетами? Я самолетов боюсь панически.
- То есть, вы совсем не летаете?
- Ну, вот приходится… в командировки-то как, надо летать.
- Но и на поезде можно в Европу проехать, например…
- В командировку надо быстро.
- Ну, если путешествовать, можно проехать и на поезде. Мнекажется, и наша страна очень интересная, вот мы в прошлом году, например, были в Пскове. Это изумительный город. Старинные крепости, старинная история русская, мне очень понравилось. Я очень хочу побывать еще раз в Забайкалье. А Камчатка, например. Но туда, конечно, тоже только долететь.
- Да, в Забайкалье так просто не проедешь. Ну что ж, Наталья, спасибо вам большое, вопросы у нас закончились. Спасибо вам большое. Сейчас мы пойдем на радио.
- Спасибо большое всем, кто присылал вопросы, и кто смотрел нас.