Какие премьеры готовит зрителям Российский молодежный театр?

Новый 89-й сезон в театре будет масштабным: 16 (!) премьер ждут зрителей. Уже в ближайший вторник, 8 сентября, – премьера спектакля «Как кот гулял, где ему вздумается» по Киплингу.

В ноябре выйдет спектакль «Волшебное кольцо» по сказке Бориса Шергина. А в октябре – спектакль по роману Владимира Набокова «Приглашение на казнь».

Предлагаем стенограмму и фрагменты трансляции.

Ведущая - Анастасия ПЛЕШАКОВА.

- Добрый день. Сегодня у нас в гостях Алексей Владимирович Бородин, художественный руководитель театра РАМТ, главный режиссер, народный артист России. Поздравляем вас с началом театрального сезона с опозданием в две недели…

В этом сезоне, как я слышала, вы собираетесь выпустить 16 спектаклей. Это очень много. До нового года восемь и после нового года. И сегодня у вас первая премьера по Сказке Киплинга «Как кот гулял, где ему вздумается». Приглашаем, кстати, зрителей…

- Приглашаем.

- В 7 часов вечера, они еще успеют… Это спектакль не только для совсем маленьких детей…

- Именно, что все спектакли, которые адресованы детям, обязательно должны быть интересны и взрослым. Это как раз тот случай.

- Мамам пойти вечером в театр с ребенком – это вот так…

- Они получат свое удовольствие.

- Ошеломляющее количество премьер. Как вам это удается? Это реально? Или желаемо?

- Мы стараемся воплощать свои чаяния и мечты. И поэтому, прежде чем говорить о этом, мы очень серьезно думали и здесь все зависит от обстоятельство жизни и от нашей энергии, насколько мы будем активны в том, чтобы это осуществилось: и в творческом плане, в материальном… Мы полны сил и уверенности. Это, думаю, реально. Даже уверен в этом. И действительно, невероятное количество этих спектаклей, конечно, они распределены. Что-то выйдет на большой сцене, что-то – на маленькой. У нас есть черная комната, так называемая. Это более камерная сцена. В разных пространствах театра будут происходить…

- Ночной проект…

- Ночной проект у нас уже был заявлен два года назад и действует. И вот сейчас мы выпускаем два спектакля в плане этого ночного проекта.

- Ночной проект – это типа акции «Ночь в музее», да?

- Именно после работы. Ночной проект – это, может громко сказано… Начинается не позже девяти, девяти тридцати. Перед двенадцатью люди уже освобождаются. Хотя, кто его знает, как жизнь наша будет развиваться. И, может, перейдет и за полночь… Это было бы замечательно в наших мечтах. А пока что эти спектакли начинаются в девять, иногда – в восемь тридцать… Иногда – в восемь. В зависимости от продолжительности. Это встретило большой интерес. И те спектакли, которые у нас уже идут, они вызывают такой приток зрителей, которым интересно оказаться в театре в другое время, чем обычно. - Сейчас все так работают, что к семи часам далеко не все успевают…

_ Да. Многие физически не успевают…

- А в вашем театре идут замечательные спектакли, которые интересны взрослым… «Берег утопии», нашумевший, громкий… И длительный спектакль… Потом, по Акунину у вас тоже аншлаговый…

- В ноябре у вас выходит «Волшебное кольцо» по сказке Бориса Шаргина. Это проект «Молодые режиссеры – детям». Я так рассуждал: что такое детский спектакль сегодня? Чаще всего, когда попадаешь на детский спектакль, то это какая-то… Некоторое представление взрослых людей, как это должно быть… Это несколько замшелое… Дети очень продвинулись. Кстати, мультипликация – сегодня очень интересное движение. И в американской, и в нашей… А в театре чаще всего это происходит по-старинке. Поэтому, не желая детям соответствовать, заискивать перед ними, я подумал, что проще и правильнее всего, если предложить совсем молодым режиссерам, еще практически студентам, сделать спектакли. Мы обратились в мастерскую Женовача. Я в ГИТИСе работаю на актерском факультете, а Сергей – на режиссерском. И вот она в этом году заканчивает, они сейчас па пятом курсе. И я видел их работы. Очень интересный курс! Замечательная мастерская. Спектакли отличные. И я предложил Сергею такую идею и он откликнулся. Ребята сделали шесть заявок. Мы им дали несколько дней, чтобы они порепетировали с нашими актерами, четыре дня с утра до ночи… И они подготовили шесть больших кусков из разных сказок, которые они выбрали. Надо отдать им должное, что они по репертуару просто замечательные выбрали произведения. Подлинники: Киплинг, Афанасьев, Шергин и так далее. Полноценные и интересные произведения. Из них мы выбрали четыре, которые сейчас у нас должны выйти до конца декабря.

А в октябре выйдет… Толеген, голландский автор.. «Почти взаправду». Это такая композиция, ставила спектакль норвежская студентка. Сигрид. Катя Половцева ставит, которая уже в «Современнике» поставила спектакль, и сейчас она делает у нас… Это выйдет в октябре. А в ноябре Саша Хухлин должен поставить волшебное кольцо. И еще у нас остается «Бесстрашный парень», который ставит Марфа Назарова. Она готовится к очень важному моменту своей жизни, она готовится стать мамой, поэтому это немножко переносится… Или в конце декабря. Или в начале января. Вот такой у нас проект. А пятый из этих ребят, очень интересный отрывок, но какого-то продолжение, показалось, он не должен иметь, а этот Егор Перегудов – очень талантливый человек, он ставит уже в ночном проекте спектакль. Молодые режиссеры – это насущная и важная сегодня проблема. Им надо дать возможность, чтобы они работали с профессиональными артистами и в профессиональном театре. Я уверен, что это долг каждого художественного руководителя театра, мой, в частности. Тем более - молодежного театра…

- И они будут все спектакли с вашими актерами…

- С нашими. Там артисты, они проявляют очень большой энтузиазм, и там ведущие артисты, которые играют огромные роли, например, в спектакле «Почти взаправду», когда это началось только, ко мне подошла Нелли Уварова, наша звезда, и сказала, что ей так нравится эта сказка и что она с ней носилась, покупала… Попросила хоть что-нибудь в ней сыграть. Представляете? Она там играет с полным счастьем!

- Судя по тому, что вы особенно даже и не вмешиваетесь…

- Мы обсуждаем с ними все. Мы обсуждаем подробно, советуемся и так далее… Потом, при работе с художником… Они работают с профессиональными молодыми художниками. И я тоже принимаю в этом активное участие. А потом они показывают то, что сделали и дальше прислушиваются..

- Репетируют без вас?

- Без меня. А потом прислушиваются к некоторым моим советам и уже выпускают. Это абсолютно их самостоятельная работа, самостоятельное творчество. Контакт с актерами. Это очень важно.

- Актеры даже старше их…

- Конечно, старше. Они имеют какой-т опыт работы… Может, по возрасту режиссеры обычно чуть старше учатся, чем актеры. Денис Баландин у нас и Мышкина играет, и Жюльена Сореля… Все, уже несколько лет. И работает прекрасно.

- Это у нас первый блок. Потом пойдет Набоков в октябре.

- Это другая история. Это ночной проект, в котором Егор Перегудов поставит пьесу «Под давлением». Это интересная современная пьеса, она будет начинаться в 9 вечера.

- Там Уварова тоже…

- Да. Это пьеса современного немецкого драматурга. И в эту же сторону ночного проекта Павел Сафонов, молодой и заявивший себя режиссер, он ставит «Приглашение на казнь» Набокова. Это, наверное, будет начинаться в восемь, потому что спектакль по объему больше… Но сначала выйдет Сафонов с Набоковым. Перегудова спектакль практически готов. Я его видел, он мне показывал его в конце лета, перед отпуском.

- Одновременно вы ведете переговоры и ваши артисты поедут к Кшиштофу Занусси…

- Это наш иностранный проект. Я долго не мог привыкнуть к слову «проект», но привык. И мне нравится. Это такие блоки… Тут какая-то логика есть… Кшиштоф Занусси… Он будет ставить американскую пьесу «Доказательство». Интересная пьеса. Она шла на Бродвее, шла во всем мире… Но почему-то до нас не докатилась. Как и очень многое… Мы эту пьесу будем ставить. Кшиштоф Занусси предложил такой вариант, чтобы артисты, а там занято четыре артиста, чтобы они приехали к нему на три недели в Варшаву. У него там какая-то потрясающая студия, дом знаменитый, куда съезжаются все кинодеятели молодые, где он их учит… И в этой студии он будет с ними репетировать. А потом они уже вместе приедут в Москву и здесь мы будем выпускать… Это целая проблема, потому что на две недели ведущих артистов надо освободить от репертуара… Но мы это все продумываем и так все у нас и выйдет. В феврале они должны туда уехать и в марте должен быть спектакль «Доказательство».

- Стоппард тоже относится к этому проекту…

- Можно сказать. К зарубежному. Поскольку с Томом Стоппардом за время работы над «Берегом утопии» по его трилогии, он бывал здесь много раз, на репетициях наших… мы подружились творчески. И человечески тоже. И поэтому он сказал, что следующая его пьеса, которая называется «Рок-н-ролл», которая тоже прошла, естественно, в Лондоне, в Америке, в большинстве стран Европы…

Кстати, на днях «Берег утопии», премьера, будет в Японии.

А пьеса «Рок-н-ролл», он сказал, что ему бы хотелось , чтобы она шла именно в нашем театре. Ему понравилась наша труппа, атмосфера, театр. Он сказал, что хорошо, что это театр сильный, но не глянцевый. Ему это нравится, что наш театр серьезно работает без дополнительной пены… Я не против того, что у театра должны быть свои амбиции, но иногда много шума из ничего.

Пьеса интересная. Она еще практически не переведена. Я ему сказал, что хорошо бы теперь, чтобы это поставил не я, а поставил режиссер из Англии. Попросил предложить какой-нибудь вариант. И он предложил режиссера Давида Лево, это известный режиссер в Лондоне и на Бродвее… Я только что был в Лондоне и с ним познакомился. И мы договорились о том, что он приедет к нам вскорости… Чтобы посмотреть театр, познакомиться с труппой… И Том, наверное, тоже приедет.

И где-то в мае-июне он это начнет. Играть премьеру мы будем наверняка в сентябре… Это, что касается иностранных проектов.

- Какие еще блоки?

- У нас в позапрошлом сезоне был поставлен спектакль «Сказка на всякий случай». Это очень хороший спектакль. На самом деле! Я это сразу говорю! Только что Владимир Богатырев получил премию Москвы за этот спектакль. Он у нас идет на чердаке, у нас там маленькая сцена… Иногда в Театральном центра на Страстном еще играют… Автор – Евгений Клюев. Он очень известный человек. Он живет в Дании, профессор-филолог. Читает лекции. И одновременно пишет интереснейшие книги, обращенные к детям, ко взрослым, сказки… И Богатырев ставит сейчас спектакль «Думайте о нас» по пьесе Клюева. Это - для более старших ребят. А младшие получат на большой сцене «Приключения капитана Врунгеля». Это наша премьера. Она состоится в сентябре. Спектакль готов. Ставит режиссер из Вологды Борис Гранатов. Очень известный режиссер, опытный… Это чудесная книга и впервые сделана инсценировка.

Дальше – блок мой. Это наша долгоиграющая пластинка. Это «Алые паруса». Мы давно это задумывали. Еще до «Берега утопии». Драматург Бартеньев Михаил и Андрей Усачев. Они написали замечательный, по-моему, сценарий музыкального спектакля. И Максим Дунаевский написал музыку. Это все немножко затянулось, потому что сначала пьеса, потом музыка, потом аранжировки… Потом то да се. Сценически спектакль тоже практически готов. На пути. Сейчас – музыкальная сторона… Нужно, чтобы до января спектакль вышел… В конце декабря.

Дальше. Я успею, ли не успею, но начну работать над пьесами Чехова. Одноактными. Есть идея и план. Это очень редко играется. Если у меня получится эта идея, для актеров это было бы очень интересно…

- «Медведь», «Свадьба», «Предложение», «Юбилей»…

- И еще будет «О вреде табака»… Замечательная миниатюра. Это и есть шестнадцать. Надо сказать, что еще сейчас затевается… Если можно, я не буду говорить. Это очень интересный проект. С потрясающим режиссером. Я попозже… В следующий раз. По секрету. Если это получится, мы хотим это сделать в начале февраля. Это уже – 17… Восемнадцатая идея моя…

Понимаете, энергия, которая существует в театре, она такое количество талантливых людей, что на сцене через край бьет. Пусть лучше через край, чем …

- … артисты будут не дорабатывать, не доигрывать…

- Конечно. Они все очень заняты. У всех съемки, несмотря на кризисы… И нужно отпускать. Редько наш играет Мессинга, ничего себе… А тут он снялся в роли Гоголя у Натальи Бондарчук. И все остальные тоже. Есть у них антрепризы. Они жадные на роли. И это очень хорошо. Моя любимая строчка Окуджавы: «Пусть я буду жадный, только не скупой…». И когда это разумно сочетается, то все это возможно.

- Вот Нелли Уварова сказала, что у нее сейчас с кино пока затишье. То, что ей предлагают, пока неинтересно. И она себя полностью в этом сезоне посвящает театру.

- Она еще не знает, что я хочу ей предложить… Пока не рассказываю.

- Так много премьер… Вы вспомнили про финансовый кризис, который настиг кинематограф и театру тоже досталось. Как вы в этой ситуации умудряетесь, у вас хватает смелости выпустить такое количество премьер? Это же декорации, актерам за все нужно платить, это костюмы, сценография… Бешеные расходы.

- Серьезные расходы. Тем более, что мы ни в коем случае не должны и не будем снижать планку, которая существует.

- Достаточно высокая…

- Здесь все зависит от энергии. Потому что у нас действительно замечательный директор, который занимается всеми нашими финансами в том числе… Владислав Любый, очень энергичный, прогрессивный, творческий человек. Он подключается ко всему, как и я. У нас все неразделимо…Мы – театр федеральный. Бывают муниципальные. Поэтому у нас министерство культуры, а у них есть всякого рода проекты, несмотря на снижение финансирования общего, проекты существуют. И нужно в эти проекты вовремя входить. Можно сидеть в стороне, и путь они будут. Или все-таки знать, что происходит и включаться. Кроме этого, предположим, проект «Молодые режиссеры – детям»… В СТД есть президентский грант на работу для детей, молодежи, подростков. Мы теснейшим образом связаны с этим. Я являюсь председателем совета по детским театрам, детей и юношества. Мы с ними в теснейшем контакте и поэтому мы можем что-то получить оттуда. Например, проводить переговоры с британским советом, который уже даже в этом году подключаться к этому проекту. Они чем-то помогут…

Сейчас время, когда надо очень активно работать. Инициативно. Если сидеть и ждать, это легче всего – сейчас уйти в песок… Мы, конечно, можем ехать на том репертуаре, который есть… Но тогда театр оседает, энергетика начинает уходить и затишье… Мы должны, чем труднее история, период, нужно активизироваться…

- Интересно, вы, когда пришли в театр 30 лет назад, тогда сколько выпускали премьер? Был такой энтузиазм? Это всегда был присуще молодежному театру?

- Энтузиазм, молодая энергия присутствовала в театре исторически. И так оно и было. Например, в конце 50-х годов, 60-е годы это был один из самых потрясающих театров. Там руководила Мария Иосифовна Кнебель, а режиссер – Анатолий Васильевич Эфрос… Олег Николаевич Ефремов там начинал. И очень активно и долго работал. И свой первый спектакль там поставил. Такие артисты, как Олег Дуров, Ирина Муравьева… Они все работали активно. Когда я пришел, в 80-м году, было чуть затишье. Оставались прекрасные артисты… И все. Застойное время. Так называемое. Все идет, а вроде все стоит… Мне казалось, что я должен…- …совершить революцию.

- Нет. Просто окна открыть. Образно говоря. Чтобы ветер подул. И тогда мне удалось сделать важную вещь: помимо того, что там оказались изумительные артисты, мы с ними сделали Гюго «Отверженные», но очень было важно, чтобы пришло новое поколение… И тогда пришло первое новое поколение. Это… Некоторых уже, к глубокому несчастью, ужасу, нет… Это Женя Дворжецкий, Игорь Нефедов, Лариса Моравская недавно ушла… Так рано… Ужасно. Они и были героями этого времени. Алексей Веселкин, Сергей Серов и так далее, Алексей Блохин, Юрий Григорьев… Вся эта молодая группа. И все. Был у нас такой подъем. Мы тогда поставили пьесу Юрия Щекочихина. Это был такой взлет театра! В то время смелый такой… Нам запрещали, не разрешали. Это было прекрасное время в смысле энергии. Мы были уверены, что мы делаем правильно. Потом были периоды… Театр не может всегда развиваться во так… Он развивается не всегда вперед… Надо просто с этим не соглашаться. Я могу сказать: ну вот, уже пора бы… Потише… И все. Были таких несколько у нас периодов, когда театр…

И последний период, который длится лет десять или больше, когда у нас пришло новое поколение и все время оно приходит. И сейчас очень сильные ребята.

Другое дело, что время то – оно диктовало чуть более размеренную жизнь. Это была плановая жизнь. Мы должны были выпустить четыре спектакля в сезон и никаких! Выпускали четыре спектакля, нам финансировали как-то… А теперь все зависит от нас самих. Вот это очень важно. И от того, кто нами финансово руководит.

Новое время, которое пришло, оно замечательное в этом смысле. Ощущение свободы… При всех трудностях, которые возникают, все равно мы не должны забывать, что не дай боже, чтобы что-нибудь повторялось тогда, когда было все запрограммировано: это можно, это нельзя… Это вы должны, это не должны… А сейчас получается, что мы сами берем на себя все обязательства и всю ответственность. Творчество без ощущения свободы совершенно невозможно, мне кажется… Оно все равно будет затухать…

- Вопрос. «Расскажите по подробнее о музыке к «Алым парусам». Это оригинальная музыка Дунаевского или будет аранжировка?

- Конечно, это оригинальная музыка. Максим Исаакович написал музыку. Мне кажется, замечательную, очень мелодичную…Она мне очень нравится. Она человеческая и яркая…А аранжировка… Как инструментовка происходит. Тут у нас существуют расхождения, потому что ему хочется идти в сторону эффектного мюзикла. Н мне кажется, что театр драматический, когда берется за музыкальный спектакль, он не должен соревноваться с мюзиклами классическими, как «Чикаго», «Граф Монте-Кристо»… надо найти свою интонацию, не потерять… Мы сейчас идем путем поиска в этом направлении и эта аранжировка должна пойти на пользу делу.

- Видно, что «Алые паруса» - долгожданная премьера. Много вопросов на эту тему… «Мы заинтригованы, очень ждем. Как вы решились поставить музыкальный спектакль с драматическими артистами? Ниже не профессиональные вокалисты».

- У нас в труппе много людей музыкальных, у которых очень хороший слух… Мне кажется, это же не претендует на то, чтобы была опера… Это должно быть человеческое пение, которое очень близко нам всем, когда мы собираемся, поем друг с другом… У нас есть замечательный артист Илья Исаев, который играет массу ролей. Удивительно музыкальный и талантливый… И прекрасно поет. Он помогает даже в аранжировке нашему музыкальному руководителю. В этом смысле опасений нет, если не ждать от этого эстрадного представления.

- Сложную задачу перед собой ставите в плане музыкального спектакля. Мне кажется, зрители любят более определенных форм: либо это мюзикл с соответствующим пением, либо это спектакль, где иногда музыкальные вставные номера, но все-таки, это драматический спектакль. Я недавно посмотрела «Трехгрошовую оперу». Там, я считаю, один из недостатков – пение драматических актеров. Все поют по-разному. У кого-то есть вокал, голос, у кого-то это не пение, а речитатив. Кто во что горазд, и когда этого очень много, это диссонирует и выбивается…

- Музыка будет звучать, не беспрерывно, но большое количество времени. Вот это вопрос: ставить мюзикл. Я недавно видел фильм, где песни «Биттлз»…. История такая незатейливая. И очень музыкально вплетены песни в фильм. Он называется у них «антимюзикл». Именно не желая идти на эффектную подачу, на некую эстраду… Или все-таки, это должен быть спектакль драматического театра, где люди поют. Мы же с вами иногда тоже поем. И нам хорошо. У нас зал зрительный чудесный. По-моему. Он всего на семьсот мест, большой зал. Это ведь совсем немного. Это же не стадион! Не «Олимпийский». Поэтому надо сохранит атмосферу этого зала, и уровень громкости, душевности, более резкого проявления… Но все равно сохранить баланс. Попробуем. Надо пробовать. Зрители, которые приходят к нам, умные, соображающие…

- Искушенные.

- Они нам дешевку какую-то не простят.

- Вопрос от Ирины. «Расскажите об одной из самых ожидаемых премьер, заявленных грантом в новом сезоне, как в театр пришел Павел Сафонов. Почему именно «Приглашение на казнь»? Это произведение предложил он вам или вы ему?»

- Я видел спектакли Сафонова, очевидно, самые удачные, которые мне понравились. Я видел «Сны Родиона Романовича», это было Товарищество Меньшикова. Это был интересный спектакль. Играл наш Илья Исаев, Сухоруков. И это было интересно. Еще до этого я смотрел в Щукинском училище… И я за ним следил. Я пригласил его. Он пришел и предложил несколько названий. Шесть или семь… Я выбрал «Приглашение на казнь». Это его предложение. Мне показалось, что это очень своевременно и интересно обратиться к Набокову.

- Вы славились экспериментами со сценическим пространством. И зрителей на сцену сажаете, и в фойе спектакли идут. В связи с многочисленными премьерами сезона, будут ли какие-то новые игровые площадки?

- Пока что это все происходит или на большой сцене в традиционном варианте, или на маленькой, там разные варианты…. Или в черной комнате, там тоже разные варианты. На большой сцене… Посмотрим… Есть замыслы…

- Мария: «Совсем скоро РАМТ покажет Эраста Фандорина и «Вишневый сад» в Кирове, в городе, где вы начинали свою творческую деятельность. Какие ощущения? Вы волнуетесь, как примут вас кировчане?»

- Я очень волнуюсь. Я из Кирова уехал почти 30 лет назад. Проработал там шесть с половиной лет. Это для меня дорогой город, я стал там впервые руководить театром. И это моя творческая родина. Огромное количество людей, с которыми я знаком, которые, слава богу, живут и здравствуют… Они сейчас звонят, что ждут. Я очень волнуюсь. Скоро. Там есть некоторые проблемы со светом, потому что оборудования там не хватает, мы что-то с собой везем… Там предстоит большая работа, хотя мы всего на три спектакля: «Вишневый сад» и два «Эраста Фандорина»… Я надеюсь… Там люди очень доброжелательные. Кировчане – это особый народ. У меня дочь там пошла в школу. А сын там родился. Вятич. Очень этим гордится. И я тоже. Там прошел очень интересный период жизни. Мы с художником Венедиктовым, с которым работаем сейчас, там работали… И Елена Долгина, мой помощник по художественной части… Там мы с ней работали. Мы, конечно, вспоминаем это время, как очень счастливое. Этот город таил в себе прекрасную атмосферу и добрую ауру.

- А вы будете, наверное, выступать в том же театре, где и работали?

- Нет, я работал в Театре юного зрителя. Это чудесный театр, чудесное здание, но в большом театре, в драматическом театре, там зрителей больше и сцена более соответствует нашим размерам. И поэтому с самого начала там шел разговор именно о центре большом.

- Алексей Владимирович, такое количество заявленных премьер в новом сезоне имеет свою обратную сторону. Во многих театрах, когда из репертуара снимают спектакли, имеющие долгую театральную жизнь, за которую успевают обрасти своими поклонниками, то устраивают своеобразное прощание со спектаклем, чтобы артисты и зрители могли попрощаться с полюбившимися героями, поблагодарить друг друга за эти годы, проведенные вместе… Скажите, почему в РАМТе нет подобной практики и все расставания со спектаклями происходят по-английски?

- Действительно, по-английски. Ну, может, есть такое чувство печали, что спектакль уходит… У нас однажды было такое прощание, я его никогда не забуду, мы играли ту пьесу Щекочихина «Ловушка №46» и в какой-то момент и Женя Ржевский, и все ребята сказали – что-то мы как-то уже выросли и играть там и там, молодые роли совсем, и все, и мы решили сыграть последний, прощальный спектакль. И с «Отверженными» так же было. Это была такая замечательная традиция, я согласен абсолютно, что это надо делать. В этом сезоне мы будем играть весь тот репертуар, который шел в прошлом. У нас практически не снимается никакой спектакль, несмотря на обилие спектаклей, которые выйдут. Но мы те все бережем. И, может, в конце того сезона что-то вытеснит. Ну тогда вот прислушаемся.

- Планируются ли гастроли театра в Екатеринбурге? Если да, то с какими постановками?

- Нет, пока не планируется. И вы знаете, это всегда очень сложно. Понимаете, вот почему мы едем в Киров? Губернатор, как говорят, выделил какую-то сумму на эти гастроли, город захотел, чтоб мы приехали. Плана такого гастрольного, который тогда еще, в те времена, бывал, его сейчас нет. Поэтому все зависит от местной инициативы.

- Вас приглашают?

- Да, нас приглашают. И за границу также происходит. И в города наши. Вот мы были, например, в Киеве и в Одессе в прошлом сезоне, в позапрошлом – в Минске. Это была инициатива тоже местных продюсеров, которые этим занимаются.

- Сейчас уже не принято возить всю труппу на гастроли, да?

- Да, да, выезжаем с двумя-тремя спектаклями. Иногда с одним. Гастроли все любят артисты, всем это интересно, действительно. Для режиссеров и для меня – это всегда головная боль страшная, потому что новая площадка и так далее. Но, конечно, встреча с новыми зрителями это всегда очень интересно. Вот вспоминаешь этот Киев, Одессу, Израиль, Исландию – это очень все интересно.

- Расскажите подробнее о перспективах развития молодежных проектов РАМТа в 2009 году? Какие мероприятия, конкурсы, конференции планируются для студентов столичных вузов? Будете ли вы работать с региональными вузами?

- Дело в том, что студенческая программа, которая у нас заложена, она активизируется и идет в очень разных направлениях. И сейчас как раз вот определяется план на весь сезон. Не далее как вчера мы это обсуждали. И этот студенческий клуб, который у нас существует, и студенческая пресса, которая тоже собирается у нас в театре, они смотрят спектакли, встречаются с актерами и так далее – это все будет продолжаться и, я уверен, развиваться. Что касается региональных историй, то здесь у нас очень хорошо было с «Берегом утопий», когда это очень широко пошло, были замечательные и конкурсы, и эссе, и так далее. Очень активно проявляли себя студенты, и очень интересно, и разных-разных городов. Я очень многие работы читал и это производило большое впечатление. Мы тоже рассчитываем, что мы обязательно будем это продолжать.

- Вы вспомнили о гастролях в Израиль и пришел вопрос из Израиля. Уважаемый Алексей Владимирович, в декабре прошлого года мы в Израиле получили огромнейшее удовольствие, побывав на спектакле «Фандорин», который вы привезли. Это был настоящий театр. Отсюда вопрос – планируются ли гастроли в Израиль?

- Вы знаете, тут все зависит не от нас. Продюсер, который занимался нами, из Израиля, он такой молодец, он рисковал в огромной степени, потому что он привез огромный театр. Кстати, с полным оформлением, что бывает очень редко. И сейчас, мне кажется, он набирается сил, потому что он собирался продолжить, мы думали, что, может, «Красное и черное» мы туда повезем, мы с ним говорили об этом. Но я пока ничего не могу сказать, все зависит от того, как будут складываться наши взаимоотношения.

- Тут спрашивают о программе межвузовском образовательном проекте «Театр плюс», как он будет развиваться в этом году?

- Я как раз сейчас и сказал, что этот «Театр плюс» и есть, собственно говоря, вот эта наша программа. И она сейчас обсуждается, корректируется, у нас уже есть план на вторую половину сентября и октябрь. Вот мы сейчас развиваем это дальше, там что-то будет продолжаться. Это все очень идет интересно. Прошлый год у нас в этом смысле прошел очень активно. Почему я говорю, что я оптимист в отношении молодежи? Потому что я вижу этих потрясающих ребят. Вот когда говорят – молодое поколение, оно такое-сякое, пятое-десятое. Я говорю – боже, я вижу такое количество молодых ребят, может, это не всеобщее… ну, театр же не может существовать для всеобщего, это такие какие-то. А вот молодежь, которая стремится к осознанному, что ли, или к какому-то в этом смысле продвинутому такому существованию, она с нами, и всегда это огромная надежда. Эти встречи очень интересны.

- Вот театр Вахтангова, например, давал премьеру «Дяди Вани» 1 сентября и вот 1 сентября для студентов не только Щукинского училища, там чуть ли не из Бауманки студентам бесплатно вручили билеты по случаю начала учебного года?

- Вы знаете, у нас идет это регулярно. Билеты не бесплатные, но такие акции мы проводим по льготным ценам. Такие льготные цены пользуются очень большим спросом. Вот через Интернет мы это объявляем и я знаю, что вот тот же «Берег утопии», он не такой уж дешевый, потому что это три спектакля, цена уж не очень высокая, но я понимаю, что она многим дороговата. И вот эти акции, которые мы используем, пользуются очень большим спросом и мы стараемся это делать вообще довольно регулярно.

- А льготные цены это сколько?

- Наверное, 50%, может, даже больше. Я тут не очень в курсе. Я знаю только, что это доступно. Потому что отклик очень сильный. И собирается чудеснейший зал. Просто чудесный.

- И как часто у вас это проходит?

- Ну, я не могу сказать, что это бывает раз в месяц или два раза в месяц, это объявляется заранее на сайте театра.

- Надо заходить на сайт и там смотреть?

- Да, да.

- Ну, раз мы заговорили о ценах, вы в этом сезоне не будете поднимать?

- Нет.

- Какая вилка ценовая у вас?

- У нас ценовая вилка, я так думаю, что самые дешевые билеты у нас есть, которые стоят 100 рублей. Самые дорогие – на отдельные спектакли, ну, тысяча с небольшим. Ну, такие умеренные цены. У нас тут довольно принципиальная установка, наша собственная. Нам никто же не велит делать те или иные цены. Самое ужасное, мне кажется, что, если мы начнем терять самых дорогих зрителей, которые не могут покупать дорогие билеты. Если это касается взрослых людей, то это врачи, инженеры там, ну, я не знаю… С другой стороны, это молодые студенты и старшеклассники, которые, конечно, не могут платить такие цены, которые зашкаливают за разумные пределы. Конечно, есть спектакли, на которые можно сильно поднять цены и они будут востребованы. Но это неправильно.

- Ну, подытоживая нашу сегодняшнюю встречу, еще раз такой вопрос. В 2007 году в РАМТе состоялась премьера трилогии Тома Стопарта «Берег утопии». В 2009-м вы готовитесь представить стопартский «Рок-н-ролл». Как развивалось ваше сотрудничество со знаменитым драматургом и как РАМТу удалось наладить культурный мостик между современной английской драматургией и русскими зрителями?

- Дело в том, что пьесу «Берег утопии» мне принес переводчик этой пьесы, Аркадий Островский. После того, когда он понял, что многие театры за это дело не берутся, потому что слишком большой объем и так далее, он как бы на втором витке пришел ко мне. И я прочел эту пьесу, которая очень нелегка в чтении. Вот почему, мне кажется, и были какие-то остановки. Меня пьеса совершенно пронзила с самого начала и нужно было просто в нее внедряться. И я в нее внедрялся, внедрялся, ушло некоторое время, несколько месяцев, прежде чем я решился – все, я это не могу не делать. И когда я позвонил Аркадию, он тут же сообщил об этом Тому. И он позвонил мне сразу, в этот же день, и сказал, что он очень рад, что готов приехать. И он буквально через небольшое время приехал, мы познакомились, он стал смотреть наши спектакли, которые ему очень понравились. И это общение наше с ним, оно просто потрясающее. И я очень рад, что это так, он совершенно обожает наших артистов, он очень сам такой театральный человек, поэтому он очень любит и процесс, и то, что у нас с ним возник контакт, это такая гордость наша. Мы, конечно, с ним встречаемся, как настоящие друзья. И, надеюсь, что это будет продолжаться, дай бог.

- Мы тоже очень надеемся. Всего вам хорошего, удачи, творческих успехов!- Спасибо, спасибо, я тоже желаю всем всего самого хорошего! «Комсомолка» потрясающая газета, я очень рад встретиться с читателями «Комсомольской правды». Давайте будем читать газету и приходите к нам в театр!

- Спасибо большое.